“Wired.com”, США - 01 февраля 2011 г.
"‘Why I Flattened Three Afghan Villages’"
Когда для подполковника Дэвида Флинна начался день 6 октября, боевики "Талибана" снаряжали свои бомбы на подпольных фабриках, расположенных в трёх южных афганских деревнях. Когда следующий день закончился, деревни Taрок Koлаче, Хосров Софла и Ловер Бабур были полностью уничтожены.
Флинн приказал сбросить на деревни десятки тысяч фунтов бомб. Taрок Koлаче был сравнен с землёй, немногое осталось и от двух других поселений.
Флинн говорит, что у него был небольшой выбор, чтобы пойти на такую чрезвычайную меру. "Талибан" снаряжал бомбы повсюду в деревнях и прятал тонны взрывчатки на зелёных полях поблизости.
Усилия по очистке деревень от мастерских по сборке самодельных бомб в течение предыдущих трёх месяцев потерпели неудачу. Готовясь к увеличению численности американских войск, боевики изгнали сельских жителей с их земли, сказав: “В этом году вы не выйдете на поля”. Немногие из жителей всё ещё сохранили надежду, что они когда-нибудь вернутся домой.
“Мы никогда не думали, что придётся сравнять деревни с землёй”, - сказал Флинн "Danger Room". - “У меня теперь есть друзья в этой общине. Последняя вещь, которую я хотел бы сделать - это разрушить жизни моих друзей".
"Мы не показывали им план и не говорили: “Мы собираемся разрушить всё в деревне, согласны ли вы с этим?”". Но он действительно сравнял деревни с землёй — решение, которое породило горячие споры, начиная с тех пор, как аналитик, близкий к генералу Дэвиду Петреусу, Паула Броудвелл, сообщила в начале месяца в своём блоге об уничтожении Taрок Колаче с помощью 49200 фунтов ракет и бомб.
Флинн раскрывает информацию, что удар был нанесён не только по Taрок Калаче; Хосров Софла и Ловер Бабур, расположенные неподалёку, в долине реки Аргандаба, были разрушены почти так же сильно. Флинн говорит, что несколько зданий в Хосров Софла всё ещё стоят, но Ловер Бабур “ближе к Taрок Koлаче, хотя и не полностью уничтожен”.
Теперь деревни восстанавливаются, процесс этот только начался и, вероятно, не будет закончен к тому времени, когда батальон Флинна закончит весной свою командировку. Ещё неизвестно, будут ли афганцы помнить Флинна за то, что смогли вернуть свои деревни от "Талибана", или просто закончат процесс их разрушения.
Это не первая командировка Флинна в южный Афганистан. Уроженец Массачусетса, в прошлый раз он служил на соседнем кандагарском аэродроме в 2004 и 2005 годах, когда ещё не было интенсивных боевых действий или значительного американского присутствия. Он прочитал известную книгу Лестера Гро о советской войне в Афганистане, частично, с целью изучить, чего не надо делать.
Он вспоминает свои тогдашние мысли, когда проезжая Аргандаб и видя его густую растительность — прекрасные места чтобы прятать бомбы, он думал — “Срань Господня! Вот через что прошли русские.... Я думал тогда, как хорошо, что мы не попали в такую драку. И вот теперь, семь лет спустя, я здесь”.
Это занимало его мысли большую часть 2010 года, когда он изучал свой батальон и его афганских партнёров, известных все вместе как Объединённая Целевая группа 1-320, которая одной из первых была развёрнута в Кандагаре для его очистки. Но одна вещь - мысленно представлять бомбистскую тактику повстанцев, и совершенно другая - испытать её на себе.
“Я не ожидал такой плотности СВУ (IED – самодельное взрывное устройство, примечание переводчика, perevodika.ru), какую мы увидели”, - говорит он. С июля по октябрь группа 1-320 пробивалась через участок размерами приблизительно 2 на 6 километров — и обнаружила 200 самодельных взрывных устройств. Позже его солдаты нашли тайники с ещё двумя сотнями бомб. “СВУ были каждые 60 метров [200 футов] пути”, - говорит он, - “в садах, на дорогах, в стенах, в деревнях, в строениях”. И это ощущалось.
План Флинна состоял в том, чтобы продвинуться на юг и восток к реке Аргандаба через деревни, которые уже в течение трёх лет находились под контролем "Талибана". За это время боевики собрали безбожное количество бомб.
