Макроэкономические итоги последнего года показали: на замену былой неповоротливости и лени пришли эффективность и инновации. Европейская периферия отучилась жить в долг, вышла из затяжного сна и стала работать.

Лучшее тому доказательство – динамика платёжного баланса, которая помимо развития внешней торговли учитывает уровень производства, занятости и потребления. Если ещё два года назад этот показатель стремился к нулю, начиная с марта прошлого года он находится в устойчивом состоянии "положительного равновесия" – 13 миллиардов евро на январь этого года. В экономической теории до сих пор нет единого мнения, полезно ли странам иметь столь внушительные денежные излишки, однако все специалисты признают: нет ничего хуже платёжной лихорадки, и этот период Европа уже прошла.

Ещё несколько лет назад положительное общеевропейское сальдо держалось в основном за счёт успеха немецкого экспорта. Можно было смело говорить, что пол-Европы работает, а другая половина живёт за счёт заработанных ею денег. Напомним, что специалисты много ломали голову над тем, почему в некоторых "обездоленных" южноевропейских странах "живых" денег и накоплений было зачастую больше, чем в тех странах, где эти деньги были, по сути, заработаны. Теперь же период безграничной финансовой солидарности, надо надеяться, подошёл к концу.

В январе этого года платёжное сальдо Германии составило те же 13 миллиардов евро, столько же, что и в целом по Евросоюзу (в былые времена разница доходила до нескольких раз, то есть дефициты других стран сбивали немецкий плюс). Рекордные денежные излишки зафиксированы в Испании (4 миллиарда евро), Чехии (1,2 миллиарда евро) и Польше (760 миллионов евро). Минусы в "дефицитных" странах ЕС, таких как Греция и Италия, снизились до 1 миллиарда евро.

В целом европейские страны отказались от сытой жизни в долг и без лишних усилий. Все за исключением Франции и Великобритании. Попытка построить социализм во Франции уже образовала в платёжном балансе дыру в размере 4,5 миллиарда евро.

В Великобритании высокий дефицит (официальных данных по его динамике не предоставляется, но его месячный показатель, по разным оценкам, должен составлять около 5 миллиардов евро) зачастую объясняется историческими особенностями финансовой системы. Считается, что поскольку страна столетиями живёт в долг, он не оказывает негативного влияния на её экономику. Впрочем, ряд экономистов полагает, что британской образ жизни уже страдает от этой модели. "Чтобы финансировать дефицит, страна вынуждена распродавать активы иностранцам – от шоколадных фабрик до роскошных особняков в Лондоне", – отмечает издание The Economist.

Антон Невзлин