Обладающей четвертыми по величине на планете запасами газа Туркмении следовало бы ослабить ограничения иностранных инвестиций в отрасли на фоне растущей конкуренции на мировом рынке, сказал высокопоставленный чиновник США.

Ашхабад давно противится заключению соглашений о разделе продукции (СРП) с иностранными фирмами, если речь заходит о крупных месторождениях газа на суше, и предлагает только сервисные контракты.

Сейчас Туркмения собирается приступить к своему наиболее амбициозному начинанию - газопроводу в Индию через Пакистан и Афганистан (ТАПИ), проекту, направленному на ослабление зависимости от поставок в Китай и Россию.

"Не имеющим доступа к морю странам с потенциально крупными ресурсами, таким как Туркмения, нужно двигаться оперативно, чтобы не упустить открываемые рынком возможности, ибо их конкуренты не стоят на месте", - сказал курирующий Центральную Азию замгоссекретаря США Дэниэл Розенблюм на недавней конференции в туркменской столице.

Конкурентами, в частности, выступают поставщики сжиженного природного газа, такие как Катар, способные поставлять горючее морем.

"Решающим элементом успеха является подготовить подходящий набор стимулов", - сказал Розенблюм о контрактах в энергетике.

"Колебания или промедление могут означать, что потенциальные покупатели могли бы найти другие решения, стремясь удовлетворить свой спрос на энергоносители".

Крупные проекты в газовом экспорте набирают ход в США, Австралии, восточном Средиземноморье, Мозамбике и Танзании.

Интерес к проекту Трансафганского газопровода давно высказывали такие гиганты, как Chevron, ExxonMobil, BP и Total.

Однако проблемы с доступом к туркменским залежам голубого топлива и другие опасения, такие как ситуация с безопасностью, оттолкнули их от участия.

Глава Госдепартамента США Джон Керри сам побывал в Ашхабаде в ноябре в ходе турне по всем пяти странам региона и обсуждал с местным руководством вопрос инвестиционного климата в газовой сфере, сообщил другой высокопоставленный американский чиновник.

Одной из причин, побуждающих Вашингтон ожидать изменения жесткой позиции Ашхабада, является влияние упавших цен на энергоносители на экономику Туркмении.

Международный валютный фонд прогнозирует, что экспорт товаров из Туркмении - на более чем 90 процентов это энергоносители - упадет на треть в этом году, до $12,8 миллиарда, и на 20 процентов в 2016-м.

Доходы казны тоже, скорее всего, резко снизятся, что затруднит финансирование таких проектов, как ТАПИ, на который Туркмения ассигновала треть своих трат в бюджете-2016.

Однако реакции Ашхабада на советы из-за океана некоторые ожидают со скепсисом.

"Я не жду никаких изменений в отношении доступа иностранных компаний к проектам в добыче в обозримом будущем", - сказал Сэмюэл Люссак, курирующий каспийский регион в Wood Mackenzie, Великобритания.

"Я не думаю, что этого (падения экспортных доходов) достаточно для того, чтобы увидеть перемены в позиции Туркмении".

Некоторые говорят, что ТАПИ может быть положен на полку, поскольку у Ашхабада есть менее затратные варианты увеличить и диверсифицировать экспорт - например, в Иран и Турцию.

"ТАПИ остается одним из наименее вероятных в смысле материализации проектов, несмотря на объявление о начале строительных работ в декабре", - сказал аналитик энергетики Мартин Владимиров из болгарского Center for the Study of Democracy.

Эдвард Соу, старший аспирант базирующегося в Вашингтоне Center for Strategic and International Studies, тоже не видит признаков того, что Ашхабад ослабит вожжи для инвесторов.

"Маловероятно, что ТАПИ или Транскаспийский газопровод осуществятся в скором будущем", - сказал он.

Известно лишь об одной компании, ведущей переговоры относительно ТАПИ, - это дубайская Dragon Oil, добывающая нефть на туркменском берегу Каспия.