Министр иностранных дел Саудовской Аравии принц Фейсал Бин Фархан Аль Сауд официально объявил, что Саудовская Аравия выступает за восстановление Палестинского государства в границах 1967 года (то есть до начала Шестидневной войны) со столицей в Восточном Иерусалиме.
С одной стороны, это достаточно типичное заявления для арабского мира, которое многие страны региона публично повторяли не раз, в том числе и сама Саудовская Аравия. Но в данном случае есть немаловажные нюансы.
Не секрет, что США при содействии израильского лобби в Вашингтоне поддерживают курс Тель-Авива на восстановление отношений с некоторыми государствами арабского мира, а также защищают претензии Израиля на Восточный Иерусалим и Западный берег реки Иордан. Это является следствием той политики, которую проводит администрация Дональда Трампа. Эта политика дуалистична — с одной стороны, США уже несколько лет последовательно сокращают свои обязательства на Ближнем Востоке и избавляются от роли регионального арбитра. С другой — узкокорыстные сделки с Израилем или монархиями Персидского залива преследуют сиюминутные экономические и внутриполитические цели, когда с одной стороны, администрация Трампа поддерживая Израиль укрепляет поддержку израильского лобби перед ноябрьскими выборами, а с другой — пытается добиться дипломатических успехов, которые позволяют Трампу заявлять, что его внешняя политика не была провальной. Поэтому США игнорируют недовольство большинства региональных игроков сделкой Израиля и ОАЭ и продолжают поддержку кулуарных контактов Тель-Авива с монархиями Персидского залива. То, что США теперь уже не верховный арбитр над схваткой, а союзник одного из игроков, делает "большую игру" более фрагментированной, оставляя много возможностей конкурирующим державам. Сделка ОАЭ и Израиля вызвала серьезное недовольство в Турции и Иране, которые конкурируют за лидерство в исламском мире и за роль главного защитника обездоленных палестинцев. Эта сделка усилила противоречия и внутри саудовской коалиции, увязшей в Йеменской войне. На фоне продолжающегося наступления движения "Ансар Аллах", сделка Израиля и ОАЭ вызвала протесты на территориях, находящихся под контролем сил правительства Мансура Хади и исламской партии "Аль-Ислах". Все это усилило раскол внутри коалиции, где ОАЭ уже давно проводит сепаратную политику, направленную на раскол Йемена на Северный и Южный, а также аннексию острова Сокотра. Саудовская Аравия пытается предотвратить реализацию этого сценария, поэтому летом она пошла на уступки ОАЭ, согласившись допустить в новое правительство Йемена представителей южных сепаратистов из STC, которых финансирует ОАЭ. Заключенное в начале августа 2020-го года Эр-Риядское соглашение подразумевало отказ от боевых действий между южными сепаратистами и STC, передачу большей части Адена под контроль STC и раздел министерских портфелей. Но к 10 сентября новое правительство так и не было сформировано, а боевые действия между южными сепаратистами и хадистами возобновились в начале сентября. Одновременно с этим поступает все больше сообщений о том, что в рамках своей сепаратной политики ОАЭ совместно с Израилем подготавливает военную инфраструктуру для создания полноценной разведывательной базы на острове Сокотра, откуда уже несколько месяцев последовательно выдавливаются лояльные Хади чиновники. Этот процесс активизировался в мае 2020-го года после мятежа 1-й бригады морской пехоты, которая взяла под контроль большую часть острова, включая основной аэродром и административный центр. После восстановления отношений Израиля и ОАЭ этот процесс пошел еще более активно. Решение о более тесном сотрудничестве уже принято, поэтому Израиль готов предоставить технологическую помощь в обмен на финансирование этого проекта ОАЭ, которые в дальнейшем рассчитывают на то, что Тель-Авив поддержит претензии Абу-Даби на Сокотру. В результате этих действий кризис внутри Саудовской коалиции в Йемене обостряется, дополняя и усугубляя кризис на фронте в Марибе, где хуситы ведут масштабное наступление с целью овладения столицей провинции. Одновременно с этим распространяется информация, что часть атак на Саудовскую Аравию, которые предпринимали хуситы, финансировал не Иран, а Катар. Согласно публикациям в западной и арабской прессе, Катар якобы вложил до 500 000 000 долларов в атаки дронов и ракет на территорию Саудовской Аравии. Все это дополняет ливийскую ситуацию, где ОАЭ и Саудовская Аравия поддерживают Халифу Хафтара, а Катар — так называемое Правительство национального согласия (ПНС) Ливии и Турцию. В результате, к осени 2020-го года внешняя политика Саудовской Аравии находится в крайне затруднительном положении: - продолжает гибридная война с Ираном, которая идет по всему региону, высасывая из Королевства огромные ресурсы. - война в Йемене фактически