Эпоха "холодной войны" в космосе всегда изображалась как грядущее противостояние между Соединенными Штатами и Советским Союзом, но в XXI веке наибольшая угроза американскому превосходству стала исходить от Китая.

ChinaSat 16, первый китайский спутник связи с высокой производительностью на последнем этапе сборки перед запуском

В частности, становится все более очевидной способность Китая реализовать свои масштабные планы доминирования в области орбитальных спутников. В настоящее время модернизируются несколько стартовых площадок. Кроме того, планируется создать морские объекты для запуска спутников в Южно-Китайском море.

В космической программе Пекина в последнее время были взлеты и падения, как, например, два неудачных запуска спутников нынешним летом. Однако, в целом космические программы Китая, как пилотируемые, так и беспилотные, выполняются в соответствии с графиком.

Хотя Соединенные Штаты по-прежнему обладают значительным преимуществом перед Китаем, как с точки зрения космической техники, так и благодаря разнообразной и высокоразвитой космической индустрии, дополненной присутствием частного сектора, Китай стремительно сокращает этот разрыв.

Это обстоятельство вызвало обеспокоенность в кругах американского военного истеблишмента, хотя не все эксперты, участвующие в обсуждении проблемы, рассматривают стремительный прогресс Китая как источник угрозы для США.

По словам Джоан Джонсон-Фриз, профессора Военно-морского колледжа США в Род-Айленде и эксперта по вопросам национальной безопасности, Китай, судя по всему, более сосредоточен в настоящее время на том, чего именно он хочет достичь в космосе, по сравнению с США.

"Китай определенно становится все более уверенным в своих возможностях и в своем месте в современном мире. Это особенно верно, если учесть распространенное мнение, согласно которому у Соединенных Штатов отсутствует какая-либо четкая общая стратегия на будущее, а имеется лишь тактика, применяемая случайным образом, в то время как внутренняя политика страны погружена в хаос", – написала профессор Джонсон-Фриз в электронном письме.

"Так должны ли Соединенные Штаты ощущать обеспокоенность в связи с тем, что Китай будет искать возможность использовать свою космическую мощь теми же способами, которые в прошлом обеспечили преимущество США? Безусловно, должны", – считает она.

Следовать за лидером

По словам доктора Джонсон-Фриз, один осложняющий фактор состоит в том, что "Соединенные Штаты привыкли к определенным привилегиям в космосе за долгие годы своего технологического превосходства. Например, некоторые орбиты считаются их исключительной зоной".

По мере развития технологий в Китае и других странах встает вопрос о том, смогут ли Соединенные Штаты сохранить свое привилегированное положение, или соперники рано или поздно потребуют равного доступа. "Америка оказалась в сложном положении, проводя политику "делай то, что я говорю, но не то, что я делаю", – утверждает Джонсон-Фриз.

Все страны, добавила она, хотят получить доступ к космосу, который гарантируется Договором от 1966 года о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела. Однако, тот факт, что подавляющее большинство космических технологий имеет как военное, так и коммерческое применение, означает, что когда те или иные страны осуществляют свое право на доступ к космосу, неминуемо возникают проблемы безопасности.

Виктория Сэмсон, директор Вашингтонского филиала фонда "Secure World", считает себя "чужаком в сообществе национальной безопасности США в космическом пространстве", когда речь заходит о растущем соперничестве между Америкой и Китаем за господство в космосе.

"Я не рассматриваю космос как зону борьбы по принципу "кто кого". Я имею в виду, что не считаю усилия и рост потенциала Китая в космосе напрямую связанными с уменьшением влияния и возможностей Соединенных Штатов. Для Китая выгодно инвестировать значительные средства в свои космические проекты по нескольким причинам, – написала Сэмсон в электронном письме. – Чем больше денег они инвестируют на околоземную орбиту, тем меньше будет вероятность того, что Пекин станет испытывать ASAT, противоспутниковые вооружения, которые создают огромное количество мусора на орбите, или каким-то иным способом создавать угрозы собственным космическим активам".

Она рассматривает растущий космический потенциал Китая как возможное "прямое дополнение американского потенциала", как в случае с китайской спутниковой навигационной системой Beidou и американской глобальной системой позиционирования GPS.

Впрочем, что еще более важно, Сэмсон считает, что всплеск активности Китая в космическом пространстве дает ему "дополнительный стимул демонстрировать и выступать за ответственное поведение в космосе". В то же время, она порицает Соединенные Штаты за то, что они в свое время отвернулись от одного крайне важного аспекта космической деятельности.

Китай использует свой космический потенциал "как один из видов мягкой силы, позволяющей достичь влияния  на другие страны, заинтересованные в создании собственных спутников и космических программ, а также в использовании космической техники в собственных национальных интересах. Соединенные Штаты были когда-то первыми в этой области, однако затем существенно отстали.

Грегори Кулацки, старший аналитик и менеджер китайского проекта Программы  глобальной безопасности в Союзе обеспокоенных ученых, расположенном в Массачусетсе, заходит еще на один шаг дальше.

"Я отвергаю исходное предположение о том, что имеет место  растущее соперничество между США и Китаем за контроль в космосе. Не говоря уже о вопросе, можно ли вообще контролировать космос, ответ на который полностью зависит от того, как определять понятие "контроль", для соперничества требуются как минимум двое, а на данный момент Соединенные Штаты являются единственной страной, которая играет в игру контроля над космическим пространством", – сказал Кулацки.

Китай разрабатывает всеобъемлющий комплекс космического потенциала, в основном для гражданских нужд, который имеет также важные военные возможности применения. Пекин неуклонно повышает качество спутников, которые он размещает на орбите, приборы, которыми они оборудованы, а также наземную инфраструктуру, необходимую для их запуска, поддержки и эксплуатации.

Разумеется, это заставляет американских военных чувствовать себя все более некомфортно, и критики роста китайского могущества в космосе опасаются, что этот процесс приведет к потере Соединенными Штатами контроля в космическом пространстве.

"Это привело к тому, что некоторые американские военные стратеги стали искать способы уничтожения или вывода из строя китайского космического потенциала, что они, собственно, и имеют в виду, когда говорят о "контроле в космосе". В Китае также есть своя программа исследований и разработок в сфере противоспутниковых вооружений, но нет никаких признаков того, что китайское военное командование вынашивает планы использования этих вооружений для захвата контроля в космосе", – добавил Кулацки.

По его мнению, важно помнить о том, что интерес и способность к исследованиям, разработка и даже испытания любых военных технологий не обязательно означают, что страна имеет конкретное намерение или стратегию его использования в будущем конфликте. В случае с Китаем наиболее убедительным объяснением их программы противоспутниковых вооружений является то, что они просто хотят иметь в своем распоряжении этот инструмент на случай, если возникнет конфликт. Это вполне обоснованный подход, особенно если ваш наиболее вероятный противник постоянно говорит о космических войнах и о контроле над космическим пространством.

Кулацки указывает на пространственный аспект "холодной войны" и на то, что США и Советский Союз в свое время решили, что "риски нападения на спутники противника, обладающего ядерным оружием, значительно выше, чем любые предполагаемые выгоды от их уничтожения".

"Они пришли к этому осознанию в ходе процесса дискуссий и переговоров, процесса, которому способствует систематическое сотрудничество в области космической науки и исследований, – сказал  Кулацки. – Мы можем и должны идти по тому же пути с китайцами, и начать следует с отмены ограничений, введенных Конгрессом, на контакты и сотрудничество между специалистами из Соединенных Штатов и Китая.