Мировая тенденция отказа от углеводородов и перехода на возобновляемые источники энергии не находит особой поддержки в РФ. Почему Россия не торопится слезть с нефтяной иглы?

Разговоры о том, что России необходимо слезть с нефтяной иглы звучат уже не первое десятилетие. Однако именно сейчас стали наиболее отчетливо вырисовываться риски, с которыми предстоит столкнуться российской экономике из-за того, что ее зависимость от углеводородов не ослабевает. Центр энергетики бизнес-школы "Сколково" совместно с Институтом энергетических исследований (ИНЭИ) РАН представил прогноз развития энергетики в мире и в России до 2040 года.

Согласно ему, существует три сценария. Первый - консервативный - предполагает сохранение текущей ситуации как в развитии технологий, так и с точки зрения госполитики. Второй - инновационный - предусматривает ускорение развития технологий и снятие препятствий на пути их международного трансфера. Согласно третьему - сценарию энергоперехода - происходит дополнительное ускорение научно-технического прогресса и фокусировка энергополитики всех стран на целях декарбонизации. Но при всех сценариях России грозит долгосрочная экономическая стагнация.

Переход на возобновляемые источники энергии вместо угля, нефти и газа

Эксперты констатируют: мировая энергетика вступила в новый этап трансформации - эру так называемого "четвертого энергоперехода". Этот переход подразумевает изменение структуры энергопотребления, в котором постепенно будет снижаться доля ископаемых источников энергии и нарастать доля возобновляемых источников (ВИЭ).

Первый энергопереход произошел во второй половине XIX века, когда уголь вытеснил биомассу, второй был связан с распространением нефти (ее доля выросла с 3% в 1915 году до 45% к 1975 году), третий - привел к широкому использованию природного газа (его доля выросла с 3% в 1930-м до 23% в 2017 году) за счет частичного вытеснения как угля, так и нефти.

Доля ВИЭ в мировом энергопотреблении в 2017 году составляла 15 процентов. К 2040 году, по различным прогнозам, она может вырасти в три раза.

Происходящие процессы неминуемо приводят к снижению спроса на традиционные энергоносители. Пик спроса на нефть, согласно инновационному прогнозу Центра энергетики "Сколково", будет пройден примерно через пять лет, пик спроса на уголь - уже пройден.

Неизбежным последствием энергоперехода становится усиление межтопливной конкуренции. И, в первую очередь, разрушается монополия нефтепродуктов на транспорте. Так, электромобили уже сегодня стали реальными конкурентами автомобилей, использующих двигатели внутреннего сгорания, а к 2040 году доля электротранспорта в сценарии энергоперехода вырастет примерно с 1% (2015 год) до 32%. Во всех отраслях наращивает свою долю электроэнергетика. При этом именно в электроэнергетике происходит наиболее активный переход на возобновляемые источники. К 2040 году их доля в производстве электроэнергии может достичь почти 50 процентов, а без учета гидроэнергетики - 22-30 процентов. 

Экспорт нефти, газа и угля из РФ в Европу будет снижаться  

Основными драйверами энергоперехода в мире и Европе являются государственная энергополитика, развитие технологий и так называемое "экологическое мышление". В основе европейской политики по-прежнему лежит стремление повысить энергетическую безопасность, снижая зависимость от импорта углеводородов. Технический прогресс обусловлен появлением новых технологических решений в энергетике. Он активно стимулируется властями при помощи разного рода субсидий, налоговых льгот и других регулятивных мер.

Одним из приоритетов в последнее десятилетие стала политика декарбонизации, направленная на сокращение выбросов парниковых газов в мировой экономике в рамках борьбы с изменением климата. Так, по данным Всемирного банка, к прошлому году уже 45 государств и 25 отдельных регионов либо уже запустили национальную систему торговли выбросами СО2 или "углеродные сборы", либо планируют это сделать в ближайшем будущем. Для России выход декарбонизации в число главных задач - "это пока только надежда", заявила DW директор Центра энергетики бизнес-школы "Сколково" Татьяна Митрова.

Несмотря на то, что новой технологической революции в ближайшие годы не ожидается, технологические "прорывы", по словам авторов исследования, неизбежны. Они уже проходят апробацию и приводят к планомерному удешевлению ВИЭ, а одновременно и к росту энергоэффективности. В совокупности новые технологии "дают поистине революционный эффект: именно они обеспечивают существенное замедление темпов роста всего мирового энергопотребления", говорится в докладе.

Для России это означает одно: ее доля энергетического экспорта в Европу будет неминуемо снижаться. В самой России "научно-технический прогресс не может реализоваться из-за дешевизны топлива и высокой стоимости капитала", убежден завотделом научных основ развития систем энергетики ИНЭИ РАН Федор Веселов.

Последствия энергоперехода для России

Если в период с 2000 по 2007 годы России удалось существенно нарастить объемы экспорта энергоресурсов, то в последовавшее десятилетие показатели экспорта демонстрировали стагнацию (по суммарной выручке), а в перспективе до 2040 года роста не ожидается ни при каких условиях. В случае, если энергопереход во всем мире продолжит активно развиваться, а энергополитика в России не претерпит изменений, "российский экспорт в объемных показателях сократится на 15 процентов, выручка - на 17 процентов. Все это будет происходить в условиях увеличения производственных затрат по мере перехода на более сложные запасы", отмечается в докладе.

В первую очередь будут сокращаться поставки российской нефти, нефтепродуктов и угля. Ситуация будет усугубляться неблагоприятной рыночной конъюнктурой - даже при самых благоприятных условиях цены на нефть к 2040 году не превысят уровней 2007-2012 годов. В случае сохранения санкций негативную роль будет играть и ограничение доступа российских энергетических компаний к заемному капиталу, новейшим технологиям и рынкам сбыта. "Неблагоприятный инвестиционный климат и институциональная структура ТЭК, препятствующая развитию энергоэффективности и внедрению любых низкоуглеродных технологий, будут тормозить российскую экономику, отнимая все возможности для увеличения темпов роста ВВП", - отмечает Татьяна Митрова. Среднегодовые темпы роста ВВП при самом благоприятном сценарии составят 1,7 процента, при неблагоприятном - 0,6 процента.

Россия делает ставку на уголь, нефть и газ  

Несмотря на перечисленные угрозы, российские регуляторы не спешат корректировать энергополитику. Вразрез с мировыми тенденциями делается значительная ставка на развитие угольной отрасли. В начале этого года сообщалось о намерении инвестировать в нее в ближайшее время около полутора триллионов рублей. Развиваются крупные добычные нефтегазовые и трубопроводные проекты. Причем, несмотря на то, что, по оценкам экспертов, газовая отрасль будет являться наиболее перспективной в части сжиженного природного газа, акцент делается на таких проектах, как газопровод "Северный поток-2" и "Сила Сибири".

"В условиях, когда надо потихоньку демонтировать сырьевую инфраструктуру, Россия ее активно развивает, вкладывая в нее десятки миллиардов долларов. Так страна становится заложницей системы, поскольку инвестиции нужно будет постараться вернуть", - говорит директор Института стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев. Однако же гарантий возврата инвестиций нет, уверены в "Сколково". По словам Митровой, инвестиционные решения о развитии инфраструктуры, которые принимаются сегодня, по большей части игнорируют глобальные тренды. Создается угроза возможного омертвения инвестиций. Любовь к традиционным мегапроектам в условиях, когда мир идет к децентрализации, может оказаться очень большим риском для РФ.