Врамках научно-практической конференции «Интеллектуальная собственность как базовое условие обеспечения технологического суверенитета России», проведенной на текущей неделе Роспатентом, прошел круглый стол «Зарубежное патентование: тенденции, проблемы и перспективы в условиях санкций». 

Возможно, самым острым моментом данного мероприятия стало выступление заместителя председателя Совета по интеллектуальной собственности Торгово-промышленной палаты РФ Алексея Робина, посвященное теме сохранения интеллектуального права западных компаний, а также особенностях «серого импорта» в период санкций. 

В своем докладе Алексей Робин напомнил, что многим зарубежным фирмам из недружественных стран до сих пор принадлежит достаточно большое число патентов на самые разные технические решения, которые активно используются в российской промышленности и экономике. 

«Соответственно, если посмотреть на статистику Роспатента, кажется, что иностранных патентов меньше, чем российских примерно в 2-3 раза. Однако не стоит обманываться. Специалисты знают: многие заявки включают в себя многозвенные формулы. В одной может быть забито и 10, и 20 изобретений, в том числе иностранных. Кроме того, многие из них коммерциализированны. В любом случае, у нас есть около 10 тысяч приобретенных патентов, которые будут действовать на протяжении 20 лет. И они в свою очередь создают проблему в рамках импортозамещения, поскольку в настоящее время часто встает острая необходимость в ремонте иностранного оборудования. Что-то приходится завозить “серым импортом”, а делать это, по факту, невозможно, потому что все запатентовано», — заметил он. 

Таким образом, считает Алексей Робин, перед предпринимателями иногда встает крайне острый вопрос: либо менять все закупленное за рубежом оборудование, либо каким-то образом произвести одну из его деталей, что фактически не позволяет сделать патент. При этом, заметил специалист, данная проблема приобрела широкий резонанс, но до сих пор находится ряд экспертов, которые считают, что интеллектуальная собственность — это «священная корова», трогать которую нельзя. 

«Я напомню, что фактически государство обязано обеспечивать не только защиту интеллектуальной собственности, но и право своих граждан на доступ к искусству, к промышленным образцам, а также пользоваться благами научного прогресса. Но сейчас эта ситуация меняется постоянно. Например, доступ к благам был ограничен во время пандемии коронавируса. И именно это значит, что интеллектуальная собственность не является более в полной мере чем-то неприкосновенным», — констатировал он.  

По словам Алексея Робина, на данный момент существует несколько вариантов решения данного вопроса

Первый, являющийся самым радикальным, уже применялся на территории РФ. Его суть — отказать всем недружественным странам в признании за ними исключительного права. Резонансный пример — 2 марта Арбитражный суд Кировской области принял решение полностью отказать Entertainment One UK Ltd. в иске к индивидуальному предпринимателю Ивану Кожевникову. Основанием для этого стало то, что истец — резидент страны, которую признали недружественной по отношению к России. Entertainment One UK Ltd. — правообладатель популярного мультсериала «Свинка Пеппа» и связанных с ним брендов и образов. Британская компания хотела взыскать с Кожевникова по 20 000 рублей за использованные им образы Свинки Пеппы и Папы Свина, а также судебные расходы. Однако чуть позже апелляционная инстанция это решение не поддержала. 

Второй путь — обращение компании в суд за выдачей правообладателем принудительной лицензией. Но, как подчеркнул Алексей Робин, подобный путь также таит в себе множество подводных камней, начиная с длительного судопроизводства и заканчивая сложностью определения стоимости лицензии. В случае крайней необходимости можно получить выдачу разрешения у Правительством РФ. Правда, единственный пока подобный пример из практики — разрешение Компании АО «Фармсинтез» в целях обеспечения населения лекарственным препаратами с международными непатентованными наименованиями «Ремдесивир». 

Тот факт, что российские суды фактически продолжают сохранять право недружественных стран на интеллектуальную собственность в равном объеме с российскими, а также сложности с получением «принудительной лицензии» лежат в основе ряда проблем с параллельным импортом. 

