И нынче, и в прошлом году, и еще дважды перед этим официальные власти Австрии – сателлита гитлеровской Германии в годы Второй мировой войны – отказали российской стороне в приглашении на общую церемонию с участием национальных делегаций и глав дипкорпуса, аккредитованного в Вене.
Днем освобождения Маутхаузена считается 5 мая. А уже 2 мая генеральный консул России в Зальцбурге Дмитрий Черкашин сообщил РИА Новости, что российские представители не приглашены на траурные мероприятия "по случаю годовщины освобождения нацистского лагеря смерти". В таких условиях, по словам генконсула, российская сторона вынуждена проводить "собственные памятные мероприятия, отдавая дань памяти зверски замученным заключенным концлагеря, включая порядка 30 тысяч советских военнопленных".
Ранее коллеги Черкашина из российского посольства в Вене дали понять, что в таких приглашениях стали отказывать с весны 2022 года, после начала СВО. Тем самым попран главный принцип, ради которого создан и сохраняется в назидание потомкам большой мемориальный комплекс на месте нацистского концлагеря Маутхаузен, который имел 49 филиалов-лагерей по всей Австрии и вошел в историю человечества как гигантский конвейер принудительного труда, истязаний и умерщвления военнопленных и гражданских лиц разной национальности.
За годы войны через него прошли, по различным данным, от 200 до 335 тысяч человек – в главном лагере и в так называемых внешних лагерях под его управлением. Больше всего было поляков и русских, на третьем месте – граждане Венгрии. А кроме того французы, итальянцы, югославы, испанцы, были заключенные из Австрии и самой Германии – всего узники более 40 национальностей.
В марте 1945 года, за месяц до того, как американские войска достигли Маутхаузена и освободили оставшихся заключенных, здесь и во внешних лагерях числилось более 84 тысяч человек.
До 20 июня 1947 года территория Маутхаузена находилась под контролем командования советской зоны оккупации. А после бывший концлагерь передали австрийским властям, при этом они взяли на себя обязательство создать здесь мемориальный комплекс.
Его открыли весной 1949-го. Осенью того же года Франция установила здесь первый национальный памятник – он стал началом большого мемориального парка, который символизирует интернациональный характер антифашистской борьбы и жертв нацизма.
Парк вплотную подошел к гранитному карьеру, а попросту – каменоломне, где узники Маутхаузена были, по существу, расходным материалом. Лестница в карьер, по которой спускались и поднимались пленные, после войны была реконструирована, а с недавних пор закрыта совсем. Чтобы никто не оступился...
Во многих странах, в том числе в России, действуют комитеты бывших узников Маутхаузена. Для работы со взрослыми и детьми Международный Маутхаузен-Комитет организовал подготовку знающих гидов и поддерживал их волонтерскую деятельность. Наталья Строк, которую я повстречал на территории лагеря-музея, когда впервые тут оказался, жила в то время на две страны – Беларусь и Австрию.
А встретились мы возле памятника генерал-лейтенанту Дмитрию Карбышеву, что недалеко от главных ворот Маутхаузена. Эту символичную скульптуру (автор – Владимир Цигаль) установили на месте временного обелиска в 1963 году. На вмурованной в "Стену плача" мемориальной доске текст на русском и немецком гласит: "На этом месте мучительной смертью погиб генерал-лейтенант инженерных войск Советской Армии Герой Советского Союза Карбышев Дмитрий Михайлович 1880-1945 гг.".
В 2020-м, когда отмечали 75 лет окончания Второй мировой войны, а по миру современному разгуливал COVID-19 во всех пугающих штаммах-разновидностях, очную церемонию в Маутхаузене с участием престарелых узников, дипломатов и других VIP отменили вовсе и провели оттуда заочную онлайн-трансляцию.
Это было оправдано и понятно. А что прямому диалогу мешает сейчас? Он кому и по каким причинам противопоказан?
"Маутхаузен – это прививка от нацизма", – не уставали политики на всех уровнях повторять. Не знаю, как сейчас, а семь лет назад, в феврале 2019-го, когда я сам ходил между сохранившимися бараками, заглядывал в карцер, спускался в крематорий и возвращался к "Стене плача", историки-смотрители меня уверяли, что посещение мемориального комплекса "Маутхаузен" – в обязательной программе для австрийских школьников и военных новобранцев.
И я подтверждаю: такие группы видел. И даже, мне это было важно, за их поведением и реакцией на увиденное со стороны наблюдал. Если чем-то и отличались от российских сверстников, то не в худшую сторону.
Весной, летом и ранней осенью, уверяли меня, здесь очень много посетителей. Групповые экскурсии на автобусах и туристы на велосипедах со всех концов Европы. В 2020-2021 годах, все из-за той же пандемии COVID-19, групповые экскурсии были приостановлены. Как замену им предлагали виртуальный тур. Но 3D-панорамы на экране даже очень хорошего компьютера, конечно, не могут передать тех чувств и ощущений, которые испытываешь, оказавшись в подвале лагерной тюрьмы с печами крематория.
Или – у "Стены парашютистов", как цинично именовала эсэсовская охрана ближний к лагерю обрыв гранитного карьера. Эти картины будоражат память и сейчас, хотя со времени моей поездки в Маутхаузен прошло семь непохожих, во многом драматичных, но мимолетно-быстрых лет.
Александр Емельяненков
