Российская экономика, "закаленная" борьбой с западными санкциями, проявляет неожиданную способность к сопротивлению по отношению к последствиям пандемии коронавируса.

Наконец-то настал июль. В деловом центре мегаполиса Токио улицы заполнились быстро спешащими по неотложным делам людьми в офисной одежде.

Из-за пандемии коронавируса я с конца февраля этого года не появлялся в Москве. Однако сотрудники финансовых холдингов и венчурных компаний, связанных с Россией, не устают работать "на удаленке". По их рассказам, составленным на основании информации от их коллег в России, после снятия карантинных ограничений в стране, и особенно в Москве, с новой силой заработали предприятия сферы обслуживания, различных услуг и общественного питания.

По состоянию на 1 июля Россия находится на 3 месте в мире по количеству выявленных заражений коронавирусом после США и Бразилии.

В связи с введением режима самоизоляции и карантина, осуществлявшегося в России с конца марта, экономическая и бизнес-активность в стране была приостановлена на более чем 2 месяца. К этому добавилось произошедшее в марте-апреле резкое падение мировых цен на нефть.

И все же, как можно оценить то негативное влияние, которое данные события оказали на российскую экономику?

Если начать с выводной части, то можно определенно констатировать: ей не был нанесен удар такой мощи, которого, возможно, ожидали бы читатели.

Не произошло самого страшного: падение цен на нефть нисколько не спровоцировало остановку Россией экспорта своих углеводородов. Более того, не создалось такой ситуации, которая вынудила бы Россию поступиться частью своих территорий.

Я не буду касаться ненужных подробностей таких заметных политических событий, произошедших в России, как военный парад 24 июня в честь 75-летия Победы над Германией и состоявшееся 1 июля всенародное голосование по поправкам к Конституции. Здесь мы сосредоточимся на чисто макроэкономических показателях России.

Прежде всего приведем оценки различных правительственных и финансовых организаций по динамике ВВП России на ближайшие 2 года.

Пессимистичные прогнозы МВФ (Международный валютный фонд) и ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) для этих организаций традиционны. Однако и правительственные российские учреждения тоже смотрят на перспективы нынешнего года весьма настороженно.

Нет никакого сомнения в том, что падение мировых цен на нефть явилось тем фактором, который существенного затормозил экономическое развитие России. По справедливой оценке Минэкономразвития России, цена на нефть сорта Urals ожидается в 2020 году в районе 40 долларов за баррель, а в 2021 году может несколько подрасти и составить около 43,3 доллара за баррель. Понятно, что при таком уровне нефть не явится главным драйвером российской экономики.

Однако если мы посмотрим на макроэкономические показатели России, продемонстрированные в период кризиса, связанного с коронавирусом, с кризисными ситуациями других лет, то увидим, что "корона-шок" оказался для российской экономики не таким уж и страшным.

Взгляните на нижеприведенную таблицу.

Хотя Россию часто подвергают критике, что она "сидит на нефтяной игле", приведенные выше цифры с убедительностью свидетельствуют о том, что она обладает и другими мощными производственными потенциалами, а также сформировавшимся за периоды кризисов довольно продвинутыми технологиями ("ноу-хау") их преодоления.

Нынешний кризис является лишним тому подтверждением.

Если посмотреть на помесячную динамику ВВП в 2020 году (в пересчете на год), то в январе-марте она составляла — 3,7%, в апреле —12%, а в мае — 10,9%.

Однако уже в июне, как только экономическая активность в стране была частично восстановлена, по сравнению с апрелем-маем ожидается существенный прирост позитивной динамики. Она может практически свести на нет предыдущие потери.

Значительное улучшение экономической ситуации в стране в докладе президенту Путину 9 июня подтвердил никто иной, как президент ПАО "Сбербанк России" Герман Греф (который часто критикует правительство). Он заявил: "Несмотря на сложную ситуацию в российском бизнесе, в июне нынешнего года деловая активность в стране восстанавливается более быстрыми темпами по сравнению с теми, которые мы ожидали. Если судить по данным наших платежных терминалов, установленных в самых разных торговых и банковских точках, в июне их оборот, ранее составлявший 25% от докризисного, вышел на уровень 90% от номинального. В этой связи Сбербанк России повысил оценку динамики ВВП на 2020 год с минус 6 — 7% до минус 4,2 — 4,5 %".

Следует отметить, что западноевропейские и американские инвесторы тоже отмечают высокую устойчивость российской экономики к последствиям корона-кризиса.

10 июня UBS Group AG — крупнейший швейцарский финансовый холдинг, предоставляющий широкий спектр финансовых услуг по всему миру, в том числе и в России, опубликовал очередной доклад, в котором отмечено, что важными факторами относительной стабильности российского рубля, продемонстрированной в 2020 году, является низкий уровень инфляции, сбалансированность платежного баланса страны и принимаемые правительством меры по стимулированию экономики.

