Россия выходит из программы, получившей от американского правительства и прочих зарубежных доноров 1 миллиард долларов на поддержание научно-исследовательских лабораторий, в которых создавался огромный советский арсенал оружия массового уничтожения.

Представители Международного научно-технического центра (МНТЦ) ведут переговоры о закрытии московской штаб-квартиры этой организации, которая была создана в 1994 году спустя три года после распада Советского Союза. МНТЦ дал возможность десяткам тысяч специалистов по ядерной, химической и биологической войне заняться гражданскими исследованиями, работая совместно с коллегами из США и других стран, которые когда-то находились по ту сторону железного занавеса.

Благодаря этой программе удавалось выплачивать зарплаты российским ученым-оружейникам, которые в противном случае могли после холодной войны предложить свои услуги странам-изгоям или террористам. Но эта программа давно уже пережила тот кризис, который вызвал ее создание. Россия сегодня считает данную межгосударственную программу устаревшей, поскольку экономика страны в последнее десятилетие резко пошла вверх.

Посол России в США Сергей Кисляк, проводивший переговоры о создании центра, заявил Associated Press, что его страна в нем больше не нуждается. "Миссия выполнена, - сказал он, - и центр немного устарел".

Эксперты от американского Конгресса пришли к выводу, что благодаря деньгам американских налогоплательщиков российские институты по созданию оружия продолжали заниматься делом, набирая молодых ученых и сохраняя у себя ключевые кадры, которые в противном случае могли податься на Запад. Этот вывод вступает в противоречие с целью программы МНТЦ, которая заключается в снижении угрозы оружия массового уничтожения.

Когда Россия в 1990-е годы шла от одного кризиса к другому, программы иностранной помощи помогали ей оставаться на плаву. Но Кремль в последние годы начал постепенно закрывать эти программы, заявляя по сути дела, что ему благотворительность больше не нужна.

В августе администрация российского президента Дмитрия Медведева выступила с кратким заявлением о том, что Россия через шесть месяцев выйдет из этой программы. Директор МНТЦ Адриаан ван дер Меер (Adriaan van der Meer) сказал, что он в настоящее время  ведет переговоры об условиях закрытия центра и надеется, что удастся договориться об "упорядоченном свертывании" в течение предстоящих нескольких лет работ по 355 российским проектам на общую сумму около 155 миллионов долларов.

По словам ван дер Меера, центр продолжит свою работу на Украине, в Грузии, в Белоруссии и ряде государств Центральной Азии, где он осуществляет проекты на 95 миллионов долларов. За прошедшие 17 лет центр занимался отслеживанием космического мусора, исследованиями термоядерной энергии, поиском вакцины от смертельных болезней, таких как эбола, и многим другим.

Когда после распада Советского Союза заработала эта программа, российская экономика находилась в руинах, а правительству с трудом удавалось выплачивать заработную плату в закрытых городках, где целые армии техников, инженеров и ученых изобретали, конструировали и создавали оружие.

"МНТЦ на самом деле стал в 1990-е годы спасательным кругом для людей, получавших низкую зарплату и работавших неполный рабочий день – людей, которые могли отчаяться и предложить свои услуги кому-то на стороне", - говорит Мэтью Банн (Matthew Bunn) из Белферского центра по науке и международным отношениям (Belfer Center for Science and International Affairs) при Гарвардском университете.

Сегодня Россия добывает больше нефти, чем Саудовская Аравия, обладает валютными резервами почти в 500 миллиардов долларов, и согласно некоторым оценкам, имеет седьмую по размерам экономику в мире. Российское правительство все чаще смотрит на иностранную помощь как на неудобное напоминание о ее былой зависимости от подачек. Но некоторые эксперты по контролю вооружений заявляют, что при принятии такого решения Россия могла также руководствоваться соображениями безопасности.

Отставной бригадный генерал армии США Кевин Райан (Kevin Ryan), работающий в Белферском центре исполнительным директором по научно-исследовательской работе, говорит о том, что и российская Федеральная служба безопасности, и ФБР давно уже обеспокоены тем, что работающие совместно над мирными проектами российские и американские ученые-оружейники могут непреднамеренно разгласить государственные тайны. "Это опасно для всех, но они считают это более серьезной опасностью, чем мы", - заявляет Райан.