«Как известно, у нас предусмотрен национальный режим исчерпания прав. Однако суть ситуации в том, что был разрешен “серый импорт”, когда покупатель едет заграницу и приобретает товар для последующей перепродажи, но правообладателя об этом не информируют. По нашему законодательству — это нарушение прав, потому что нужно еще отдельное согласие на ввоз в РФ. Причем касается это не только товарных знаков, но и патентов. В какой-то мере РФ переходит к международному режиму исчерпания права, но это было очень интересно сделано. То есть Федеральный закон наделил правительство правом определять перечень товаров, в отношении которых не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса РФ о защите исключительных прав. Получается, у нас какой-то смешанный режим. И это очень сложный путь, он непрозрачный, а это всегда плохо», — заметил Алексей Робин. 

Он добавил, список товаров для параллельного импорта воспринимается таможнями буквально. При этом перечень менялся уже несколько раз, и были ситуации, когда покупатель уже ехал с товаром, но по дороге становился нарушителем, так как продукт исчезал из списка разрешенных. Также до сих пор непонятно, чем руководствоваться при определении указанных товаров. Например, когда есть исключительно словесные обозначения. Или если указано наименование, и код товара, то неизвестно, как определить, что именно это за товар.  

Собственно, ограничение прав интеллектуальной собственности в отношении правообладателей из стран, поддерживающий антироссийские санкций, носят узкий характер и не препятствуют им в защите своих прав на территории РФ. В этой связи необходимо учитывать, что ввозимая на российский рынок продукция может содержать иностранные разработки, а поэтому исследования на патентную чистоту становятся все более актуальными. 

Таким образом, Алексей Робин полагает, что в России просто необходимо ввести дополнительные меры по защите потребителей, а именно усовершенствовать существующее регулирование отношений по выдаче разрешений Правительством РФ, разработать регламент рассмотрения обращений о выдаче разрешения, расширить основания его применения и применения. Полномочия по рассмотрению такого рода запросов можно передать Минпромторгу или Роспатенту. 

Кроме того, эксперт уверен, что нужно законодательно предусмотреть возможность выдачи принудительной лицензии в отношении патентообладателей из недружественной страны в случае недостаточного объема товаров на российской рынке, упростить порядок извещения патентообладателей, цену лицензий установить на уровне 0%, срок действия таких лицензий продлить на весь срок введения Западом ограничительных мер 

В комментарии «Эксперту» старший партнер Консалтинговой компании «Дубинин и партнеры» Алексей Горелов пояснил, как, вероятно, будет развиваться ситуация с правами на интеллектуальную собственность в дальнейшем, и насколько реально решить возникающие проблемы с параллельным импортом проблемы. 

«Да, откровенно нарушать авторское право иностранных правообладателей, РФ, как страна, на данном этапе не намерена. Но, действительно, есть так называемая “принудительная лицензия”. Автору/правообладателю перечисляется сумма на открытый на его имя счет в российском банке. Таким образом, формально авторское право сохранено, но сумма отчислений определена не на основании желания автора/правообладателя, а на основании позиции РФ как государства», — заметил Алексей Горелов, добавив, что такая практика будет использоваться. 

В тоже время эксперт считает, что в настоящее время параллельный импорт предполагает не так уж много проблем, так как приходится оформлять меньше дополнительных документов. Также рынок постепенно пополняется альтернативными компаниями. 

«Параллельный импорт в текущих условиях оказался дешевле и проще, чем иные способы обеспечения присутствия брендов на нашем рынке. Кроме того, как говорят мудрецы, “свято место пусто не бывает”. На место привычных брендов понемногу приходят новые торговые марки, нередко даже с лучшими характеристиками. В дальнейшем сами правообладатели ушедших брендов будут искать возможности для возврата на наш рынок, так как он экономически выгоден и привлекателен для них. Как говорится, ничего личного, просто бизнес», — заключил эксперт.