Мифы и реальности

О мифах и реальностях сказано не для красного словца. Главный миф – абстрактно-теоретическое представление о том, что нормы международного права ценны сами по себе, без их силового и экономического обеспечения. Миф рангом пониже – будто послевоенный мир, базирующийся на Ялтинских и Потсдамских договорённостях ещё жив, хотя и болен. На самом деле мне не раз приходилось говорить и писать, что "великий перелом" 2008 года похоронил всё это окончательно.

"Переломное" признание Косово, Южной Осетии и Абхазии доказали: от минимально единых стандартов в международных отношениях крупные и не очень страны и международные организации перешли к прагматическим соображениям собственной выгоды. В какой-то мере, перед нами Ренессанс военно-политических методов второй половины 19 или первой половины 20 века. Мир вновь делится на группы союзных и враждебных стран, вновь начинает торжествовать блоковый подход. Если у тебя есть возможность этим воспользоваться, то грех, господа, упустить такой шанс!

По сути дела, добавив к этому всемирный экономический кризис, неблагополучную экологию и многое иное, видишь, что весь мир превращается в кипящий котёл, с которого, того и гляди, сорвёт крышку. Поистине достойное место в европейской части этого котла занимает бывшая Молдавская ССР, на месте которой после распада Советского Союза возникли Республика Молдова и Приднестровская Молдавская Республика. Такова уже не миф, а реальность. Этим постсоветским государствам уже 20 лет, и выросли поколения молодых людей, не помнящих ни Советский Союз, ни единую Молдавию.

20 лет между берегами Днестра не менялись отношения неурегулированности конфликта. Но с 2009 года нагрянули новые перемены: в ПМР президент и Верховный Совет схватились в борьбе за власть, а в Молдове после событий 7 апреля струсившее коммунистическое руководство уступило на пустом месте власть прорумынским силам. Это создало новую обстановку и в молдавско-приднестровских отношениях.

Ничего нового

ПМР обладает собственной армией и прочими силовыми структурами, да вдобавок прикрыта российскими войсками в виде миротворцев и ОГРВ – Оперативной Группы Российских Войск в Приднестровье. Уже только это делает крайне трудным для Молдовы с её потенциальными союзниками, и невозможным для неё одной, без союзников, разгромить ПМР и установить контроль над её территорией. Но пока у власти в Кишинёве были коммунисты, к которым союзная Тирасполю Россия относилась в целом терпимо, использовать по-крупному жупел военной опасности приднестровская пропаганда не могла. Теперь всё изменилось, поскольку правящий Альянс за европейскую интеграцию является откровенно правым по своему духу объединением. В самом деле, Либеральная Партия с президентом-спикером Михаем Гимпу – это откровенные прорумынские унионисты; либеральные демократы премьера Владимира Филата тоже близки к Бухаресту, только более изощрены, нежели их радикальные коллеги. "Наша Молдова" Серафима Урекяна также правая партия, но она вдобавок раздирается борьбой и её влияние на дела в стране слабо. А центристы во главе с Марианом Лупу заблокированы общими усилиями и правых и коммунистов; сам Лупу не стал президентом, и перспективы его туманны.

На этом фоне Тирасполь выдвинул аргумент: в Молдове к власти пришли идейные наследники тех, кто развязал националистическую вакханалию в конце 80-х и войну в начале 90-х. Ну, а сам М.Гимпу – не наследник, а ветеран движения за объединение с Румынией того периода. Это ли не дар Божий для руководства ПМР?

Правое руководство Молдовы стало жертвой собственных постулатов. Оно даже сделало шаг назад от предложений Владимира Воронина, который пусть и на короткий период, но решился произнести слово "федерализация". Теперь правые говорят максимум о "широкой автономии", но это нереально. Нереально после признания упомянутых трёх республик и после войны 1992 года, которую тогдашние кишинёвские правые лидеры Молдовы не выиграли. Унитарные предложения в Тирасполе даже не станут обсуждать.

Поэтому можно предположить, что в ближайший год ситуация на Днестре останется прежней, если иметь в виду существование отдельных друг от друга ПМР и РМ.

Ясно и то, что приход правых в Кишинёве решил и для России важную задачу: у неё теперь есть веский довод, чтобы даже не обговаривать всерьёз вариант вывода своих войск с берегов Днестра. Коль скоро руководители Молдовы чувствуют себя, по их собственному выражению, в Бухаресте как дома, то и россияне чувствуют себя так же в Тирасполе.

Операция "Расчленение"?

