Европа стала неуправляемой, пишет WSJ. Жители стран ЕС жалуются, что политики ссорятся как дети. Правительствам с трудом удается найти общий язык даже по простым вопросам, не говоря о самых острых: борьбе с растущим числом мигрантов, конфликте на Украине и стагнации экономики.

На прошедших недавно дебатах один немецкий избиратель резко раскритиковал канцлера Олафа Шольца: правительство не способно управлять страной, а министры ссорятся как дети.

Вместо того чтобы парировать удар, Шольц признал свою правоту. "Правда в том, что Вы правы, – заявил он. — Но как бы Вы поступили? Спрашиваю для одного моего друга".

Этот диалог не вызвал особых волнений в крупнейшей экономике Европы, которая когда-то считалась образцом эффективного управления. Сейчас уже считается само собой разумеющимся, что политики мало о чем могут договориться – не говоря уже о том, чтобы реализовать договоренность на практике. Недавние успехи крайне правой партии "Альтернатива для Германии" на выборах нанесли еще один удар по раздробленному правительству Шольца.

Франция, которая десятилетиями наравне с Германией играла роль локомотива Европейского союза, оказалась в схожем состоянии политического паралича после того, как по итогам июньских выборов парламентские кресла разделились между множеством партий.

Президент Эммануэль Макрон сформировал правоцентристское правительство, хотя большинство мест в Национальном собрании досталось коалиции левых партий. Из-за этого решения его правительство стало особо уязвимо перед лицом ультраправого "Национального объединения" под руководством Марин Ле Пен. Баланс нарушится, если ее партия решит проголосовать за вотум недоверия правительству или откажется поддержать представленный им бюджет.

Политическая фрагментация и поляризация связали по рукам политических лидеров, которые могут управлять страной только посредством громоздких коалиций между левыми и правыми партиями. Правительствам с трудом удается найти общий язык даже по основным вопросам, не говоря уже о некоторых наиболее острых проблемах: борьбе с растущим числом иммигрантов, конфликте на Украине и стагнации экономики.

"Лидеры не могут – и не смогут – сформировать большинство вокруг консенсуса в отношении назревших необходимых действий, а отсутствие решительных реформ для борьбы с причинами всплеска популизма – слабой экономикой и массовой миграцией, – замыкает этот порочный круг", – поясняет Муджтаба Рахман (Mujtaba Rahman), старший директор консалтинговой фирмы Eurasia Group и экс-чиновник ЕС.

"В результате ЕС и правительства стран-участниц не выполняют свои обязательства перед избирателями и рискуют еще больше отстать от конкурентов – США и Китая". Параллельно с этим повышение стоимости заимствований и вялый экономический рост способствуют увеличению налоговой нагрузки на население даже таких некогда мощных государств, как Германия.

"Светофорная" коалиция, в которую входит СДПГ Шольца, "зеленые" и выступающие за поддержку бизнеса СвДП, смогла договориться по некоторым вопросам, которые, как показывают опросы, большинство людей считают не столь уж срочными: например, относительно легализации марихуаны и гендерной самоидентификации.

Но достичь консенсуса по целому ряду других вопросов оказалось намного труднее. Европейские страны с огромными сложностями пытались добиться увеличения производства оружия для удовлетворения потребностей Украины или согласовать общеконтинентальную политику в отношении иммиграции. Правительство Шольца не выполнило своих обещаний по облегчению жилищного кризиса, сокращению бюрократических проволочек, улучшению инфраструктуры и снижению уровня преступности. Поезда, как известно, опаздывают, налоги на прибыль предприятий в ФРГ – самые высокие среди стран аналогичного уровня развития, инфраструктура разрушается (в прошлом месяце в Дрездене из-за задержки проведения ремонтных работ рухнул мост). Параллельно с этим, несмотря на обещания Макрона сократить государственные расходы, на деле дефицит бюджета и долг Франции за время его правления лишь увеличились.

Неудовлетворенность избирателей "мейнстримными" движениями привела к постепенной фрагментации политических групп: сейчас в стране семь значимых партий, три из которых находятся на политической периферии, что затрудняет создание слаженной коалиции как на федеральном уровне, так и в большинстве из 16 федеральных земель Германии, поясняет профессор Манфред Гюльнер, основатель одного из крупнейших немецких центров изучения общественного мнения Forsa.

