Операторы дронов «Молния» начали специализироваться на уничтожении крупнокалиберной артиллерии противника. Одно из подразделений группировки войск «Днепр» за месяц поразило более 20 единиц различной военной техники и дальнобойных орудий неприятеля. Корреспондент «Известий» побывал на позициях взвода операторов БПЛА, которым командует офицер с позывным Турист, и увидел, как беспилотчики ведут охоту за гаубицами ВСУ и уходят от ответных ударов противника.

Позиции подразделений ударных беспилотников 18-й общевойсковой армии группировки войск «Днепр» маскируют максимально тщательно. За ними без устали охотится враг, и скрытность для них — вопрос выживания. Найти их место дислокации было непросто. Но в итоге мы оказываемся около блиндажа командира взвода с позывным Турист.

Подразделение крайне результативное. Только в последние пару дней взвод Туриста обнаружил и уничтожил несколько крупнокалиберных орудий противника.

— Вчера по нашим позициям вела огонь их гаубица, — рассказывает он. — Мы ее нашли и сразу отработали по ней «Молнией». Такой процесс занимает примерно 15 минут. Стараемся делать так, чтобы ударный самолет всегда был в собранном состоянии и готов к работе. Да, бывает такое, что они просто заканчиваются. Но это очень редкий случай.

За последний месяц дроноводы Туриста уничтожили порядка 20 экземпляров различной техники и орудий неприятеля.

Во взводе служит почти 30 человек. Часть из них занимается разведкой, другие управляют ударными беспилотниками. На вооружении — FPV-дроны и ударные БПЛА самолетного типа «Молния».

— Мы выявляем всевозможные цели для нашей артиллерии и других средств поражения. Сами, конечно, тоже работаем «Молнией», — говорит Турист.

В таком составе, замечает командир, дроноводы воюют более полутора лет.

— Есть у меня сержанты, которые занимаются организацией взаимодействия, подготовкой рабочего места дроновода. Соответственно, мне они обо всем докладывают, мы что-то обсуждаем, если есть замечания, то они исправляются. После ведется боевая работа. Такой алгоритм может показаться длительным процессом. На самом деле всё делается весьма быстро и эффективно. Опыт накоплен большой, — подчеркивает командир.

Коллектив максимально дисциплинированный и слаженный.

— У нас есть свои правила и порядок общения. Это помимо общевоинских принципов. Мы все эти правила соблюдаем, поэтому добиваемся неплохих результатов, — замечает Турист.

Об эффективности работы подразделения говорят и награды. Турист, например, награжден медалью «За отвагу».

По словам Туриста, дрон «Молния» — чрезвычайно эффективное средство поражения.

— Это уникальная конструкция, — говорит командир. — У нее полезная нагрузка 6 кг. Но в зависимости от дальности до цели этот вес можно увеличивать. Если цель на расстоянии до 10 км, то нагрузку можно увеличить до 10 кг. Если повесить на нее килограмма три, то улететь можно очень далеко. В том случае, если есть сильный встречный ветер, мы просто уменьшаем вес и отработаем по цели в любом случае. Максимальная дальность «Молнии» впечатляет: конкретно мы работали до 40 км.

— Враг стал чаще нас вычислять, — говорит Турист. — Если раньше мы могли работать десятью дронами за раз, то сейчас выпускаем два–три, не больше, потому что обязательно прилетает «ответка». Мы, конечно, аналогично засекаем их точки запуска беспилотников. Но есть определенные сложности в этой работе.

Враг работает на смене мощностей сигнала.

— При запуске дрона она небольшая, — говорит командир. — Пролетев какую-то дистанцию, они ее добавляют. Тут мы начинаем их видеть, но места запуска не засекаем.

Обратил он внимание на еще одну подлую хитрость врага. ВСУ на своих дронах устанавливают так называемые джоники.

— Это программируемый инициатор подрыва коптера, — говорит Турист. — Как это работает? Запускают они, например, коптер с заложенным в него зарядом. Он прилетает к нам, допустим, врезается в стенку, дерево, в сетку и падает. Далее расчет на то, что человек, который не знает о такой подлости, дрон поднимает, начинает его крутить, вертеть. Ну а тот самый «джоник» настроен, к примеру, на пять переворотов. Вы его четыре раза перевернули, ничего не случилось. А на пятый переворот происходит подрыв.

Вражеские дроны нельзя брать в руки без их предварительного осмотра специалистами, строго говорит Турист.

Турист с 2016 по 2020 год служил по контракту.

— В тот момент решил армию покинуть, попробовать свои силы в гражданской жизни, — вспоминает командир. — Всё было неплохо, работал. Но в 2022 году началась СВО. Несколько моих друзей буквально сразу оказались на фронте. Некоторые из них, к сожалению, погибли. В тот момент я принял решение снова подписать контракт и уйти на спецоперацию. Супруга тогда мне сказала: «Я либо с тобой, либо против тебя! Против тебя я не буду, поэтому пусть будет так, как ты решил». В общем, поддержала меня.

По его признанию, было тяжело находиться дома и делать вид, что ничего не происходит.

— В общем, отправился в военкомат и заполнил документы. Спустя некоторое время объявили мобилизацию, и я оправился на СВО, — говорит он.

Первая должность — наводчик БМП. Далее появилась возможность пройти отбор в снайперы. Турист его прошел и овладел этой военной специальностью.

Весной 2023 года резко начало развиваться направление БПЛА. Ему предложили испытать себя в этой работе.

— Понравилось, — вспоминает он. — Прошел курс подготовки. Далее началось формирование роты беспилотников, и я оказался в ней.

По его мнению, на спецоперацию не следует рваться сразу после школьной скамьи.

— У человека, на мой взгляд, должно быть четкое понимание того, куда он попадет, — говорит он. — СВО — это большое испытание, это не игрушки. Будет очень сложно. Боец должен уже быть морально готовым прийти сюда и постоянно совершенствоваться, вносить свой вклад в общую победу. Если такое понимание и настрой имеются, то вопросов нет. Всё получится. Если же человек думает здесь просто подзаработать и отсидеться где-то, это плохо кончится, скорее всего. Это необязательно гибель. Может серьезно психическое здоровье нарушиться.

В беседу вступает инженер-сапер взвода коптерного типа с позывным Фотограф. В его обязанности входят подготовка, монтирование на дрон боеприпаса, подготовка стартовой позиции и последующий запуск коптера.

— Весь этот процесс занимает порядка 10 минут. Боеприпасы, которые в основном применяем, — это осколочно-фугасные и кумулятивные, — уточняет боец.

Отвечая на вопрос о том, почему оказался на СВО, он вспоминает деда — участника Великой Отечественной войны.

— У меня нет морального права оставаться в стороне, — говорит он.

Фотограф сначала попал в пехоту, спустя время примкнул к дроноводам.

— Знаете, острого, панического страха не было, — вспоминает он свои первые впечатления о боевых действиях. — Скорее было любопытство. После, когда случилось оказаться под несколькими обстрелами врага, картина несколько поменялась. Но это скорее закалило, чем испугало.

По рации Туристу поступает донесение об обнаружении новой вражеской цели. Времени на разговоры у дроноводов больше нет, им надо делать свою работу.