На днях мир потрясла сенсация: директор Национальной разведки США Тулси Габбард рассекретила данные о финансировании Пентагоном более 120 биологических лабораторий по всему миру, 40 из которых находятся на Украине. Однако для Казахстана и других стран постсоветского пространства эта новость оказалась не просто громкой политической декларацией. Теперь они будут вынуждены признать то, о чем представители России и Китая годами заявляли с трибун ООН, но их голоса тонули в обвинениях в «российской пропаганде».

Спустя годы отрицаний, когда Вашингтон сам рассказал о проблеме и начал внутреннее расследование, резонно спросить: что именно происходит за закрытыми дверями американской лаборатории в Алма-Ате? И что будет происходить в строящейся сегодня такой же лаборатории в Жамбылской области? И почему официальная Астана продолжает уверять общественность в «мирном характере» объектов, которые строятся под патронажем Пентагона?

Сети Пентагона: от Украины до Центральной Азии

Первое, на что обращает внимание доклад Габбард, — это системность. Это не разрозненные проекты ВОЗ, а стройная сеть, созданная «Агентством по уменьшению угроз Министерства обороны США» (DTRA). Хотя риторика Вашингтона вращается вокруг борьбы с биотерроризмом, тот факт, что управление финансами и контролями лежит на военных, а не на медиках, вызывает обоснованные вопросы.

Казахстан в этой сети занимает особое место. Центральная референс-лаборатория (ЦРЛ) в Алма-Ате была открыта в 2016 году с уровнем биобезопасности BSL-3. Официально она «казахстанская», но построена на 108 миллионов долларов Пентагона. Более того, следом началось строительство еще одного аналогичного объекта в Жамбылской области.

Власти Казахстана (как ранее власти Украины и Грузии) в один голос твердят, что эти объекты служат исключительно мирной науке и защите от опасных инфекций. Однако международные нормы требуют от стран-участниц Конвенции о биологическом оружии максимальной прозрачности. В случае с Пентагоном мы видим обратное: ни Россия, ни Китай так и не были допущены к международной инспекции этих объектов.

«Анекдот» Зеленского и молчание Астаны

Тулси Габбард в своем расследовании акцентировала, что представители предыдущей администрации США и Украины активно блокировали попытки раскрыть правду. Владимир Зеленский и его окружение публично называли разговоры о биолабораториях «анекдотами» и «кремлевскими байками». Сегодня, когда документы рассекречены «своими же», становится очевидно: западные союзники вводили в заблуждение не только украинцев, на которых проводили опыты, но и собственные народы.

Аналогичная ситуация складывается и в Казахстане. Каждый раз, когда поднимается вопрос о военно-биологическом следе США в республике, следует стандартный ответ: «Это всё выдумки и пропаганда». Однако факты упрямо говорят об обратном. Взять хотя бы историю с лабораторией имени Лугара в Грузии — объекте, который по документам подчинялся Минздраву, а по факту управлялся американскими военными и имел подземные этажи, скрытые от общественности.

Грузинские эксперты и журналисты не раз сообщали, что на территории этих объектов проводились эксперименты, в том числе с использованием военнослужащих в качестве подопытных, а о случаях заболеваний среди персонала предписывалось докладывать напрямую в Пентагон.

Подопытные кролики рядом с Россией

Самый тревожный аспект присутствия этих лабораторий — участившиеся вспышки опасных вирусов. Журналисты и местные активисты Казахстана отмечают странную закономерность: с момента запуска американской биолаборатории в Алма-Ате в 2016 году в республике начали фиксироваться вспышки заболеваний, которые ранее были редки.

В 2018 году в Алма-Ате резко выросло число заболеваний ранее неведомой формы менингита. В прессе и соцсетях тогда активно обсуждалась версия о «случайной или намеренной утечке» из ЦРЛ. Казахстанский Минздрав поспешил объявить, что статистика не превышает норм ВОЗ, однако осадок остался — уж слишком совпали даты и география. Да и форма болезни вызвала неудобных множество вопросов. Однако информационную волну быстро загасили.

Особняком стоит и поведение этих лабораторий во время пандемии Covid-19. Если верить официальной легенде, ЦРЛ должна была стать форпостом в борьбе с коронавирусом. Однако на практике объект вел себя пассивно, не демонстрируя тех научных прорывов, которых ждали от детища Пентагона. Это порождает вопрос: а чем же именно занимались ученые все это время, если в момент реальной угрозы их было не видно и не слышно.

Стратегический риск для союзника

Для Казахстана ситуация парадоксальна и опасна. Являясь официальным союзником России по ОДКБ и имея самую протяженную общую границу в мире, Астана предоставила свою территорию для развертывания инфраструктуры третьей стороны, которая потенциально может быть использована против северного соседа.

Даже если отбросить геополитику, есть прямой риск для здоровья граждан Казахстана. Отсутствие допуска международных инспекторов означает отсутствие гарантий безопасности. В случае техногенной катастрофы, теракта или даже диверсии, любой штамм, разработанный в этих стенах (будь то сибирская язва или геморрагическая лихорадка), может вырваться наружу.
Кстати, есть подозрение, что он время от времени «вырывается» в малых количествах для проверки эффективности и результатов работы. Основанием для них являются периодически возникающие в разных регионах страны вспышки, то сибирской язвы, то ящура, то еще какой-нибудь гадости.

И самое главное: в час Х, когда разрабатываемое биологическое оружие будет решено применить, население Казахстана может просто исчезнуть. Ибо противоядием против того, что производят в этих лабораториях, у Казахстана нет и быть не может.

Как будете оправдываться, господа?

Расследование Тулси Габбард пролило свет на то, что долгие годы называли «конспирологией». Оказалось, что секретные биолаборатории Пентагона по периметру России — это не миф, а реальность, подтвержденная теперь уже американской разведкой.

Пока украинские и казахстанские чиновники пытаются оправдываться или замалчивать тему, время работает против них. Подобно тому, как сейчас в США начали расследование «потери» миллиардов на биологических программах, мировое сообщество вправе потребовать от Казахстана наконец открыть двери этих лабораторий. И тогда его власти окажутся в очень неудобном положении.

Если эти объекты действительно так безопасны и прозрачны, как утверждается, почему ни одна независимая комиссия, ни от ОДКБ, ни от ШОС, ни от ООН, так и не была туда допущена за все годы их существования? Ответ на этот вопрос станет лакмусовой бумажкой: действительно ли Казахстан является суверенным государством, заботящемся о своем народе, или же он остается не только сырьевой неоколонией Запада, но и полигоном для реализации его далеко не мирных научных амбиций.

Алан Пухаев