Боевое крещение группы 1-320 произошло 30 июля, при пересечении канала, который было необходимо контролировать для получения доступа к тем деревням. Бой, который в подразделении окрестили "Битвой при Бейкерсфилде", продолжался четыре дня. “В первый день мы потеряли трёх человек убитыми и восемь ранеными”, - говорит Флинн, - “и ещё 12 было ранено в течение следующих дней боя”.
То, чего он НЕ видел, так же останется с ним, а не видел он людей. “Сельское население рассеялось. Оно просто разбежалось на все четыре стороны”, - говорит Флинн. "Талибан" выгнал людей из деревень, от гранатовых деревьев, которые давали им средства к существованию. Кто-то уехал в Кабул, другие - в Кандагар, полагая, что если в область, никогда не бывшую ранее под иностранным владычеством, пришёл "Талибан", то это надолго. Третьи — включая "малека" или неформального лидера деревни Тарок Колаче — пошли в деревню под названием Джелавар, расположенную вблизи базы Флинна.
"В октябре, когда мы уничтожили базы "Талибана", ни один человек не постучался в мою дверь с жалобой". В то лето изгнанные со своих мест жители стали для Флинна ценным источником информации. Без них он никогда бы не узнал, как плотно установлены самодельные бомбы.
Перед запланированной атакой спецназа и афганских коммандос на Ловер Бабур “люди подходили к нам и говорили - "мы не можем возвратиться туда". Нашими партнёрами по операции была [афганская] полиция, люди подходили к полицейским и говорили - "Не идите по садам, там очень много бомб. Если вы должны идти, то идите по влажным местам, а не по сухим".
Используя "беспилотники" и то, что он называет "комплекс датчиков" (“multiple sensors”) , Флинн подтвердил, что "Талибан" превратил опустошённые деревни в фабрики по изготовлению бомб. Анализ “образа жизни” показал входящих и выходящих боевиков и отсутствие всякой гражданской деятельности. Иногда Флинн мог видеть, что самодельная взрывчатка сохнет на крышах. В таких случаях он вызывал авиацию, чтобы ударом с самолёта или вертолёта уничтожить строение.
Но месяцы шли, а производство бомб не сокращалось. В целом группа 1-320 потеряла семерых человек убитыми и 83 - раненными, почти 70 % потерь было от самодельных взрывных устройств (СВУ).
Чтобы прояснить кое-что в статье Паулы Броудвелл: Флинн послал своих парней в деревни, чтобы попытаться очистить их — но там было слишком много бомб. Июльский рейд на Хосров Софла не удался из-за огромной плотности СВУ. Сержант спецназа сказал Флинну, что это была “самая сложная сеть СВУ, которую он когда-либо видел”.
Оперативные группы по зачистке вынуждены были вернуться назад, после того как выяснилось, что количество бомб, превышает то количество взрывчатки, которое у них есть для безопасного подрыва СВУ.
Это вынудило Флинна искать альтернативу. “Было утешительно знать”, что гражданские лица сбежали, поэтому “мы [могли] использовать наш полный набор систем оружия” — начиная от гранат и крупнокалиберных пулемётом до боевых вертолётов и мощных ударов с воздуха — “не волнуясь о гибели гражданских лиц”.
Перед ним стоял жёсткий выбор: он мог уничтожить строения. Или захватить их, потеряв много своих парней раненными и убитыми. И если бы он очистил деревни, не уничтожая дома, то неизвестно смогли ли бы афганцы безопасно в них вернуться, так как "Талибан" напичкал их бомбами.
Поэтому в конце сентября Флинн позвал "малека" Тарок Колаче и других жителей, чтобы сообщить им, что он планирует, по существу, крупномасштабные разрушения. "Мы не показывали им наш план и не говорили - "Мы собираемся разрушить всё в деревне, согласны ли вы все с этим?"", - говорит он.
“Но они были проинформированы, что деревне будет нанесён существенный ущерб. Люди не говорили - "Да, взорвите деревню", но они отчасти поняли — ведь война длится уже 30 лет. Это была самая длительная война, происходившая в округе”.
Репортёр из "Daily Mail", который, как говорит Флинн, не присутствовал на встрече, сообщил, что Флинн угрожал им: "Или сдавайте самодельные бомбы, или он взорвёт их дома".
