С 2027/2028 учебного года во всех российских вузах появится обязательная дисциплина «Русский язык как государственный». По поручению президента программу совместно с другими университетами разрабатывает Санкт-Петербургский государственный университет. Новый предмет заменит курс «Русский язык и культура речи» и войдет в единое ядро высшего образования, поэтому его будут изучать студенты всех специальностей. Что ждет учащихся — выяснили spb.aif.ru. Как пояснил директор НИИ проблем государственного языка СПбГУ, декан юридического факультета Сергей Белов, новая дисциплина будет посвящена не повторению школьной программы, а правовым основам использования русского языка. Студенты изучат федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации», нормы законодательства о рекламе, защите прав потребителей, языках народов России, положения Трудового кодекса и других документов. Акцент сделают на практическом применении этих требований в разных профессиях — от журналистики и маркетинга до государственного управления и юриспруденции. Отдельное внимание уделят тому, чтобы официальный язык был не только юридически точным, но и понятным гражданам. При этом инициатива уже вызвала дискуссию среди специалистов. Главный научный сотрудник Института русского языка имени В. В. Виноградова РАН Алексей Шмелёв считает, что эффективность курса будет зависеть от его содержания и качества преподавания. По его мнению, если обучение сведется к формальному изучению нормативных актов, дисциплина рискует превратиться в очередной обязательный предмет без практической пользы. Автор литературного канала Жанна Данкиди убеждена, что новый курс востребован, однако сам русский язык не нуждается в жестком административном регулировании. «Естественная ассимиляция язык не разрушает, а обогащает. Другое дело, когда иностранные слова используют исключительно ради моды, хотя существуют понятные русские аналоги», — объясняет автор литературного канала Жанна Данкиди. Эксперт также не согласна с мнением, что молодежь стала хуже владеть русским языком. «Всё зависит от среды, в которой человек растёт. Если ребёнок воспитывается в академической среде, он и говорит соответствующим образом. Поэтому неправильно ставить клеймо на целом поколении, — считает писатель. — Речь действительно изменилась за последние десятилетия, но это естественный процесс. Язык развивается вместе с обществом, реагируя на новые технологии, культурные процессы и трансформацию образа жизни». По мнению Данкиди, важнее не запреты, а пример государства. «Чиновники, школы, государственные учреждения сами должны говорить грамотно, а не на канцелярите и злоупотребляя англицизмами». Она также отмечает, что язык невозможно полностью контролировать. «Он похож на сад: если за ним не ухаживать, зарастёт сорняками. И в то же время у языка есть собственный иммунитет — слова-однодневки исчезают сами». Схожую позицию занимает культуролог и визионер Михаил Голодяевский, который считает, что изменения языка — естественный исторический процесс. «Русский язык, как и любой другой, — живая стихия, а не конструкция, которую можно однажды собрать и законсервировать. Процессы, которые сегодня многих тревожат — англицизмы, интернет-сленг, новые мемы, — происходили всегда». По его словам, каждое поколение воспринимает речь молодежи как «неправильную», однако это не означает деградации языка. «Самое опасное — превратиться в человека, который начинает доказывать, что „раньше было лучше“. Даже если кто-то искренне убеждён, что нынешние изменения вредят языку, важно понимать: отдельный человек или даже государство не способны определить направление его развития. Язык — это органика. Ему, по большому счёту, безразлично, запрещают англицизмы или разрешают их. Он развивается по своим внутренним законам и всегда оказывается сильнее любых попыток управлять им извне». Лингвисты при этом отмечают, что отдельного «петербургского языка» не существует, однако именно Петербург сыграл важную роль в формировании норм русского литературного языка. До сих пор частью городской языковой традиции остаются такие известные петербургизмы, как «парадная», «поребрик», «пышка», «греча», «бадлон» и «кура». |