По сравнению с прошлым годом едва ли это можно назвать серьезным сокращением. Но если смотреть с пика добычи в 2019 году - 560,2 млн тонн, то падение уже составляет 8-10% за 5 лет. Причем в кризисный из-за пандемии COVID-19 2020 год в России было добыто 512,8 млн тонн нефти. А в этом мы можем опуститься ниже.
При прочих равных условиях падение добычи означало бы снижение доходов бюджета, но макроэкономические и налоговые условия изменились даже по сравнению с прошлым годом, не говоря уж о том, что было пять лет назад. Денег в казну от добычи нефти ожидается больше, чем в 2023, 2020 или 2019 году.
По словам главы Фонда национальной энергетической безопасности Константина Симонова, за пять месяцев 2024 года поступления в бюджет по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ) только по нефти (4,36 трлн руб.) оказались больше, чем за этот же период в рекордном 2022 году (4,3 трлн руб.). А в 2020 году и вовсе было всего 1,45 трлн руб.
Как отмечает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов, в 2023 году нефтегазовые доходы бюджета РФ составили 8,82 трлн рублей, а в бюджете на 2024 год они запланированы в размере 11,5 трлн рублей, то есть ожидаются даже высокие темпы роста относительно прошлого года на 30,68% на фоне изменений налогового законодательства и ослабления стоимости российского рубля (в первые 5 месяцев 2023 года курс доллара на Московской бирже составлял 70-80 рублей).
А вот экспорт сырой нефти или объемы нефтепереработки нам придется снижать. Нет сомнений, что поставки топлива на внутренний рынок останутся в приоритете, поэтому речь идет либо об экспорте сырой нефти, либо поставках за границу нефтепродуктов.
С точки зрения Симонова, снижаться будет экспорт нефти, поскольку экспорт, к примеру, дизельного топлива (ДТ) более маржинален. При этом Симонов указывает, что само сокращение добычи сейчас менее болезненно, чем в 2020 году. Тогда мы вошли в год с очень высоким уровнем добычи, а потом с мая его сокращали до 707 млн баррелей в сутки (б/с). Сейчас же наш минимальный уровень добычи будет около 9 млн б/с, на 1,3 млн б/с выше, чем тогда. А с октября планируется рост производства.
По мнению доцента Финансового университета при Правительстве РФ Валерия Андрианова, в первую очередь по итогам года сократится экспорт нефтепродуктов. И это обусловлено отнюдь не сокращением добычи, а введением временного эмбарго на экспорт бензина весной нынешнего года. Сейчас это ограничение снято, но не факт, что оно не будет применено в последующие периоды в текущем году.
Прямой зависимости между сокращением добычи и экспорта нефтепродуктов нет, считает эксперт. Эти процессы вызваны разными причинами - решениями альянса ОПЕК+ и ситуацией в отечественной нефтепереработке и на внутреннем рынке нефтепродуктов. Но одновременное действие двух данных факторов позволило не прибегать к сокращению экспорта сырой нефти. По итогам года будет примерно такая же картина, уточняет Андрианов.
Эксперты не ожидают каких-то серьезных потерь России на рынках сбыта из-за сокращения экспорта. Как отмечает Андрианов, рыночные доли и ниши - не такая уж константа, как кажется, они достаточно легко изменяются и перераспределяются. Сокращение добычи - это результат слаженных действий ОПЕК+, которые как раз предотвращают войны за рынки сбыта.
По словам Симонова, у нас сейчас экспортная модель простая - два плюс. Есть два ключевых рынка - Китай и Индия и еще половинка - Турция. Здесь и будем сокращать. Но при желании быстро вернем свои объемы. Наш экспорт связан с дисконтом на нашу нефть. Покупателям это выгодно. Есть еще многочисленные точечные поставки, например, в Гану, как недавно сообщил Bloomberg. Вот такой разовый экспорт тоже может быть обрублен, уточняет эксперт.
Россия также может сократить объемы экспорта нефти в недружественные страны, считает Чернов. Например, поставки в Болгарию Россия уже полностью прекратила с марта этого года, когда там вступил в силу полный запрет на экспорт российской нефти.
