Кто в Брюсселе и Пекине мог предположить, что из-за "особой позиции" Литвы едва не рухнет договор об инвестициях, который с 2013 года готовили руководители Евросоюза и КНР? Соглашение EU – China Comprehensive Agreement on Investment призвано компенсировать потери европейцев от попыток США выравнивать торговые тарифы, чем занимался Дональд Трамп. Продолжит ли администрация Джозефа Байдена этот курс, неизвестно, но терять деньги в угоду заокеанским правителям в Европе не хотят. Франция, например, экспортирует в США товары и услуги на сумму 47 млрд евро, Германия – на 133 миллиарда. Возможные потери в 10-12,5% – ощутимый удар по экономикам двух ведущих стран ЕС. В 2020 году дипломатическим отношениям КНР и ЕС исполнилось 45 лет. По словам председателя Европейского совета Шарля Мишеля, "сторонам необходимо продолжать развивать тесное сотрудничество". Председатель КНР Си Цзиньпин подчёркивает: Китай стремится к всестороннему диалогу с ЕС и рассчитывает совместно с Евросоюзом выстраивать в "постпандемическую эпоху" новую экономическую модель. Берлин в ранге председателя Совета Европы шёл к заключению договора с китайцами до конца 2020 года, это ему удалось. Париж стремление немецкой стороны поддержал, и понятно почему. Немецкий экспорт в КНР в 2019 году равнялся 108,32 млрд долларов. Львиную долю занимала продажа транспортных средств, механического и электронного оборудования, информационных технологий, текстиля, продуктов химической промышленности. Французы продали Пекину товаров и услуг на 23,44 млрд долларов; в двусторонней торговле доминируют сделки по транспортным средствам и мехоборудованию. Соглашение об инвестициях ещё больше расширит возможности немецкого и французского бизнеса на огромном китайском рынке. "Такое чувство, что блок наиболее заинтересованных стран Евросоюза делает всё возможное, чтобы вбить последний гвоздь в гроб администрации президента Байдена ещё на этапе её формирования. Европейцы надеются таким шагом гарантировать переговорное преимущество перед США в политических дискуссиях о трансатлантических торговых отношениях. Надо признать, они обскакали американцев", – считает бывший глава МИД Литвы Аудронюс Ажубалис. По его словам, "кризис затронул ЕС в большей степени, чем КНР, однако внешний китайский рынок сильно пострадал с точки зрения репутации из-за "китайского вируса" в терминологии Трампа". Между тем успешным завершением переговоров между Пекином и Брюсселем довольны не все члены Евросоюза. Больше других недовольна маленькая Литва. Её отношения с Пекином ухудшились в 2013 году, когда Даля Грибаускайте встретилась в Вильнюсе с тибетским Далай-ламой. В Пекине были возмущены таким демаршем, но литовские власти сделали вид, что их это не касается. Сформированная в Литве осенью 2020 года правящая коалиция продолжает линию Грибаускайте. В то же время в Вильнюсе пытаются усидеть на двух стульях. По заявлениям пресс-службы президента Гитанаса Науседы, "страна заинтересована в развитии торгово-экономических связей с КНР", но с учётом интересов Литвы, которые заключаются, оказывается, в приживлении на китайскую почву западной демократии. И в первую очередь в Гонконге, Тайване и Тибете. Вильнюс предлагал включить в инвестиционный договор ЕС – КНР даже положения о блокаде "небезопасной" Белорусской АЭС и постоянно напоминал партнёрам по Евросоюзу, что рост могущества Китая "становится вызовом для единства и важнейших интересов сообщества". Кроме того, Западу, по мнению литовских руководителей, необходимо стремиться "к строгой оценке преступлений тоталитарных режимов перед народами мира". В том, что Вильнюс идёт против Брюсселя, нет ничего странного. Президент Науседа не скрывает: усилия на китайском направлении Евросоюз должен координировать с Соединёнными Штатами. Рассчитывая на США как главного партнёра, не очень влиятельная Литва готова противостоять интересам Германии, Франции и других ведущих европейских держав. Однако это не самый удачный внешнеполитический расчёт. Между американским и европейским векторами литовской внешней политики нет баланса. Глава МИД Габриэлюс Ландсбергис, правда, утверждает: "США – стратегический партнёр, но мы сознательно выбираем проект ЕС… Litexit не состоится ни при каких условиях". Действительно, на деньги Европы Вильнюс осуществляет все свои проекты, от синхронизации электропередающих сетей до асфальтирования гравийных дорог. Однако слова главы литовской дипломатии – это одно, а практические шаги Вильнюса – другое. Например, в Пекине очень надеялись на морской порт в Клайпеде как на одну из альтернативных веток "Шёлкового пути" в Европу, но возобладала антикитайская позиция Вашингтона: планам в отношении литовской портовой инфраструктуры не суждено сбыться. Для литовской экономики это означает миллиардные потери, но в Вильнюсе ведут себя по отношению к Брюсселю заносчиво. "Литовцы в своих взглядах на ситуацию в Европе и мире настолько сильны, что достойны не благосклонности стран-лидеров, а понимания и согласия с их стороны", – заявляет бывший министр Ажубалис. Такое поведение раздражает европейских руководителей. Как отметил в комментарии для этой статьи литовский политолог Вадим Воловой, "рано или поздно в условиях существующих противоречий между ