Когда вскрылось, что ЦРУ использует европейские аэропорты для переправки в США лиц, подозреваемых в терроризме, случился огромный международный скандал. Америку обвинили в нарушении прав человека, а репутации европейских правительств, помогавших вывозу людей из третьих стран, сильно пошатнулись.
Но пока в Европе разбираются в том, как западные спецслужбы раздвигают рамки дозволенного законом, Россия, Китай и государства Центральной Азии создают свою сеть по выдаче подозреваемых — только по-тихому, без шума. И застрельщиком здесь выступает не Россия, а Узбекистан и Китай.
Впервые спецслужбы столкнулись с этой проблемой задолго до терактов 11 сентября. В феврале 1995 года в ФБР поступила информация о том, что в Пакистане находится Рамзи Юсеф — организатор первого подрыва Всемирного торгового центра в 1993 году. Возник вопрос, как быстро задержать и без шума вывезти его в Штаты. О законной процедуре экстрадиции, которая предполагает определенную длительность процесса и не гарантирует результат, было решено «забыть». Оперативники ФБР при помощи местных спецслужб поймали Юсефа, но для его тайной доставки за океан американцам пришлось перекрасить в гражданские цвета военный самолет, поскольку в 1995 году Исламабад не разрешил бы приземлиться транспортнику ВВС США (потом Пентагон выставит ФБР чек на 12 млн долл. за покраску). Дозаправка производилась в воздухе, чтобы у Юсефа не было возможности попросить политического убежища в той стране, где самолет сядет на промежуточную посадку.
Но тогда у ФБР даже не было в Пакистане людей для ареста, и им пришлось взять на захват Юсефа пару пакистанских солдат и охранников из посольства. После же 11 сентября стало ясно, что такими любительскими методами действовать больше нельзя. Потребовалось создать систему, позволявшую хватать подозреваемых быстро, без юридических помех и шума в прессе. И в результате двусторонних договоренностей США с режимами некоторых государств стали создаваться совместные оперативные группы для проведения мгновенных арестов, а для временного содержания пойманных лиц в Египте, Марокко, Катаре и Саудовской Аравии были открыты секретные тюрьмы ЦРУ. Для транспортировки задержанных американское разведведомство стало использовать специальную авиакомпанию Aero Contractors с парком в 26 самолетов. А вся эта де-факто легализованная процедура похищения подозреваемых получила название rendition.
Оказывается, не только США нуждаются в подобной системе. Спецслужбы стран бывшего Советского Союза и Китая уже несколько лет пытаются выстроить нечто похожее. И хотя процесс еще не завершен, уже очевидно, что ее создатели следуют американскому образцу. Эта система называется РАТС ШОС — Региональная антитеррористическая структура Шанхайской организации сотрудничества.
Новый порядок
В Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), кроме России и Китая, входят государства Центральной Азии: Узбекистан, Таджикистан, Киргизия и Казахстан. Одной из главных задач ШОС считается совместная борьба с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом.
Специально для этих целей, а по сути для координации действий по выдаче подозреваемых в 2004 году ШОС была создана Региональная антитеррористическая структура (РАТС). Ее главная задача — помочь спецслужбам стран-участниц обойти препятствия, которые создают национальные законодательства и нормы международного права при выдаче подозреваемых.
Самой большой преградой является процедура экстрадиции, которая предполагает решение вопроса о выдаче человека на уровне генеральных прокуратур. Во-первых, эта процедура длительная, во-вторых, открытая, в-третьих, решение об экстрадиции можно оспорить в суде. И главное — та же Генпрокуратура РФ часто отказывает в выдаче людей в такие страны, как Узбекистан и Таджикистан, поскольку те просто не могут предоставить доказательств вины человека в преступлении, состав которого ко всему прочему еще бы и подпадал под нормы российского законодательства. Кроме того, поскольку, по мнению ЕС, в тюрьмах этих стран применяются пытки, решения о выдаче почти всегда удается опротестовать в Европейском суде по правам человека, причем страдает от этого Россия, которую и без того постоянно упрекают в нарушении международных норм права.
Тема борьбы с терроризмом оказалась удобным поводом для упрощения процедуры задержания и высылки людей. По нашим данным, уже несколько лет РАТС ШОС занимается созданием своей, параллельной процедуры, которую можно использовать в обход официальной экстрадиции. Взаимодействие между спецслужбами и силовыми органами идет напрямую — через запрос об оказании содействия. В запросе указывается название силового органа, цель и обоснование, описание необходимого содействия, например, задержание и выдача. Запрос подписывает руководитель центрального компетентного органа, то есть местной спецслужбы, или его зам. (В срочных случаях запрос может быть передан устно.)
