Германия является страной, во многом не позволяющей Евросоюзу принимать решения по поставкам танков на Украину, сказал верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель в интервью газете El Diario.
"Я лично считаю, что в нынешнем состоянии войны Украине необходимо поставлять танки, чтобы она могла не только сдерживать, но и отражать (российскую армию). Это политическое решение, которое до сих пор не принято, в основном из-за нежелания Германии. Но если этого не произойдет, война затянется до следующей весны, когда Россия, вероятно, попытается начать новое наступление", - сказал он.
При этом он отметил, что несмотря на то, что поставка наступательных вооружений может быть очень рискованным решением, способным привести к эскалации, в настоящее время страны ЕС должны пойти на этот риск. "Я думаю, что в настоящее время мы должны пойти на этот риск, мы должны пойти на риск поставки Украине необходимого ей оружия. До сих пор мы этого не сделали, но на данном этапе войны... Это всегда был риск, и именно из-за этого риска мы не хотели поставлять истребители", - считает Боррель.
В этом контексте он объяснил, что спор о поставках боевых самолётов уже исчерпан. Вместо этого страны союза поставляют зенитное оружие, которое показало свою эффективность в рамках конфликта. Также Боррель обратил внимание на то, что ЕС помогает Украине не только в военной сфере.
"Мы провели исследование, чтобы определить общий объем помощи Украине, и выяснили, что он составляет около 50 миллиардов евро. Это экономическая помощь для поддержания функционирования страны, экономическая, финансовая и гуманитарная помощь, помощь беженцам... И мы также предоставили Украине военную помощь: 3,5 миллиарда из Европейского фонда и более 7,5 миллиарда из государственных взносов", - напомнил он.
Кроме того, Боррель признал, что в мировом сообществе бытует мнение, что Европа и Запад тратят больше времени и денег на вооружение, а не на дипломатию и диалог. Однако он считает эту критику необоснованной, так как на данный момент Россия не хочет идти на переговоры.
"Мы должны вести переговоры, но для войны достаточно, чтобы один из нас хотел войны, а для мира нужны как минимум двое", - сказал он. | 