Флинн утверждает, что ничего подобного не говорил: он сказал им, что если жители не смогут сказать ему, где были заложены бомбы, у него не будет никакого другого способа избавиться от них, как только взрывая здания. Малек Хосров Софла был единственный, кто выразил беспокойство: "Он хотел, чтобы солдаты использовали бульдозер, чтобы избавиться от бомб, таким образом, гранатовым деревьям не был бы нанесён ущерб".
6 октября, как только Флинн получил достоверные данные разведки, что в зданиях есть взрывчатка, и в районе нет гражданских лиц, воздушный удар был нанесён. На Тарок Колаче было сброшено 49200 фунтов бомб, в основном (25 штук) - тысячефунтовых, чтобы уничтожить “более чем 45″ зданий.
Флинн говорит, что он не знает точно, сколько было сброшено на Хосров Софла и Ловер Бабур, но думает, что сопоставимое количество.
Он сообщал о своём плане в штаб бригады, оттуда это пошло к региональному командованию. Флинн полагает, что большой штаб, руководящий ежедневными военными операциями из Кабула, известный как Объединённое Командование силами по обеспечению безопасности в Афганистане (ISAF Joint Command), также знал об этом.
Во время бомбёжки Флинн напряжённо высматривал гражданских лиц, но не видел ни одного. “У нас были беспилотники, наблюдавшие удар, у нас были "комплексы датчиков", наблюдавшие удар”, - говорит он. - “Мы, вероятно, даже сделали видеозапись где-нибудь, потому что мы ожидали, что "Талибан" выйдет и выскажется по этому поводу”.
После проведения предыдущих операций “длинная череда старейшин” жаловалась, если гибло гражданское лицо. “В октябре, когда мы уничтожили базы "Талибана", ни один человек не постучался в мою дверь, чтобы пожаловаться”, - говорит Флинн.
Но, возможно, что не все довольны. Некоторые местные жители выразили неудовлетворённость операцией: даже афганский полицейский сказал репортёру NPR в Taрок Koлаче в понедельник, что он был “очень разочарован и очень сердит”, что деревня больше не существует.
Флинн говорит, что его стратегия докажет свою правоту, когда батальон останется в долине — он поставил 17 небольших опорных пунктов для тех 38 деревень, которые он патрулирует — и восстанавливает то, что было разрушено. "Я сказал им – "Мы можем восстановить ваши дома. Я не могу вернуть вам вашу ногу, я не могу вернуть вам вашу прежнюю жизнь" - следствие того что афганцы возвращались в заминированные дома — "но я обещаю - я восстановлю дома".
Восстановление зданий и строительство, включая фундамент новой мечети Тарок Колаче, только начинается. Но проблемы ещё остаются в Аргандабе. В то время как "Талибан", кажется, в значительной степени оставил этот район (по оценкам Флинна, здесь осталась ещё дюжина активных боевиков), переместившись после октябрьских операций по зачистке в соседние области, батальон всё ещё "обезвреживает [самодельные бомбы] десятками".
И только на прошлой неделе "Талибан" убил малека Хосров Софла. Некоторые афганцы говорят Флинну, что они боятся возвращаться в уцелевшие дома. Существует программа помощи "USAID", чтобы повторно высадить 4000 гранатовых деревьев, но это не подходит людям, потому что "пройдёт ещё пять лет, прежде чем дерево начнёт плодоносить".
Если бы ему пришлось решать всё снова, говорит Флинн, то он бы снова уничтожил деревни, потому что не видит альтернативы этому. Но он не давал бы Броудвелл фотографии "до" и "после", потому что они, казалось, подразумевали, что он удовлетворён уничтожением деревень. "С другой стороны", - говорит он, – "на фотографиях показана правда. Это должно сказать, что я не пытаюсь ничего скрыть или кого-то обмануть".
Флинн сейчас находится в форте "Кэмпбелл", на отдыхе перед окончанием его командировки. Он говорит, что может уже может "с удовлетворением" перечитать Гро и сравнить свои действия с действиями русских.
“Мы здесь не для того, чтобы терроризировать население”, - говорит он. - “Люди говорят о русских, бомбивших их деревни, и говорят, что русские никогда ничего не делали для нас. Они говорят: "Вот это разница между вами и русскими".
