Основной целью открывшегося 19 ноября в Лиссабоне двухдневного саммита НАТО, как заявлено руководством блока, является утверждение новой стратегической концепции развития альянса. Краеугольными вопросами форума стали проблемы строительства европейской ПРО, военной компании и безопасности в Афганистане, а также будущих отношений между Россией и Североатлантической организацией. Несмотря на серьёзные намерения генсека НАТО Андерса Фог Расмуссена "перевести альянс на новый качественный уровень" (НАТО 3.0, согласно личному блогу Расмуссена на Twitter), одним из определяющих недостатков концепции, по мнению иностранных экспертов, является "расплывчатая формулировка современного противника могущественного блока". Отсутствие ясности в указанном вопросе не только заставляет держать в некотором напряжении российское руководство, но и вносит порядочный раскол в стан самих НАТОвцев, у каждого из которых своя трактовка будущей стратегической концепции альянса.

Условно страны альянса можно поделить на три  лагеря. Первый возглавляют Соединенные Штаты, поддерживаемые Канадой, Великобританией, Данией и Нидерландами. Рупором "слегка" разнополюсных идей североатлантической шестерки в отношении Москвы является сам Расмуссен, заявивший накануне ноябрьского саммита о сохранении между Россией и НАТО "фундаментальных принципиальных различий". Практически тут же он утверждает о ноябрьском саммите как о "новом старте в отношениях России и НАТО". При этом генсек НАТО делает упор на отсутствие необходимости создания с Россией совместной системы ПРО, одновременно желая тесного взаимодействия систем ПРО ЕС и РФ.

В противовес мнению США и их союзников вторая не менее авторитетная группа стран НАТО в составе Германии, Франции и стран Средиземноморья ратует за скорейшую интеграцию России в структуру Североатлантического альянса для совместного обеспечения стабильности в мире, разрешения и предотвращения кризисов. Единственное разногласие между немцами и французами вызывает вопрос размещения на европейском континенте ядерных боезарядов. По мнению главы МИД ФРГ Гидо Вестервелле, система ПРО в Европе станет надежным зонтом от ядерных угроз, поэтому призывает перенести с европейского континента ядерные склады ВС США. Франция же категорически против отказа от атомного оружия, соглашаясь с минобороны США Робертом Гейтсом, что "пока в мире есть ядерное оружие, НАТО должны иметь собственные арсеналы".

В третью группу вошли выходцы из Восточной Европы и Прибалтики, не так давно пополнившие ряды НАТО. По мнению "юных рекрутов" альянса, основную угрозу блоку по-прежнему представляет Россия. Более того, опасения некоторых из них уже получили документальное подтверждение от руководства альянса. В ноябрьской статье польского издания "Газета Выборча" сообщается  о разработке в штабе НАТО планов по обороне Польши и стран Балтии. Альянс обозначил конкретные дивизии и порты, которые могли бы быть задействованы в ходе возможной операции. В случае нападения на Польшу НАТО собирается бросить в бой девять дивизий: четыре польские и пять из западных стран. К обороне Польши могут быть подключены также Силы реагирования НАТО (NATO Response Force). Утверждение планов намечено на Лиссабонский саммит. Исходя из того, что потенциальным непосредственным (и единственным в силу географического фактора) военным противником Польши может стать только российско-белорусский тандем, подписанием польского плана альянс фактически запишет Москву в супостаты-агрессоры.

В результате возникает простой вопрос, откуда все-таки "растут ноги" у истинных причин строительства европейской системы ПРО? Или хотя бы официальных причин. Так как еще 15 ноября с.г. на встрече с журналистами в Брюсселе Расмуссен заявил, что Иран не является основанием для создания европейской системы противоракетной обороны. Желая избежать ссоры с Турцией, известного сильными партнерскими отношениями с Тегераном, руководство альянса оставило открытым вопрос, в какую сторону будет направлен противоядерный зонтик европейской ПРО. При виде постоянных усилий со стороны Североатлантического альянса объяснить мировой общественности необходимость силового обеспечения всеобщей безопасности напрашивается вывод, что на современном этапе альянс, к сожалению, не в состоянии преодолеть прошлые страхи времен "холодной войны". Именно этим можно объяснить масштабное укрепление редутов по восточноевропейским границам НАТО.

И в заключение еще об одной задаче саммита – определиться по дальнейшему ходу военных операций альянса в Ираке и Афганистане. 15 ноября с.г. газета "Вашингтон пост" со ссылкой на источники в правительственных кругах в Вашингтоне сообщила о планах вывода из Афганистана войск США и союзников до 2014 года. Официальное решение по этому вопросу также будет принято на Лиссабонском форуме. Однако даже при благоприятном исходе этого вопроса не следует ожидать долгого отсутствия кризисов, не потребующих силового вмешательства альянса. С середины прошлого века войска НАТО (в особенности армия США) практически непрерывно проводят военные операции по всему миру. Как считают военные специалисты, в течение 3-5 лет после окончания активной фазы операций в Ираке и Афганистане на международной арене с большой долей вероятности возникнет очередной очаг напряженности, стабилизировать который "придется" войскам альянса. Ну, хотя бы для поддержки собственного боевого тонуса.