Формируя эту новую систему, государства ШОС пошли очень далеко. Так, Шанхайская конвенция позволяет по просьбе запрашивающего органа (например, спецслужб Узбекистана или Китая) применять на территории той же России законодательство другой страны. Это на тот случай, если необходимого состава преступления под конкретного провинившегося перед властями другого государства в российском законодательстве не отыщется.
Китайской контрразведке, например, очень удобно, чтобы какой-нибудь сторонник независимости Тибета, позволивший себе вольные высказывания в интернете, знал, что убежища он не найдет даже в бескрайних степях Калмыкии у братьев по вере. России в этом случае придется выполнять китайский закон.
Еще одним препятствием на пути спецслужбы, желающей добиться выдачи гражданина своей страны из соседнего государства, был статус беженца. И это было спасением для узбеков и таджиков, преследуемых на родине за религиозные убеждения или оппозиционную деятельность. Однако соглашения, подписанные в рамках ШОС, оговаривают непредоставление убежища лицам, причастным к террористической, сепаратистской и экстремистской деятельности. Это значит что тому, чье имя попало в общий банк данных ШОС, статус беженца предоставлен не будет, несмотря на то, что экстремизм и сепаратизм в разных странах могут трактоваться по-разному. За основу берется трактовка преследователей.
И это уже используется на практике. К примеру, ФСБ сообщает Миграционной службе, что данный человек неблагонадежен, так как восемь лет назад проповедовал не то, что надо, где-нибудь в Ферганской долине, и человеку отказывают в статусе беженца. После чего иностранца можно депортировать из России как нелегального мигранта.
Именно таким образом не получил статус беженца 36-летний узбек Дилшот Курбанов. В Россию он переселился в 2002 году. Покинуть родину Курбанова заставили регулярные вызовы на допросы по поводу его принадлежности к исламской организации. И хотя он был простым верующим, решил уехать от греха подальше. Тем не менее, в 2007 году Курбанова по запросу узбеков задержали в Тульской области, где он к тому времени поселился, обвинив в распространении идей религиозного экстремизма, хотели было экстрадировать. Правда, после вмешательства Страсбургского суда экстрадицию отменили.
«Пока шло разбирательство, начальник УФСБ по Тульской области генерал-майор Лебедев направил письмо руководителю местного управления ФМС, фактически предписывающее отказать Курбанову в статусе беженца», — рассказывает Елена Рябинина, сотрудник комитета «Гражданское содействие». В своем письме (копия есть в распоряжении редакции) генерал ссылается на данные прокуратуры Кашкадарьинской области (Республика Узбекистан), которая обвиняет Курбанова в разных преступлениях, вплоть до «использования исламской религии для нарушения гражданского согласия». Доказательств не приводится никаких, тем не менее после обращения генерала Миграционная служба отказала Курбанову в статусе беженца. Сейчас он пытается обжаловать это решение, но пока безуспешно.
Досье на подозреваемых, иммунитет для сотрудников
Чтобы поставить на прочные рельсы новую систему выдачи подозреваемых, РАТС стала работать над общим банком данных разыскиваемых террористов, сепаратистов и экстремистов. Банк данных создали на основе двух источников. Первый — это «Перечень террористических, сепаратистских и экстремистских организаций, деятельность которых запрещена на территориях государств — членов ШОС». Второй — «Список лиц, объявленных спецслужбами и правоохранительными органами государств — членов ШОС в международный розыск за совершение или по подозрению в совершении преступлений террористического, сепаратистского и экстремистского характера».
Заметим, что в российском Уголовном кодексе нет термина «сепаратизм». Но эта мелочь, видимо, не смутила ни Государственную думу, ни Совет Федерации, которые ратифицировали соглашения и конвенции ШОС.
По словам первого замдиректора ФСБ Сергея Смирнова, бывшего председателя Совета РАТС, к концу 2007 года общий банк данных был создан. Все данные сразу засекретили, так как еще в 2004 году было подписано специальное «Соглашение об обеспечении защиты секретной информации в рамках РАТС ШОС».
Но для того чтобы новая система задержания и выдачи подозреваемых на территории шести стран работала бесперебойно, необходимы гарантии исполнителям. В случае прокола они должны быть защищены от возможности ареста в чужой стране.
И ШОС обеспечила стопроцентную защиту своим представителям. «Конвенция о привилегиях и иммунитетах ШОС» (Россия ратифицировала ее в 2005-м) приравняла по статусу представителей структур о рганизации к дипломатам. Они не подлежат уголовной ответственности за все действия, совершенные ими в качестве должностных лиц, обладают иммунитетом от ареста и задержания и т.п.
