До сих пор ходит дискурс Маркса о том, что прибыль создается наемным рабочим, которую ворует капиталист посредством эксплуатации рабочего. Сегодня опять столкнулся с этой химерой в формулировке:

«Маркс добавил ясности, что прибыль берётся из овеществления труда наёмных работников. И неполной компенсации затраченного труда».

Докладываю. Эта информация не соответствует действительности. 

Во-первых, все конструкции Маркса перемежаются словами "допустим" и "предположим" – достаточно Маркса почитать, – и все про это забывают. Рассуждая о Марксе и марксизме это просто надо иметь в виду. Я раньше это упускал и сам. Но Маркс оставил следы применения им аксиоматического метода – метода, когда берется система аксиом (допущений, которые не доказываются, а принимаются как истинные), набор правил вывода, и из этого логическим образом выстраивается некая законченная система. Эти следы – те самые "допустим" и "предположим". Предположения сами по себе ясности не добавляют. Максимум, что они обеспечивают, это дают направление и предмет для проверки. Маркс не проверял. 

Ученый, получив такую конструкцию, задается вопросом, а чему в мире она соответствует, и есть ли объекты, соответствующие модели, в мире вообще. Но Маркс – не ученый, и такими вопросами не задавался. Он просто переводил набор своих гипотез в некую прикладную – политтехнологическую – плоскость: пролетариев поднимал на борьбу с промышленным капитализмом.  

Во-вторых, стоимость рабочей силы у Маркса принципиально не определена. Маркс пытается об этом рассуждать, но естественно, не может – у него нет оснований, а стоимость рабочей силы для каждого рабочего своя. При этом в своих рассуждениях о времени, в течение которого наемный рабочий создает стоимость, эквивалентную стоимости своей рабочей силы (стоимость ресурсов на воспроизводство рабочей силы), Маркс прикидывает (не считает, нет оснований, одни допущения), исходя из того, как быстро бы рабочий заработал стоимость своей рабочей силы, работая (только работая – без всяких закупок сырья, энергии материалов и комплектующих) на таком же оборудовании, как на вот этом рабочем месте у капиталиста. Судите сами по очередному допущению Маркса:

«Если бы он работал не на капиталиста, а на самого себя, самостоятельно, ему пришлось бы, при прочих равных условиях, по-прежнему работать в среднем такую же часть суток для того, чтобы произвести стоимость своей рабочей силы и таким образом приобрести жизненные средства, необходимые для его собственного сохранения, или постоянного воспроизводства». 

Надеюсь, всем понятно, что в реальности такой ситуации нет, наемный потому и наемный, что у него нет того, что есть у нанимателя – а нанимателю это все обошлось в деньги, и всему, что наниматель имеет, требуются ресурсы на воспроизводство, – и поэтому у Маркса нет базы для определения такого времени. Такой вот он экономист. 

В-третьих, рабочая сила не продается, продается труд. Именно он отчуждается и оплачивается, а рабочая сила остается у рабочего. Рабочая сила продается тогда, когда продается раб или крепостной. На ее воспроизводство необходимы ресурсы, для каждого рабочего разные, но это личное дело каждого рабочего.

Наниматель же ориентируется не на личное дело рабочего (стоимость ресурсов для восстановления рабочей силы) – наниматель просто не имеет об этом представления в отношении каждого конкретного рабочего, а на цену на рынке, по которой этот рабочий продает свой труд. Продает сам. Согласовывает (принимает как реальность) цену своего труда на рынке сам, решая при этом свои личные вопросы сам. Капиталист лишь платит рабочему ту цену труда, о которой они с рабочим договорились.

Эта цена труда после выплаты рабочему становится частью стоимости товара, произведенного с участием этого рабочего. Вот с момента заключения соглашения о найме личный вопрос о стоимости для рабочего ресурсов для воспроизводства его рабочей силы для капиталиста закрывается даже теоретически. В этой конструкции нет места для эксплуатации. Наниматель платит рабочему столько, во сколько ценится труд такого рабочего на рынке. Не произвольную цену, не волюнтаристски определенную, как при социализме в СССР, а ту, которая уже есть на рынке. 

А если рабочий вынужден продать свой труд по цене ниже рынка? Что тогда с эксплуатацией? Вопрос об эксплуатации возникает даже не при продаже конкретным рабочим стоимости его труда по цене ниже рыночной – у рабочего может быть своя ситуация и своя стратегия (так же как и у капиталиста, который может занижать цены, чтобы захватить долю на рынке). Вопрос об эксплуатации возникает тогда, когда наниматель не выплачивает наемному рабочему той суммы, о которой они договорились. Вот тогда обоснованно можно говорить о неполной компенсации затраченного труда.

В отношении же компенсации стоимости  ресурсов на воспроизводство рабочей силы Маркс сам говорит:

Мы предполагаем (выделено мной – ОЧ): 1) что товары продаются по их стоимости; 2) что цена рабочей силы может иногда подниматься выше стоимости, но никогда не падает ниже неё.

Иными словами, Маркс предполагает (знать он этого не знает потому, что исследований этого вопроса сам он не проводил, а такой статистики в Лондонской библиотеке не было), что никогда рабочий не получает меньше стоимости ресурсов на восстановление своей рабочей силы.

А ко всему остальному рабочий не имеет никакого отношения – он пришел на созданное не им рабочее место, оперирует закупленными и оплаченными не им средствами производства, материалами и комплектующими, не он обеспечивает сбыт и продвижение товаров и т.п. Но главное в этой конструкции Маркса – его предположение о том, что наниматель всегда компенсирует наемному стоимость воспроизводства рабочей силы – закрывает наемному тот самый вопрос, который является его личным делом.

А вот то, что рабочий не имеет отношения ко всему остальному, находящемуся за пределами того, за что он получил деньги, закрывает вопрос о феномене химере прибавочной стоимости в терминах Маркса. Ее просто не существует. Она может существовать не более, как призрачная мечта рабочего, плохо прочитавшего Маркса, как фантом, не имеющий ни физического, ни экономического смысла. 

А, про прибыль. Прибыль — это разница между стоимостью товара (в которой за рабочим только часть — на ту сумму, которую ему выплатили за работу) и выручкой от реализации товара. И для получения прибыли товары продаются по цене выше их стоимости. И люди эти товары покупают потому, что им это выгодно. Выгоду эти люди оценивают сами, без Маркса и его конструкций. Непонятно, как Маркс не мог понять эту простую вещь. Или не хотел?

Маркс в прибавочной стоимости описал не прибыль. Прибавочная стоимость — это сущность в жизни наемного, а не в деятельности нанимателя. Наниматель о ней представления не имеет и определить ее не может принципиально. Он даже заметить ее не может, потому что прибавочная стоимость для нанимателя никакого значения не имеет. 

Интересно отметить, что и рабочий не знает своей прибавочной стоимости. Стоимость ресурсов для воспроизводства рабочей силы он знает, а вот времени, необходимого, чтобы такую стоимость создать, не знает и он. Он не знает всего остального, что про производство товара знает наниматель. Который оплатил рабочему все время, которое тот работает, а не только какую-то часть. Поэтому наемный работник не может иметь количественного представления о прибавочной стоимости, то есть представления о стоимости, которую он создает после того, как создал эквивалент стоимости воспроизводства своей рабочей силы. Наемный работник может иметь только идею о том, что его эксплуатируют. Безосновательную. 

В итоге получается, что прибавочной стоимости не может знать никто, определить ее не может никто, и это не влияет ни на что.  Как капиталист может такое украсть?

Автор – ОЧ