Прежде всего, следует ясно представлять существующее положение вещей: "Газпром" не является монопольным поставщиком газа в Европу, хотя его так часто называют. На самом деле этот российский государственный гигант поставляет около одной третьей потребляемого европейскими странами природного газа. Еще около 25 процентов поставляет Норвегия, таким образом, вместе эти две страны обеспечивают менее 60 процентов европейских потребностей. Это не монополия, хотя нынешняя структура поставок означает, что "Газпром" действительно является единственным крупнейшим источником газа на европейском рынке.

С другой стороны, благодаря сланцевому буму Соединенные Штаты быстро превратились в крупнейшего мирового производителя природного газа. Поскольку цены снизились под давлением избыточного предложения, американские газовые производители ищут выхода на международные рынки, и Европа является хотя и совершенно очевидным, но не самым рентабельным вариантом выбора.

Согласно подсчетам одного из экспертов в области энергетической индустрии, цена на американский СПГ, поставляемый в Европу, может составлять около 3,59 долларов за МБТЕ (миллионов британских тепловых единиц). При этом средняя цена газпромовского газа – 180 долларов за 1000 кубометров, или около 5,14 долларов за МБТЕ.

Впрочем, эти цифры могут ввести в заблуждение, поскольку различные методы расчета ведут к различным ценовым предложениям, о чем свидетельствует оценка Оксфордского института энергетических исследований, опубликованная в февральском номере "Financial Times".

Итак, на первый взгляд ситуация выглядит многообещающей для компании "Cheniere", доставившей СПГ в лиссабонский терминал на прошлой неделе. Однако, не следует забывать, что упомянутые калькуляции основаны на ценовом предложении, которое, как и все предложения, допускает значительную погрешность. Тем не менее, можно допустить, что предложение на газ "Cheniere" на настоящий момент существенно дешевле, чем на поставки "Газпрома".

Исходя из этого, наиболее логичным шагом "Газпрома", соответствующим широко распространенному в СМИ сценарию, было бы снижение цен с целью сохранения доли рынка, во многом подобно действиям Саудовской Аравии на рынке нефти.

Газпром является прибыльной компанией, имеющей долгосрочные контракты с европейскими клиентами, как заявил телеканалу RT заместитель председателя правления этой корпорации Александр Медведев. Помимо этих контрактов, "Газпром", разумеется может увеличить объемы добычи, однако, способен ли он "утопить" Европу в дешевом газе? Возможно, если снижение цен окажется достаточным. Но подобный сценарий вовсе не лишен неопределенностей. В конце концов, ведь стратегия демпинга не совершила никаких чудес для Саудовской Аравии, и сегодня Эр-Рияд предпринимает шаги по диверсификации своей экономики с целью снижения зависимости от экспорта нефти. Россия это хорошо понимает.

Однако, помимо цен на газ и гибкости позиции "Газпрома", существуют и иные факторы, способные "подставить подножку" американским поставщикам газа, стремящимся выйти на новые рынки в Европе. Через три года вступит в строй новый трубопровод, который будет доставлять в Европу каспийский газ. Изначально было запланировано, что его пропускная способность составит 10 миллиардов кубических метров в год, однако в конечном итоге Транс-адриатический трубопровод может удвоить ее.

Безусловно, это не слишком большой объем газа по сравнению со 172, 6 миллиарда кубометров, проданных "Газпромом" европейским потребителям в 2013 году. И тем не менее, трубопровод станет новым источником поставок газа на континент, иными словами – новым конкурентом.

"Газпром" внимательно отслеживает подобные процессы, особенно в свете объявленных Европейским союзом планов диверсификации источников поставок природного газа. Здесь есть пища для размышлений и для американских производителей СПГ: ведь у "Газпрома" есть три года, чтобы найти способы сохранить свой статус лидера на рынке, где он уже обладает весьма устойчивым присутствием.

Без исключительной политической поддержки со стороны Европы, американские производители природного газа окажутся в невыгодном положении на этом рынке в условиях столь жесткой конкуренции. Поскольку относительно низкие цены оставляют им гораздо меньше средств для ценового маневрирования, завоевание европейского газового рынка может оказаться гораздо более сложной задачей, чем предполагалось.