Слова и дела новых лидеров Молдовы наталкивают на мысль, что они играют очень азартную и рискованную игру, пытаясь самостоятельно перехватить инициативу в деле закрепления распада бывшей Молдавской ССР. В самом деле, с сентября 2009 года, когда Владимир Воронин покинул пост президента, Михай Гимпу и Владимир Филат соревнуются в высказываниях, призванных насторожить или даже разозлить приднестровцев. Они предлагают в Конституции официально наименовать государственный молдавский язык румынским, ввести в учебных заведениях курс "Истории румын", воздвигнуть перед Парламентом памятник так называемым "жертвам" событий 7 апреля, а, фактически, путчистам, пытавшимся с использованием символики Румынии захватить власть в Молдове. От слов в Кишинёве перешли к делам: жёстко "зачищаются" госструктуры от сторонников Партии Коммунистов; на допрос вызываются силовики, защищавшие, пусть и неудовлетворительно, в апреле 2009-го порядок в молдавской столице, прижимаются русскоязычные СМИ; быстро и решительно (когда надо) меняется в соответствии с нуждами правящего АЕИ законодательство…

Впору спросить: даже если лидеры страны верят в справедливость своих шагов, то неужели они не видят, что всё это действует на рядовых жителей ПМР (не говоря уже о руководстве Тирасполя) как сильнейший раздражитель? Вспомним, как говаривал Герцог из "Того самого Мюнгхаузена": "Я тоже не люблю Англию, но я сижу и помалкиваю". Выставляя свои слова и дела напоказ, правое руководство РМ создаёт ситуацию, при которой сближение Молдовы и Приднестровья становится невозможным в ближайшей перспективе, и крайне маловероятным – в отдалённой.

Эту эстафету подхватывает руководство ПМР. Заявление президента Игоря Смирнова о том, что Кишинёв до сих пор не ответил на предложенный Тирасполем проект "Договора о дружбе и сотрудничестве между ПМР и РМ" даёт понять: никаких конкретных шагов по потеплению отношений с Молдовой Тирасполь не ждёт и в своей политике из этого не исходит. Ведь даже самая что ни на есть пророссийская власть Кишинёва не подпишет с Приднестровьем Договор, каковой подписывается между равно признанными на международной арене странами.

Вот почему я делаю предварительный вывод: нынешнее, правое руководство Молдовы, олицетворяемое властным дуэтом спикера-президента Михая Гимпу и премьера Владимира Филата, не заинтересовано в реальном воссоединении бывшей Молдавской ССР на какой-либо основе, за исключением чисто унитарной. То есть, их устроила бы по внутреннему устройству та Молдова, которая была при Советской власти, но близкая к Бухаресту, а не к Москве. Но поскольку, как опытные и умные люди, они понимают, что это невозможно, то перед нами, скорее всего, своеобразное послание: идите своим путём, не тормозите нам заключение различных партнёрских соглашений с ЕС.

Сигнал принят

В конце декабря 2009-го и начале января 2010 года нельзя было не обратить внимание на характерные высказывания приднестровских парламентариев.

В интервью информационному агентству "REGNUM" бывший Председатель Верховного Совета ПМР, руководитель партии парламентского большинства и оппонент президента Игоря Смирнова Евгений Шевчук заявил, что отстаивает то, что и весь приднестровский народ: независимую, экономически процветающую ПМР.

Председатель нынешний, Анатолий Каминский, на встрече с журналистами также был прям. Наш курс, сказал он, это международное признание независимости Приднестровья.

В чём тут соль? Дело в том, что раньше некоторые, особенно молдавские, аналитики во внешнеполитических вопросах противопоставляли "непримиримую" позицию президента Игоря Смирнова и "умеренную", "компромиссную" позицию депутатского корпуса ПМР. Этим особенно увлекались кабинетные авантюристы из окружения экс-президента Молдовы, приведшие собственную партию и шефа к потере власти. Мол, приднестровский бизнес и Верховный Совет надавят на И.Смирнова, заставят его уйти в отставку, а там Тирасполь подпишет соглашение с Кишинёвом на основе унитарного молдавского закона от 22 июля 2005 года.

Теперь же видно, что позиции президента и Верховного Совета ПМР по отношению к Молдове ничем друг от друга не отличаются. И те, и другие ссылаются на итоги референдума от 17 сентября 2006 года и говорят о независимости и сближении с Россией. И в такой консолидированной позиции есть доля нашей заслуги, могли бы с гордостью сказать товарищи Гимпу, Филат и другие.

Я вижу железную логику этих событий. Правому молдавскому руководству приднестровские избиратели, для которых Румыния – как соль в глаза (даже с перебором, благодаря тираспольской пропаганде), не нужны. На первую половину 2010 года у Кишинёва на первом месте – запуск реальных переговоров об ассоциации между Молдовой и Евросоюзом. Здесь же присутствуют интересы Румынии, которая видит себя "главным адвокатом" Молдовы в ЕС. Если в РМ правые могут обеспечить в ходе работы с населением более-менее благоприятную общественную атмосферу на сей счёт, то Приднестровье в этой схеме окажется явно пятым колесом в телеге.

