На протяжении последних нескольких недель, по мере того, как напряженность в Персидском заливе нарастала, активность основных международных игроков в регионе также заметно усилилась. Основной целью этой деятельности стало формирование совместных военно-морских сил с участием ВМС США и европейских стран для обеспечения безопасности навигации и морских перевозок через Ормузский пролив и, в частности, для предотвращения любых действий Ирана, препятствующих свободе судоходства.

Между тем Россия, со своей стороны, также активизировала дипломатическую и иную деятельность, чтобы не остаться в стороне от тех перемен, которые могут произойти в регионе в ближайшие месяцы. На дипломатическом уровне Москва выдвинула несколько предложений, касающихся возможных мер по обеспечению коллективной безопасности в Персидском заливе с участием всех стран региона и под надзором пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН. Кроме того, Россия предложила механизм региональной безопасности для Персидского залива по образцу Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

Однако, этим активность Москвы не ограничивается. Россия весьма осторожно и ненавязчиво продвигает себя в качестве посредника между Ираном и арабскими монархиями Персидского залива. Некоторые арабские новостные сайты в последнее время высказывают мнение, что Владимир Путин был бы идеальным посредником в переговорах между Ираном и его арабскими соседями, включая Саудовскую Аравию, поскольку у российского президента хорошие отношения со всеми заинтересованными сторонами.

Иран как ворота России в Персидский залив

Деятельность России в Персидском заливе не ограничивается дипломатией и внесением разумных, на первый взгляд, предложений по коллективной безопасности. Параллельно с дипломатическими усилиями, Москва предпринимает более конкретные меры, чтобы укрепить свои позиции в Персидском заливе и обеспечить себе место за столом переговоров, где будут приниматься решения, касающиеся региональной безопасности, вместе с другими великими державами, и прежде всего Соединенными Штатами и Европейским Союзом.

В этом контексте важно отметить, что Иран является ключевым элементом все более напористой стратегии России в Персидском заливе. Тегеран и Москву уже довольно давно связывают тесные, хотя и весьма неравные и односторонние (в пользу России) отношения. В ходе гражданской войны в Сирии, Иран продемонстрировал свою полезность для Москвы, поддержав Башара аль-Асада. Кроме того, Тегеран как минимум однажды позволил российским боевым самолетам использовать свою авиабазу для их операций в Сирии.

После визита в Москву командующего военно-морскими силами Ирана Хосейна Ханзади, в иранских средствах массовой информации появились сообщения о том, что Тегеран и Москва заключили между собой секретное военное соглашение, детали которого не разглашаются. Независимо от того, было ли на самом деле достигнуто такое соглашение, и если да, то что именно оно предусматривает, этот визит иранского военачальника в Москву имел один вполне конкретный результат: до конца нынешнего года Иран и Россия проведут совместные военно-морские учения в Персидском заливе.

Впрочем, это еще не все. В статье на сайте Oil Price.com обозреватель Саймон Уоткинс заявил, что Иран согласился предоставить России право на базирование ее военных кораблей в портах Бандар-Бушер и Чабахар. Более того, он утверждает, что Москва намерена разместить в этих портах современные вооружения. Имеются также сообщения, в которых утверждается, будто Москва намерена создать в порту Чабахар базу подводных лодок.

Если эти сообщения окажутся правдой, это будет означать, что Владимир Путин, наконец, осуществил мечту Петра Великого о теплых водах Персидского залива и Индийского океана. Однако, существует несколько аргументов против готовности Ирана предоставить России право на постоянное базирование военно-морского флота. Во-первых, конституция Ирана запрещает любые подобные акты. Во-вторых, Исламская Республика постоянно с гордостью подчеркивает свою независимость от всех великих держав. Позволив России создать постоянное военное присутствие в своих портах, Иран как независимое государство потерял бы часть своего авторитета.

И тем не менее, полностью исключать такую возможность не следует. В последнее время Иран с трудом выдерживает бремя санкций, введенных Соединенными Штатами, и опасается возможного военного нападения со стороны Америки и ее союзников. Поэтому, теоретически Тегеран может решить пожертвовать преимуществами имиджа, связанными с независимостью, и использовать расширенное военное присутствие России в качестве сдерживающего фактора против США. Иран прекрасно помнит, как ввод российского военного контингента в Сирию в значительной степени охладил желание Вашингтона начать полномасштабную военную операцию против режима Башара аль-Асада.

Ситуация в Персидском заливе коренным образом отличается от сирийской, и вероятность того, что Россия захочет встать на сторону Ирана в его конфронтации с Соединенными Штатами, весьма невелика. Тем не менее, более масштабное военно-морское присутствие России в регионе может так или иначе изменить соображения США по поводу потенциальных рисков войны против Ирана.

Россия извлекает выгоды из враждебности США в отношении Ирана

Независимо от того, сумеет ли Россия осуществить давнюю мечту о собственных портах в Персидском заливе, уже сегодня ясно, что чрезмерно враждебная и агрессивная политика США в отношении Ирана открывает Москве возможность усилить свое влияние на Тегеран и, тем самым, расширить военное и геополитическое присутствие в регионе Персидского залива.

А самая главная проблема состоит в том, что у Вашингтона нет никакого реального диалога с Тегераном, в то время как Москва неуклонно расширяет и улучшает свои отношения о странами Персидского залива и другими арабскими государствами. Таким образом, не следует удивляться, если в один прекрасный день Путин превратится в главного посредника-миротворца в Персидском заливе.

Перевод Игорь Абрамов  Источник