| О том, как в США воспринимают события августа 2008 года, конфликт между Россией и Грузией, корреспонденту "Интерфакса" Петру Черемушкину рассказал приглашенный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (CSIS) в Вашингтоне Сергей Маркедонов. - Считаете ли вы, что за три года прошедшие со времени российско-грузинской войны позиция США в отношении этой истории изменилась? - Позиция США изменилась в том смысле, что геополитических спецэффектов времен американских неоконсерваторов больше не происходит. Грузии гораздо меньше раздают авансы, больше не говорят о том, что это маяк демократии, магнит для других республик постсоветского пространства. Изменилась атмосфера российско-американских отношений и, хотя слово "перезагрузка" затертое и избитое, но как бы то ни было речь идет о серьезной прагматизации российско-американских отношений. И определенные успехи на этом направлении достигнуты. Общий контекст значительно изменился по сравнению с тем, как это было в 2008 году. Но некоторые вещи остались прежними. В частности, понимание того, что Грузия - это та точка, в которой российско-американская перезагрузка не работает. Даже на сайте Белого дома в разделе перезагрузка отношений с Россией используется термин "оккупация" грузинских территорий. Это выражение впервые используется не в недавней сенатской резолюции, а употреблялось и Белым домом, и во время прошлогоднего визита госсекретаря Клинтон по странам Кавказа. Отношение к конфликту как исключительно российско-грузинскому сохранилось
Остается и абсолютное игнорирование со стороны американской власти этнополитических предпосылок конфликтов в Абхазии и Южной Осетии. Осталось и понимание того, что у России не может быть зон жизненных интересов на Кавказе и на постсоветском пространстве. Можно зафиксировать консенсус для американского политического класса по этому вопросу. Любая активизация России на постсоветском пространстве видится как возрождение СССР в той или иной мягкой или жесткой форме. Это воспринимается и как шаги к укреплению авторитарного режима внутри России. - Можно ли с Вашей точки зрения дать какое-либо рациональное объяснение тому, что, несмотря на общеизвестные факты истории конфликта августа 2008 года, России не удалось разъяснить свою позицию Западу и США? Почему с американской стороны происходит игнорирование этнополитических реалий, связанных с тем, что ни абхазы, ни осетины не хотят жить с грузинами в одном государстве? Почему эти обстоятельства американцы не принимают в расчет? - Думаю, можно назвать три основных фактора, объясняющих, почему это происходит. Во-первых, это сложившиеся в США традиции восприятия России, как страны, постоянно желающей возврата к советской эпохе, к доминированию. Это серьезная политическая традиция, которая есть не только в политическом классе, но и в интеллектуальной среде. Во время путешествий по Америке, при общении со многими экспертами, я это замечаю. Грузия - это военный союзник США. Не такой, которого можно было бы сопоставить с Британией, Францией или Турцией. Но в сегодняшней ситуации Америка не хочет разбрасываться военными союзниками, которые готовы, задрав штаны бежать за Вашингтоном. Притом куда бежать и зачем вопрос не встает. Кто из американских союзников готов сегодня к наращиванию налога кровью в Афганистане? Грузия. И она готова была это демонстрировать это в Ираке и в Косово Случившееся в августе 2008 года - политическая травма для США, потому что они не смогли помочь стране, которую считали своим самым важным союзником на постсоветском пространстве. Грузия проиграла и ни мягкой, ни жесткой силой США не смогли это поражение предотвратить. Поэтому выработался некий комплекс неполноценности, который сложно признать. И сложно исправить. Это было пощечиной американскому правящему классу. Были признаны две автономии, и Россия впервые за 17 лет изменила Беловежским принципам и пересмотрела межреспубликанские границы. Россия применила силы за своими пределами то есть перешла те линии, которые американцами рассматривались как красные. И для американцев это стало очень тяжелым сюжетом. Здесь, в Вашингтоне, с грузинской точкой зрения сталкиваешься каждый день. Постоянно проводятся пресс-конференции, круглые столы, делаются публикации, отстаивающие грузинскую позицию. Российской точки зрения практически не видно. Западное сообщество в частности американское живет как информационное общество. Практически не проводятся конференции посвященные отношениям России и Абхазии или Осетии. Скажем, в 2009 году было 20 лет с начала грузино-осетинского конфликта. Ведь с российской стороны в Америке не было проведено ни одного мероприятия, посвященного этой теме. Нет описания проблемы - нет и самой проблемы. Очень активное информационное воздействие со стороны Грузии ощущается постоянно, а российского фактически нет Грузии удалось трансформировать восприятие конфликта, который воспринимается как исключительно российско-грузинский. А о проблемах абхазов и южных осетин не помнят и Россия молчаливо с этим согласилась, давая забыть, что вмешательство её было вторично. Основа пятидневной войны была вообще не России - В США продолжают повторять, что придерживаются принципа территориальной целостности Грузии, но дефакто страна расколота. Как же будет развиваться ситуация дальше? Будет ли это случай аналогичный случаю с Прибалтийскими государствами, вхождение которых в состав СССР США никогда не признавали? - С Балтийскими странами эта ситуация несравнима. Прибалтика обрела независимость в результате распада Советского Союза, случившегося из-за внутриполитического кризиса. Не думаю, что если Абхазия поссорится с Россией (а такое может быть и уже бывало) она войдет в состав Грузии. В Америке этого не понимают. Возможен очередной силовой сценарий с грузинской стороны при изменении политической власти в этой стране. Если Россия исчезнет с политической карты мира (что маловероятно) может возникнуть какой-то новый вариант развития событий. Сам факт непризнания или признания того или иного государства мало что значит. Россия не признает Косово, а США не признавали СССР с 1917 по 1933 год. Китай не принимали в ООН на протяжении 20 лет. Подождем лет 10-15 и американская позиция может измениться. Еще не известно, как изменится позиция США по Грузии при смене там режима Саакашвили. Мы можем пофантазировать и представить себе, что при изменении политической ситуации США могут захотеть поиграть с маленькой черноморской страной, которой является Абхазия. В политической игре нет постоянных величин - все происходит по расчету. | 
