В последние месяцы очень много обсуждается договор о сокращении стратегических вооружений (СНВ) между США и Россией, но одно крайне важное обстоятельство не принималось во внимание в достаточной степени, и обстоятельство это — мощная программа модернизации ядерных войск, осуществляемая Китаем.

Неясно, думали ли в администрации или в Конгрессе о смысле следующего факта: покуда мы сокращаем свои стратегические ядерные силы (по условиям нового СНВ — на 20-30%) и надеемся, что остальные последуют за нами по дороге к безъядерному миру, как крысы за крысоловом, Китайская Народная Республика тем временем занимается не чем иным, как наращиванием своих стратегических ядерных сил.

Голосование в Конгрессе по ратификации договора может состояться уже в ближайшие дни или недели, а потому сейчас идеальный (если не сказать критический) момент, когда надо рассмотреть этот вопрос, особенно с учетом, что принятие пакта о разоружении вынудит нас соблюдать его условия в ближайшие десять лет.

Какую конкретную форму примут амбиции Китая — пока до конца не ясно, но мало кто сомневается, что планы на будущее у него грандиозные. В прошлом году, выступая в Конгрессе, тогдашний директор национальной службы разведки Деннис Блэр (Dennis Blair) сказал, что действиями, совершаемыми Пекином на международной арене, частично движет "давно существующее намерение превратить Китай в великую державу в масштабах восточноазиатского региона и всего мира".

На данный же момент Китай лихорадочно наращивает все компоненты своей национальной мощи: политический, экономический и, что самое тревожное, военный. Модернизация армии Китая идет с лихорадочной скоростью; в последние два десятилетия военный бюджет страны рос со средней скоростью 10% в год.

На ядерном фронте Китай опирается на свои стратегические ракетные войска, которые называются "вторым артиллерийским корпусом". 2-й артиллерийский когда-то давно был вооружен небольшим количеством жидкотопливных межконтинентальных баллистических ракет (МБР) шахтного базирования с трех- и пятимегатонными термоядерными боеголовками систем "Дунфэн-4" и "Дунфэн-5". Но в последние годы а вооружение встали еще и твердотопливные ракеты мобильного базирования "Дунфэн-31А", что позволяет сократить время реакции по сравнению с ракетами шахтного базирования, в то же время повысив сохранность этих ракет в бою.

Вдобавок к этому, как предупредил Пентагон в последнем выпуске своего ежегодного доклада о состоянии вооруженных сил Китая, в этой стране осуществляется "самая активная в мире программа баллистических и крылатых ракет наземного базирования в мире". Также, возможно, Китай "разрабатывает новые МБР дорожного базирования, возможно, могущие нести разделяющиеся головные части (РГЧ) с боеголовками индивидуального наведения", что позволяет наносить удары по нескольким целям с одной МБР. Появление у Китая технологии РГЧ "может привести к увеличению за пятнадцать лет более чем вдвое" численности боеголовок, имеющихся в его распоряжении, о чем сообщает наше Министерство обороны. Кроме того, Пентагон отмечает, что Народно-освободительная армия Китая (НОАК) ведет разработки в области производства маневрирующих головных частей (МГЧ), ложных целей, дипольных отражателей, технологий глушения сигнала и защиты от светового излучения, что позволит улучшить способность стратегических войск успешно наносить удары по намеченным целям.

И на этом проблемы не заканчиваются. Силы 2-го артиллерийского корпуса Китая, как сообщается, прорыли на севере страны систему туннелей общей протяженностью свыше 3 тысяч миль, ее называют "Подземной китайской стеной". Есть мнение, что эти туннели предназначены для укрытия в них ядерного арсенала Китая, что даст Пекину возможность сохранить свои ядерные силы наземного базирования и после первого удара врага.

Но Пекин наращивает не только 2-й артиллерийский. Пекин еще и диверсифицирует структуру своей атомной доктрины, отходя от своей традиционной "монады" ракет исключительно наземного базирования и переходя к более общепринятой "триаде" ядерных войск наземного, морского и воздушного базирования, имеющейся у других главных ядерных держав — России и США.

Заметней всего этот переход происходит на море. Во времена холодной войны советские и американские подводные лодки считались самой незаметной и самой живучей составной частью атомной триады, особенно в том, что касалось стратегии нанесения второго удара. Китайцы это отлично понимают, и потому переносят свой сдерживающий потенциал под защиту океанских волн.

