В иностранных СМИ можно встретить утверждения, что Китай реализует так называемую стратегию "жемчужной нити" - помогает в создании морских баз на побережье ряда стран. Называются порты Янгон (Мьянма, бывшая Бирма), Хамбантота (Шри-Ланка) и Гвадар (Пакистан).

Военно-морские силы Китая обдумывают строительство своей первой базы за границей, сообщает 30 декабря прошлого года английская газета "Дейли телеграф". Как следует из ее публикации, китайский адмирал Инь Чжуо заявил, что его страна, возможно, построит базу снабжения в Аденском заливе, чтобы поддержать борьбу с сомалийскими пиратами. Китайские военные корабли уже участвуют в международной борьбе с ними.

Китай не только закупает огромные объемы нефти за рубежом, но и сам участвует в ее добыче. Крупнейшая китайская компания CNPC в 2009 году увеличила добычу нефти за рубежом на 12 процентов по сравнению с предыдущим годом - до 70 млн. тонн. В частности, в Судане добыто 15 млн. тонн "черного золота", более 18 млн. - в Казахстане, 10 млн. - в Латинской Америке.

В Пекине, разумеется, отдают себе отчет в том, что в случае непредвиденного обострения военно-политической обстановки и нового всплеска активности "международного терроризма" снабжение Поднебесной нефтью по морским коммуникациям может стать проблематичным. Отсюда китайский интерес к постсоветской Средней Азии. Уже несколько лет функционирует нефтепровод, связывающий Китай с Казахстаном, в декабре прошлого года введен в эксплуатацию газопровод из Туркмении, проложенный через территорию Узбекистана и Казахстана. Достигнуты договоренности с Россией о поставках нефти по фиксированной цене не только по железной дороге, но и по трубопроводу. Однако отказаться от импорта по морю арабской и иранской нефти Китай в ближайшие годы не сможет.

В геополитических комбинациях аналитики США отводят Индии роль противовеса Китаю в регионе и своего рода "полюса притяжения" сырьевых ресурсов стран Среднего Востока и Центральной Азии. В СМИ появлялись упоминания о некоем документе, в котором Джордж Буш-младший в 2006 году якобы ставил задачу по организации "перетока" энергетических ресурсов Центральной Азии в Южную. Очевидная цель этой установки в том, чтобы предотвратить наметившуюся ориентацию нефтяного и газового экспорта стран Центральной Азии на Китай.

В этом контексте можно рассматривать два не реализованных пока трубопроводных проекта. Один из них - газопровод Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия. Пока проект задерживается из-за войны в Афганистане, но вполне реализуем, если Вашингтон решится передать власть представителям умеренного крыла Талибана, имеющего реальную поддержку значительной части населения. Формально США уже достигли своих целей в Афганистане, лишив "Аль-Каиду" тренировочных лагерей в этой стране. Как признал советник Обамы по национальной безопасности генерал Джеймс Джоунс, "Присутствие "Аль-Каиды" в Афганистане значительно уменьшилось. По оценкам, максимальное число ее членов составляет менее 100 человек, действующих внутри страны, без баз и возможности устраивать нападения на нас или наших союзников".

Другой газопровод должен быть проложен по маршруту Иран - Пакистан - Индия. Переговоры о его строительстве ведутся с 1995 года.

Предполагаемая пропускная способность газопровода - 55 млрд, кубометров в год, из которых 62 процента объемов предназначались бы Индии, а остальное Пакистану. На первом этапе трубы будут проложены к 2014 году на участке Иран - Пакистан. Пакистанская экономика стала бы получать до 11 млрд, кубометров в год с последующим удвоением. Ресурсной базой для газопровода должно стать иранское гигантское месторождение Южный Парс с запасами 14 трлн, кубометров газа.

Может быть на первый взгляд это и удивительно, но далеко не все в американском истеблишменте желают дальнейшего ухудшения отношений с Ираном и тем более сомнительной по результатам военной операции против его ядерных объектов. С одной стороны, официальный Вашингтон под влиянием Израиля и его влиятельного лобби в американском конгрессе по-прежнему ставит вопрос о международном контроле за ядерными исследованиями в Иране и о новых санкциях. Но, с другой стороны, Збигнев Бжезинский, к чьему мнению прислушиваются в политических кругах США, настаивает на мирном урегулировании американо-иранских отношений. Он считает, что нормализация отношений с Ираном станет для США фактором благоприятного решения многих международных проблем в этом регионе.

Группа аналитиков, примыкающая к Бжезинскому, полагает целесообразным предоставить Ирану возможность включиться в реализацию международных газопроводных проектов. Это снизило бы его зависимость от экспорта нефти, в том числе в Китай. В конечном счете речь идет опять же о переориентации, по геополитическим соображениям, потока иранских энергоресурсов. Именно сдерживание Китая становится, видимо, на ближайшие десятилетия одной из основных целей внешней политики и военного строительства США.