Инфляция в России, то есть индекс потребительских цен, существенно влияет на стоимость продуктов питания, продаваемых на российских прилавках. Одной из особенностей динамики изменения этого индекса является отмечаемое в последние несколько лет снижение цен на растительную продукцию. Частично причина здесь состоит в том, что в результате западных санкций Россия серьезно нарастила производство собственной агропродукции и повысила свою продовольственную безопасность.

Особенно сильный импульс для этого дали санкции, введенные западными странами в связи с присоединением Россией Крыма в 2014 году. Серьезные импортные ограничения заставили российских производителей увеличить выпуск отечественного продовольствия. В итоге Россия в настоящее время превратилась в мощную сельскохозяйственную державу. 

Россия до последнего времени имела высокопрофицитный платежный баланс. В 2019 году его положительное сальдо составляло 64,6 миллиарда долларов. Конечно, в результате мировой пандемии коронавируса и падения мирового спроса и цен на нефть этот показатель рискует ухудшиться. По расчетам экспертов, положительное сальдо России может сократиться на 10 миллиардов долларов.

Однако о том, что платежный баланс страны может стать дефицитным, не идет и речи.

Есть и такой неожиданный нюанс последствий коронавируса, как сокращение Россией объемов своего импорта. К тому же из-за закрытия авиарейсов в 2020 году российские туристы не потратят за рубежом те колоссальные суммы, которые они привыкли расходовать на заграничный отдых и путешествия. Все эти деньги останутся в стране, что позволит ей легче пережить кризис.

Ну и наконец, меры российского правительства по стимулированию экономики страны. В июне нынешнего года правительство РФ обнародовало планы по развитию национальных проектов в период с июля 2020 до декабря 2021 года. Общие расходы на них составят 5 триллионов рублей. Это весьма амбициозные планы, выделяющиеся своими объемами среди всех начинаний Путина за время после его прихода к власти в 2000 году.

Откуда же возьмет Россия такие деньги? Даже колоссальных накоплений от дополнительных доходов нефтегазового комплекса, поступавших ранее в Фонд национального благосостояния, для этого не хватит. Выход один — в новых долговых заимствованиях.

Я не удивлюсь, если среди моих читателей некоторые вкладываются в долгосрочные официальные облигации российского федерального займа, то есть таким образом ссужают России деньги. А почему бы и нет? У России сейчас вполне приличный суверенный инвестиционный рейтинг на уровне ВВВ-.

На самом деле, более одной трети российских ОФЗ принадлежат иностранным инвесторам (в долговых обязательствах Японии по данным на конец декабря 2019 года это доля составляла только 7,8%). Подавляющее большинство этих инвесторов — это профессиональные корпоративные клиенты. Они вкладываются в облигации федерального займа России, доходность которых, например, со сроком погашения 5 лет составляет в 2020 году 5,17% годовых. Нет сомнения в том, что, совершая этот шаг, инвесторы тщательно взвешивают все варианты, в том числе и будущее российского рубля. И очень многие из них принимают решение "брать".

Еще до общероссийского голосования по поправкам к Конституции, Путин объявил о двух значительных мерах: облегчении налогового бремени на отечественные компании, занятые разработкой и внедрением высоких технологий, и повышении подоходного налога на лиц с высокими доходами с 13% до 15%. Таким образом президент продемонстрировал гибкость национальной политики в области стимулирования экономики.

Эксперты полагают, что в арсенале у российского руководства остается еще немало эффективных мер по ускорению экономического развития страны. И теперь с укреплением политических позиций Путина они будут активнее претворяться в жизнь.

Но фактом остается и то, что в России среди чиновничества еще много инерции, а в экономическом законодательстве и практике много "дыр".

Сейчас после всенародного голосования, когда Путин может реально рассчитывать на дальнейшее длительное пребывание у власти, взоры многих людей и в России, и в мире прикованы к тому, удастся ли ему прочно удержать в руках штурвал управления экономикой страны.

Юсукэ Оцубо — генеральный партнер инвестиционной компании UMJ (United Managers Japan Inc.). В 1989 году окончил экономический факультет престижного Токийского университета. После окончания работал в Банке Японии на ответственных должностях. В 1997-2000 годах — 1-й секретарь посольства Японии в Москве, занимался изучением и анализом экономической и финансовой информации по России. В 2003 году занял должность начальника департамента иностранных инвестиций крупной японской венчурной компании CSK Japan Corp. Курировал венчурные проекты по Кремниевой долине в США, Израилю и России. Считается авторитетным специалистом по финансовым рынкам стран с развивающейся экономикой. С 2007 года является директором по иностранным инвестициям крупного инвестиционно-финансового холдинга United Managers Japan Inc.

Юсукэ Оцубо (Yusuke Otsubo)