Новые стратегические подлодки класса 094 "Цзинь" пришли на смену старой и проблемной подлодке класса 092 "Ся" (первое поколение). "Цзини", возможно, уже сейчас несут двенадцать первых китайских межконтинентальных баллистических ракет морского базирования "Цзюйлан-2", их дальность действия превышает 4 тысячи миль. Возможно, что две или три такие подлодки уже введены в строй, и еще две или три готовятся к вводу. Кроме того, Пекин уже строит новые подлодки класса 096, которые, как ожидается, будут нести уже по двадцать четыре ракеты межконтинентальной дальности.

Китай развивает и авиационный компонент ядерных войск, преимущественно в форме способных нести ядерное оружие бомбардировщиков B-6, сохранившихся со времен холодной войны. По мнению аналитиков, Китай, уже способный сбрасывать ядерные бомбы свободного падения, сейчас разрабатывает для этих самолетов крылатые ракеты класса "воздух-земля", на которые можно будет ставить как обычные, так и ядерные боеголовки.

Все эти вооружения представляют большой интерес, но нужно смотреть также и на политический контекст, в котором существуют все эти стратегические системы. Нет ничего удивительного в том, что в органах безопасности США активизируются дискуссии о том, как новые оказывающиеся в распоряжении Пекина стратегические инструменты вписываются в его ядерную политику, и это очень насущный вопрос, учитывая, что специалисты НОАК зачастую называют армию США наиболее вероятным противником.

Китай долгое время придерживается политики отказа от первого удара, то есть обязуется не применять ядерного оружия: против государства, не обладающего им; на зоне, объявленной безъядерной; а также первым, то есть начинать ядерную войну. Кроме того, Пекин применял стратегию минимального сдерживания, то есть в том случае, если сдерживающий эффект не сработает, он намерен выдержать первый удар, а затем нанести ответный — по стратегическим целям (то есть по городам), а не по тактическим (то есть по ядерным войскам противника).

Официально Китай придерживается этих принципов и сейчас, но внешние наблюдатели уже сомневаются в этом. По мнению некоторых наблюдающих за НОАК специалистов, в Китае давно и негласно идут дебаты вокруг ядерной доктрины, в которых особенно активно участвуют представители нового поколения специалистов по стратегии безопасности, задающиеся вопросом — а что, если их старшие коллеги просто не понимают, что их страна уже занимает более высокое положение в мировой иерархии, чем прежде. Есть мнение, что Китай рассматривает возможность изменить свою ядерную стратегию, перейдя к допущению нанесения первого упреждающего удара, нацеленного на уничтожение ядерных войск противника до того, как он сам нанесет удар.

Все еще более усложняется из-за того, что Китай отказывается сделать свои ядерные войска прозрачными или хотя бы обсудить эту тему. Руководство НОАК имеет склонность к стратегии обмана и отрицания, что наилучшим, пожалуй, образом явствует из его нежелания обсуждать вопросы ядерного оружия с Министерством обороны. Подобное закрытость и нежелание вступать в диалог представляет собой проблему для наших служб разведки и органов власти, потому что возникает длиннейший ряд не имеющих ответов вопросов о стратегической доктрине, возможностях и намерениях Китая.

А покуда стратегические войска Китая растут по численности, разнообразию и мощности, ядерные войска США отчаянно нуждаются в модернизации. По мнению некоторых экспертов, если и есть страна, способная осуществить "рывок к ядерному паритету" с США, то это Китай — третья в мире ядерная держава.

По мнению некоторых независимых групп, Пекин при желании мог бы стать на равных с Вашингтоном в не таком уж отдаленном будущем, учитывая, к каким сокращениям вооружений обяжет США новый СНВ.

Так что вопрос по-прежнему стоит: действительно ли мы подумали о том, в каком состоянии будут находиться ядерные войска Китая в то время, пока будет действовать новый СНВ? Если нет, то надо подумать об этом немедленно.

Следовательно, рассматривая, новый СНВ, Сенат и администрация должны учесть траекторию развития ядерных войск Китая и направление его стратегической политики, чтобы договор о разоружении с Россией не подорвал нашего положения в плане безопасности.

Питер Брукс — старший сотрудник фонда "Наследие" (Heritage Foundation), а в прошлом — заместитель помощника министра обороны

Оригинал публикации: Beijing’s Build-up and New START