По словам ван дер Меера, Соединенные Штаты  вносят около трети всех средств на проекты центра. Еще треть выделяет Евросоюз, а остальное выплачивают Канада, Норвегия, Япония и Южная Корея.

Сторонники контроля вооружений, такие как Райан, говорят, что программа до сих пор играет важную роль, давая существенную прибавку к зарплатам в слабо финансируемых оборонных институтах, а также способствуя развитию связей между российскими и западными учеными.

Главное контрольное управление США, являющееся аналитической службой Конгресса, в своем анализе за 2007 год по вопросам совместных исследовательских программ в России пришло к выводу, что высокопоставленные руководители из многих бывших советских лабораторий не видят необходимости в дальнейшей финансовой поддержке Запада.

Как заявили управлению руководители российских и украинских лабораторий, иностранные гранты помогали им набирать и сохранять ключевые кадры, препятствуя их отъезду в Соединенные Штаты и прочие промышленно развитые страны. Эти руководители рассказали, что "сейчас нет особой угрозы эмиграции ученых в указанные страны".

Центру запрещено финансировать исследовательские работы по созданию оружия. Смысл всей программы заключался в том, чтобы ученые-оружейники переключились на гражданские программы. Конгресс выступил с возражениями, когда в 2008 году ему стало известно, что некоторые получающие американскую помощь институты также работают над иранской ядерной программой, а именно, над созданием атомной электростанции в Бушере, строительство которой было недавно завершено. США давно пришли к выводу, что иранское руководство использует гражданский энергетический проект в Бушере в качестве прикрытия для осуществления программы по созданию ядерного оружия. Иран всегда отрицал и продолжает отрицать, что стремится к созданию атомной бомбы.

Отношения между Россией и США после открытия МНТЦ в 1994 году пережили полосу приливов и отливов. После сентябрьских терактов в 2001 году они достигли высшей точки с момента окончания холодной войны, а после августовской войны 2008 года между Грузией и Россией они опустились до минимума.

После того, как администрация Обамы начала перезагрузку отношений с Россией, Москва дала согласие на переброску через свою территорию в Афганистан американских грузов военного назначения, поддержала новые жесткие санкции ООН против Ирана и подписала договор СНВ-3 о сокращении ядерных арсеналов двух стран.

Несмотря на такое потепление, представители американской разведки заявляют, что Россия по-прежнему  с опаской относится к намерениям и планам США. "Российские военные программы главным образом стимулируются московскими представлениями о том, что Соединенные Штаты  и НАТО это основной стратегический вызов России и величайшая угроза ее безопасности", - заявил в марте членам Конгресса директор национальной разведки Джеймс Клэппер (James Clapper).

Россия недавно объявила о планах модернизации к 2020 году своих ядерных и обычных сил, что обойдется стране в 700 миллиардов долларов.

Генри Сокольски (Henry Sokolski), работавший когда-то в Пентагоне заместителем по вопросам нераспространения, а сегодня являющийся директором некоммерческого Образовательного центра по политике нераспространения (Nonproliferation Policy Education Center), говорит о том, что Международный научно-технический центр оставляет после себя неоднозначное наследие. "То, что этот центр мог сделать положительного в плане ликвидации работ по созданию оружия, он не сделал, поскольку поддерживал институты, создающие вооружения", - заявил он.

По мнению Райана, даже если западная помощь и помогла российским оборонным НИИ, то это не представляет большой угрозы для США по сравнению с  оружейными программами таких стран как Иран и Северная Корея.

"У нас есть разногласия (с Россией), но мы не находимся на грани войны с ней, - заявил он. – Если вы посмотрите на результаты работы и на продукцию российского военно-промышленного комплекса сегодня, то я не думаю, что это вызовет беспокойство".

Ван дер Меер ставит в заслугу московскому центру то, что он почти с нуля создал гражданское научно-исследовательское сообщество в России, где в советские времена 85% ученых трудились в военных лабораториях. Десятки тысяч людей работали в "закрытых городах", которые не были нанесены ни на какие карты. Ван дер Меер и некоторые американские представители выражают надежду, что программы центра будут продолжаться в России в той или иной форме.

"Было бы глупо уничтожить вложенные за эти годы инвестиции на один с лишним  миллиард долларов", - говорит он.

Оригинал публикации: Russia abandons $1B Western aid to weapons program