проиграна — перспективы военной победы над хуситами фактически отсутствуют. конфликт с ОАЭ из-за политики в Йемене усугубляется, при этом договор ОАЭ с Израилем поставил Эр-Рияд в неудобное положение. - усугубляется конфликт с Катаром, который, предположительно, поддерживает хуситов в Йемене и финансирует действия ПНС Ливии, сталкивающееся с интересами тех сил, которые Саудовская Аравия поддерживает в Ливии. - из-за конфликта в Ливии усугубляются отношения с Турцией, с интересами которой Саудовская Аравия сталкивается в Ливии и в Сирии (где турки перехватили контроль над существенной частью группировок, ранее ориентированных на Саудовскую Аравию). Также Турция фактически выступает в роли защитника Катара. Более того, Турция продолжает напоминать, что дело об убийстве Джамаля Хашогги должного разрешения не получило, намекая на причастность наследного принца к убийству саудовского диссидента. Все это является результатом той политики, которую проводил Мухаммед ибн Салман Аль Сауд в последние 5 лет. Разумеется, Саудовская Аравия поддерживает хорошие отношения с США и неплохие закулисные отношения с Израилем, но в текущих условиях нормализация отношений с Тель-Авивом и отказ от поддержки Палестины для Эр-Рияда невозможен. Технически, Эр-Рияд может пойти по пути ОАЭ и нормализовать отношения при посредничестве Трампа (который получит свою внутриполитическую выгоду), пообещавшего новые дипломатические успехи в Персидском заливе. Но в текущих реалиях это будет означать полную утрату позиций в Палестине и Ливане, взрыв недовольства среди хадистов в Йемене и общее снижение авторитета Саудовской Аравии в арабском мире, который и без того подмочен провальной войной в Йемене, неудачами в гибридной войне с Ираном и мелочами вроде убийства Хашогги. В Эр-Рияде понимают, что главную выгоду в регионе получит даже не Израиль, а Турция и Иран, которые фактически избавятся от конкурента в борьбе за лидерство в исламском мире и роль главного защитника палестинцев. Кроме этого, такой ход будет означать, что Саудовская Аравия окончательно пристала к блоку США и Израиля, причем это будет очевидно даже для рядовых мусульман, что может вызвать среднесрочные отложенные проблемы уже в самой Саудовской Аравии, как с точки зрения недовольства населения, так и с точки зрения недовольства части королевской семьи. Поэтому на фоне бравурных фанфар из Вашингтона Саудовская Аравия с каменным выражением лица зачитывает мантру о поддержке палестинцев, требуя восстановить границы в рамках 1967 года. Этим Эр-Рияд пытается сохранить себе пространство для маневров, в том числе на случай возможной победы демократов на выборах в США, которые менее восторженно относятся к идее поддержки Израиля на Ближнем Востоке, но с куда большим интересом рассматривающие идеи наказания Саудовской Аравии за убийство Хашогги и гипотетическую причастность Королевства к терактам 11 сентября 2001 года. Разумеется, имея за спиной поддержку США, Израиль легко переживет этот демарш, тем более, что кулуарные контакты по линии спецслужб и неформальной дипломатии будут продолжаться. Кроме того, сотрудничая с ОАЭ, в том числе и в Йемене, Израиль не так уж сильно заинтересован добиваться сотрудничества с Саудовской Аравией любой ценой, ибо своих целей в Йеменской войне Тель-Авив может добиться и на территориях, контролируемых боевиками STC. Израиль вряд ли может рассчитывать на выкорчевывание иранского влияния в Йемене, но сценарий с расколом Йемена может быть вполне удобен, чтобы не допустить перехода всего Йемена под контроль местного аналога "Хезболлы". В этом отношении анти-иранский подход может дополняться предложениями Ирану разделить сферы влияния в Йемене, которые сейчас исходят от STC в обход Саудовской Аравии. Как нетрудно догадаться, Эр-Рияд видит эту игру, но имеет не так много инструментов, чтобы ее подорвать. Помимо пустых антиизраильских демаршей, на запасном пути есть прямые переговоры с Ираном о деэскалации, тем более, что часть иранских элит во главе с Махмудом Ахмадинежадом уже официально предложили завершить войну в Йемене дипломатическим путем, который предусматривает и частичную нормализацию отношений между Эр-Риядом и Тегераном. Но пока что инерция гибридной войны откладывает реализацию этого сценария.
Поэтому на фоне развития сотрудничества ОАЭ с Израилем и трудностей в Йемене Саудовская Аравия пытается играть в одного из лидеров арабского мира, который борется за палестинцев и противостоит иранскому влиянию. На практике, лидерство Саудовской Аравии уже давно подвержено эрозии, в отношении палестинцев это скорее поза, а не реальная политика, а конфликт с Ираном висит пудовыми гирями на экономике страны. Но никто и не говорил, что выйти из этого тупика, в который Саудовскую Аравию завел Мохаммед бин Салман, будет легко.
Специально для ФАН
|