Ультраправая "Альтернатива для Германии" вышла на второе место в федеральных опросах, а в некоторых восточных землях и вовсе стала крупнейшей политической силой, что вынуждает ее политических соперников вступать в запутанные коалиции, призванные не допустить ее к власти. В то же время новая крайне левая партия "Союз Сары Вагенкнехт", которую роднит с "Альтернативой" пророссийская позиция и критика НАТО, обошла основные партии на недавних региональных выборах.

По словам Гюльнера, схожие процессы уже давно наблюдаются в небольших странах, например, Швеции или Нидерландах, но с недавних пор политический паралич сделался структурной особенностью и крупнейших политических систем Европы. "Наша политическая система всегда характеризовалась наличием альтернатив и явного большинства, сплотившегося вокруг центристского лидера, но сейчас нет ни правдоподобного большинства, ни объединяющей силы", – отмечает он. "Перспектива не вселяет оптимизма".

Конечно, правительству Германии уже давно не удавалось провести серьезные изменения – даже во времена 16-летнего правления Ангелы Меркель. Тем не менее, правительствам Меркель играли на руку устойчивый экономический рост и относительно стабильная геополитическая обстановка, отмечает профессор Клеменс Фюст, глава мюнхенского Института экономических исследований Ifo. Теперь же, по словам Фюста, внутренние и внешние потрясения выявили неспособность правительства проводить реальную политику.

Во Франции Макрон пришел к президентству, создав свою собственную политическую партию. В свое время в нем видели кандидата на лидерство в процессе европейской интеграции, способного изменить объединение и свою собственную страну. И правда, Макрону удалось добиться некоторых успехов: например, снизить уровень безработицы и привлечь в страну иностранные инвестиции.

Однако на излете второго президентского срока он стал живой иллюстрацией того, как Франция и Европейский сою скатываются в дисфункциональность, считает экс-премьер Франции Мануэль Вальс. Сейчас государство переживает кризис легитимности в глазах граждан, которые привыкли ожидать от своего правительства все, что угодно, полагает Вальс.

"Наши институты и наша демократия подвергнутся испытаниям, – убежден бывший премьер-министр. — Мы рискуем столкнуться с хаотичной ситуацией, когда стране потребуется четкое руководство, чтобы восстановить, например, государственные финансы и авторитет страны".

Европа не может избавиться от терзающего ее недуга даже перед лицом конфликта на Украине. На третий год российской военной операции Европейский союз так и не выполнил свое обещание поставить Киеву миллион снарядов, а также не смог помешать Москве нарастить производство вооружений. Запасы Франции, Германии и других стран практически исчерпаны, и нет никаких признаков обещанного повышения их оборонного потенциала, отмечает Иван Крастев, научный сотрудник Европейского совета по международным отношениям.

"Сложившаяся в Европе ситуация с военным производством, даже в условиях ощущаемой экзистенциальной угрозы со стороны России, – просто цирк, – заявил он. — Отсутствует большинство, которое могло бы решать ключевые задачи, а основа легитимности государства заключается в его способности действовать, которой сейчас явно не хватает".

Некоторые страны Восточной Европы, где правительствам удается сформировать значительное большинство, добиваются большего успеха. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, долгое время враждовавший с другими лидерами ЕС и построивший, по его словам, "нелиберальное государство", привлекает иностранные инвестиции, предлагая налоговые льготы и сотрудничая с Китаем.

В последние месяцы Шольц и Макрон нанесли визиты президенту Сербии Александру Вучичу, которого часто критикуют за его авторитарность дипломаты и защитники демократии. Европейские лидеры обращались к сербскому президенту за помощью в борьбе с мигрантами и просителями убежища, пытающимися попасть в Европу. Вучич пресек миграционные маршруты через свою страну, что позволило несколько сократить и временно уменьшить приток мигрантов в другие государства, например, Германию.

Европейские руководители также заинтересованы в получении доступа к обширным запасам сербского лития. Этот металл – компонент аккумуляторов, используемых в электромобилях и других устройствах – имеет решающее значение для отказа Европы от ископаемого топлива. Разведанные запасы имеются в Германии и во всех странах ЕС, но его нельзя добывать из-за экологических норм, а о внесении изменений в них правительства так и не смогли договориться.

"Он, может, слегка авторитарен, но сербский президент может просто взять и выкопать литий, если ему того захочется", – отметил один высокопоставленный немецкий чиновник.