Из-за высоких цен на газ европейские компании резко снизили или остановили производство удобрений. И если поставки «Газпрома» в регион упали, то экспорт азотных удобрений из России значительно вырос — до трети всего импорта в Европу. Норвежский химгигант бьет в колокола, что ЕС попал под новую зависимость и ставит под угрозу продовольственную безопасность.

Снижение поставок российского газа в Европу и рост цен на топливо ударили по энергоемкой промышленности Европы по производству удобрений. А теперь компании из России занимают этот рынок, наращивая экспорт в ЕС. 

«Удобрения — это новый газ», — заявил во время презентации результатов первого квартала генеральный директор норвежского концерна Yara Свейн Торе Холсетер, передает Chemical & Engineering News (C&EN). 

По словам главы одного из крупнейших в мире концернов по производству удобрений, импорт российского карбамида в Европу в прошлом году достиг исторического максимума и в настоящее время составляет почти треть от общего объема импорта карбамида в ЕС. 

«В то время как сырьевые санкции и ценовое давление наносят двойной ущерб европейской промышленности, Россия завоевывает влияние на рынке. Это не только ставит под угрозу европейскую промышленность и переход к «зеленой» экономике, но и делает европейское производство продуктов питания более уязвимым», — заявил Свейн Торе Холсетер. 

C&EN приводит данные Евростата о том, что поставки российского карбамида выросли с 1,1 млн тонн в 2021 году до более чем 1,5 млн тонн в 2022 и 2023 годах. «Ряд европейских производителей карбамида и аммиака закрыли или сократили мощности заводов из-за высоких цен на природный газ. Например, в 2022 году CF Industries закрыла свой завод по производству аммиака в Биллингеме, Англия, а BASF и Yara сократили производство аммиака. Высокие цены на газ по-прежнему остаются проблемой для химического сектора Германии, считают в торговой группе Verband der Chemischen Industrie», — передает C&EN.

Крупнейшие заводы Yara находятся в Норвегии и Нидерландах. В квартальной презентации концерна говорится, что в первом квартале 2023 года средние затраты на газ для его европейских заводов составляли $870 за тысячу кубометров, а в январе — апреле 2024 года — $415. Тогда как в 2021 году и ранее были ниже $250–300.

В своем отчете за первый квартал Yara сообщает, что восстанавливает производство карбамида (мочевины) и в январе — марте этого года увеличила его на 40% по сравнению с показателями годовой давности — до 1,16 млн тонн. При этом поставки в Европу выросли почти в 3,5 раза — до 275 тыс. тонн. В Yara отмечают, что прибыль снизилась, но это связано с падением общемировых цен.

Очевидно, что норвежскому концерну в этой ситуации явно не нравится конкуренция с российской мочевиной, которая не подпадает ни под какие санкции и очень конкурентна даже в США, где цены на газ сопоставимы с российскими.

По данным АИС судов и публикуемых ImportGenius экспортно-импортных накладных, поставки карбамида из России в Соединенные Штаты стабильны. Так, например, в мае американская Eurochem North America получила от «Новомысского Азота» на Ставрополье уже 31 тыс. тонн. А E.C.O. Fertilizers через китайскую Xin Yu (Sanya) International — более 7 тыс. тонн. При этом танкер Avenca, работающий на линии по доставке карбамида из России в США, должен прибыть туда с грузом, полученным в Санкт-Петербурге 24 мая.

Эксперт по энергетике Александр Собко отмечает, что логика в заявлении руководителя норвежской Yara есть.

«В том смысле, что цены на карбамид и азотные удобрения в целом хорошо коррелируют с мировыми ценами на природный газ. При этом экспорт удобрений не имеет известных сложностей, с которыми столкнулся газовый экспорт», — говорит он.

Однако, уточняет эксперт, объёмы такого экспорта несопоставимо меньше по сравнению даже с текущими с объёмами экспорта газа.

«ЕС импортирует из России около 3 млн тонн азотных удобрений, для их производства необходимо не более двух миллиардов кубометров газа. Очевидно, что такие объёмы газа не могут компенсировать объёмы былого газового экспорта. Потенциал роста здесь тоже невелик, так как в целом сектор удобрений для производства забирает небольшие относительно энергетического использования объёмы газа», — поясняет Александр Собко.