Такие же безграничные возможности предоставляются «экспертам», выполняющим поручения ШОС. На время командировок на них распространяется иммунитет от личного ареста, освобождение от уголовной ответственности за все сказанное и совершенное при исполнении служебных обязанностей. Багаж их не подлежит досмотру. Любопытно, что этот иммунитет остается у них и по окончании командировки.
От постороннего вторжения защищены и помещения РАТС ШОС. Конвенцией предусмотрено, что представители органов власти не могут вступать в помещения РАТС без согласия директора. Все имущество РАТС тоже пользуется иммунитетом от любого вмешательства — обыску не подлежит транспорт, неприкосновенны и документы, вне зависимости от их места нахождения.
Конечно, сейчас рано говорить о том, что все эти меры приняты только для того, чтобы использовать помещения РАТС в том же качестве, что и секретные тюрьмы ЦРУ, а иммунитеты необходимы, чтобы прикрыть в случае провала сотрудника иностранной спецслужбы, действующего под видом «эксперта». Тем не менее иначе трудно понять, почему представителей уважаемой международной организации, чьи цели ясны и понятны, необходимо защищать от законов страны, где они работают.
Правда, секретные авиакомпании для тайной транспортировки задержанных вряд ли потребуются. ЦРУ использовало спецрейсы, чтобы спрятать следы от журналистов и общественности, у российских спецслужб таких проблем не возникает — они просто отказываются предоставлять информацию, ссылаясь на самые разные обстоятельства.
Преподавателя медресе в Казани Алишера Усманова экстрадировать в Узбекистан по обвинению в причастности к деятельности террористической организации «Хизб-ут-Тахрир» не удалось, поскольку он получил российское гражданство. Тогда летом 2005 года некие «неизвестные» лица похитили Алишера и переправили в Узбекистан, где спустя три месяца после исчезновения родственники и обнаружили его в тюрьме Намангана. Поскольку ситуация с его исчезновением была слишком очевидной, правозащитники пытались расследовать, как Усманов оказался в Узбекистане.
Однако ничего не вышло. На запрос председателя комитета «Гражданское содействие» Светланы Ганнушкиной начальник Управления пограничного контроля ФСБ Мочалов ответил, что «поскольку органами пограничного контроля погранслужбы ФСБ поименный учет граждан, следующих через государственную границу, не ведется», то и сведениями о пересечении границы Усмановым они не располагают. Запрос, направленный в авиакомпанию, тоже ничего не принес — фамилия Усманова нигде не значилась.
По нашей информации, был лишь один случай, когда для тайной переправки человека использовался военный самолет. Речь идет о Мухамадрузи Искандарове, личном враге президента Таджикистана Рахмонова, которого похитили в 2005 году после того, как российская Генпрокуратура отказала в его выдаче. Впоследствии он передал из таджикской тюрьмы письмо с обстоятельствами похищения: неизвестные мужчины, которые затолкали его в машину в подмосковном Королеве, надели на него маску и в наручниках посадили на борт самолета. В полете объявлений, которые бывают во время обычного авиарейса, он не слышал, поэтому сделал вывод, что его переправили военным или военно-транспортным бортом. Приземлившись в Душанбе, он пересек российско-таджикскую границу под именем некоего Геннадия Баланина.
Кому выгодна эта система
Закономерен вопрос: кто из шести участников РАТС ШОС оказался в наибольшем выигрыше от шанхайских инициатив?
Россия явно не входит в число призеров. Прежде всего потому, что террористы с Северного Кавказа не скрываются в Узбекистане, где под каждым кустом сидит сотрудник госбезопасности или в лучшем случае милиционер. Судя по официальным отчетам ФСБ, в Таджикистане, Киргизии, Казахстане и Китае тоже почти не проводится задержаний. На протяжении многих лет Федеральная служба безопасности в качестве убежища для террористов из Чечни и других кавказских республик называет Азербайджан и Грузию, которые в ШОС не входят.
Такое впечатление, что бенефициарами новой антитеррористической системы шанхайской шестерки стали Узбекистан и Китай.
Сначала, в 2003 году, штаб-квартира РАТС переехала из Бишкека в узбекскую столицу Ташкент. В 2005 году Россия по просьбе Узбекистана внесла в список террористических организаций партию «Хизб-ут-Тахрир», которая в Европе и США признана легальной. Однако президент Узбекистана, который в деятельности этой партии с ее утопическими теориями об Исламском Халифате видит угрозу своей личной власти, считает по-другому и многие годы преследует всех ее членов, причем не только в своей стране, но и в России.