Теперь представим, что в 2010 или 2011 годах в Молдове могут состояться досрочные парламентские выборы. Приднестровский электорат ни М.Гимпу, ни даже В.Филату уж точно ни к чему. Многие избиратели ПМР, особенно молодые, случись общие парламентские выборы, уже не проголосовали бы за коммунистов. Но за унионистов не проголосовал бы вообще никто. Поэтому для закрепления своей власти правые (либералы и либерал-демократы) сделают всё, чтобы приднестровцы не участвовали в молдавских выборах.

Переломить настроения в ПМР в свою пользу (хотя бы частично) Кишинёв мог бы, если бы добился в ходе переговоров с Евросоюзом либерализации для граждан РМ визового режима или введения безвизового. Тогда приднестровцы с молдавскими паспортами могли бы легко приезжать в страны ЕС. Но когда это будет и будет ли вообще? Во всяком случае, до новых парламентских выборов в Молдове, призванных окончательно решить вечный вопрос "кто кого?", такого соглашения ждать не приходится. А, значит, никакого политического договора об урегулировании между Кишинёвом и Тирасполем не будет в принципе.

Своя рубашка ближе к телу

В 2009 году Молдова, а с 2010 года и ПМР вошли в длительный выборный цикл. Когда пройдут новые парламентские выборы в Молдове - вообще непонятно. В ПМР 28 марта состоится голосование в местные органы власти, а в декабре решится, кто пройдёт в новый Верховный Совет. На обоих берегах Днестра те, кто принадлежат к власть имущим и старающимся сохранить своё положение, пуще всего будут бояться получить обвинения в предательстве национальных интересов. Это всё не очень способствует открытому призыву к поиску компромисса.

О противоречиях между участниками переговорного формата "5+2" мы не будем здесь говорить, так как это – отдельная тема. Хочется лишь подчеркнуть, что с каждым новым месяцем, проходящим при укреплении в Молдове прорумынских сил и продолжающейся блокаде Мариана Лупу как кандидата в президенты, эти противоречия меньше не становятся. Поэтому Москва уж точно не станет подталкивать приднестровских партнёров к подписанию политического документа об урегулировании с тандемом Гимпу-Филата. С президентом Марианом Лупу – ещё как-то можно себе представить. Но укреплять на молдавском престоле своими руками правое руководство Кишинёва она не станет.

В качестве компромисса с Евросоюзом россияне могут влиять на Тирасполь, да и на Кишинёв в деле укрепления мер доверия и работы экспертных групп. Снижение уровня вооружений сторон, транспортное сотрудничество, экология, медицина - это благодатные поля для сотрудничества Молдовы и Приднестровья, ибо не связывают последних никакими политическими обязательствами, но сохраняют им полную свободу рук. Приднестровцы, думается, это учитывают в полной мере.

Наконец, в Тирасполе наверняка сегодня рассматривают молдавское руководство как неконсолидированное и, как следствие этого, не вполне договороспособное. Приднестровские власти тщательно отслеживают разноголосицу в Кишинёве. В том числе, когда президент-спикер М.Гимпу и премьер В.Филат выступают за румынский государственный язык, а находящийся без должности М.Лупу вяло пытается им оппонировать. Поэтому правомерна мысль: до новых парламентских выборов в Молдове ни на какие кардинальные политические соглашения Тирасполь с действующим руководством Молдовы однозначно не пойдёт. А тандем Гимпу-Филата, в свою очередь, вряд ли сегодня может отступить от унитарного подхода к урегулированию.

Таким образом, и ПМР и РМ в ближайшие месяцы сосредоточатся на решении задач выхода из экономического кризиса и внутреннего обустройства. Какой-то формальный диалог, возможно, будет вестись, поскольку Тирасполь опасается, что молдавская сторона попробует заблокировать выход приднестровских предприятий на рынки ЕС. Кишинёв же, напротив, опасается, что дальнейшее поправение в форме румынизации Молдовы может подстегнуть Кремль вновь начать увязывать подход к ПМР с подходом к Абхазии и Южной Осетии. Боятся в Кишинёве и роста лояльности Украины в отношении Приднестровья – ведь в Киеве существенно раздражены неуступчивостью Молдовы, которая хочет и выход к морю сохранить и трассу в районе Паланки украинцам не отдать.

Словом, ближайший как минимум год будет периодом ожидания. Стороны конфликта, а также гаранты, посредники и наблюдатели будут делать вид, что работа по урегулированию не стоит на месте. Мы будем делать вид, что им верим.

Президент Ассоциации независимых политологов Приднестровья, президент Фонда "Центр стратегических исследований и инициатив "Юго-Восток", Тирасполь.

www.materik.ru