Вскоре Россия преподнесла еще один щедрый подарок Каримову: на очередной встрече РАТС в марте 2006 года первый замдиректора ФСБ сообщил, что Россия выдала Узбекистану 19 подозреваемых в членстве в «Хизб-ут-Тахрир», при этом данных о том, что Узбекистан кого-то выдал России, найти не удалось.
В 2008 году врагов президента Узбекистана объявили угрозой национальной безопасности России. Весной тогдашний директор ФСБ Николай Патрушев сообщил, что главными угрозами для России теперь являются «международные террористические организации «Хизб-ут-Тахрир» и «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ).
ИДУ в отличие от «Хизб-ут-Тахрир» представляет собой реальную боевую организацию. Правда, в последние годы движение находится в упадке, и оставшиеся немногочисленные отряды продолжают сопротивление где-то на границе Афганистана и Пакистана. Нет никаких сведений о том, чтобы деятельность ИДУ затрагивала Россию. Ее лидер Тахир Юлдашев не так давно пригрозил смертью за притеснения мусульман президентам разных стран, но в черный список попали лидеры Узбекистана, Киргизии и Таджикистана, а не России.
Еще одним государством, оказавшимся в выигрыше от новой системы, оказался Китай — уйгурские сепаратисты часто скрываются в странах Центральной Азии, поэтому облегченная процедура их выдачи на руку китайским спецслужбам.
Даже нынешние разговоры о расширении ШОС за счет включения Ирана и Пакистана скорее выгодны узбекам и китайцам, чем России — в Иране живут люди, отколовшиеся от ИДУ, а в Пакистане есть лагеря уйгурских сепаратистов.
Шанхайская шестерка — это молодая, растущая организация. В 2005 году к ней в качестве наблюдателя присоединился Иран и Пакистан. Писатель Салман Рушди, проклятый аятоллой Хомейни, до сих пор считается в Иране преступником, приговоренным к смерти за роман «Сатанинские стихи». Если Иран станет членом ШОС, Салман Рушди попадет в общий банк данных РАТС. Тогда в России ему лучше не появляться — вдруг нарвется на бойцов Корпуса стражей исламской революции, прибывших в Россию с документами «экспертов» ШОС.
Справка «Новой»
РАТС ШОС
Штаб-квартира РАТС находится в Ташкенте, штат организации в основном состоит из сотрудников спецслужб и силовых ведомств стран-участниц. Директором Исполкома РАТС сейчас является Мырзакан Субанов, бывший министр обороны Киргизии, председателем Совета — Абдулло Назаров, зампред Госкомитета по нацбезопасности Таджикистана, а до него — первый замдиректора ФСБ Сергей Смирнов.
В РАТС постоянно работают 30 человек, по 7 специалистов из России и Китая, 6 — от Казахстана, 5 — от Узбекистана, 3 — от Киргизии, 2 — от Таджикистана. Национальный координатор ШОС от России Леонид Моисеев рассказал «Новой», что помимо этого в штате посольства РФ в Узбекистане предусмотрены дополнительные должности для постпредов в РАТС. К новому году при штаб-квартире РАТС, которая занимает небольшое здание в узбекской столице, откроют российское представительство.
Заместитель директора Исполкома РАТС — представитель России, сотрудник наших спецслужб Валерий Кравченко. Поскольку он отвечает за международные связи, то мог бы пояснить, как осуществляется розыск и выдача подозреваемых из России. К сожалению, он категорически отказался отвечать на любые наши вопросы. В секретариате директора Исполкома РАТС Мырзакана Субанова нам сообщили, что шеф давать интервью газете не будет. В свою очередь пресс-служба ФСБ также оставила запрос «Новой» без ответа.
Комментарий юриста
С просьбой оценить сложившуюся ситуацию мы обратились к Каринне Москаленко, руководителю Центра содействия международной защите. Центр оказывает юридическую поддержку российским гражданам в Европейском суде по правам человека:
— России необходимо подумать о своей международной репутации, прежде чем вступать в такие союзы со странами, в которых, по мнению ЕС, не соблюдаются права человека. Государства, которые вошли в ШОС, не гарантируют обвиняемым защиты от пыток и не гарантируют справедливого суда. Необходимо провести независимую юридическую экспертизу соглашений и конвенций ШОС на предмет их соответствия нормам международного права, уже признанным РФ, а также российскому законодательству. Если все эти документы противоречат Европейской конвенции о правах человека, то необходимо обращаться по срочной процедуре в Европейский суд. Особенно надо обратить внимание на такие термины, как «сепаратизм», потому что это слишком широкое и расплывчатое понятие, чтобы его можно было криминализировать, а также на иммунитет от уголовной ответственности, предоставленный представителям ШОС. |
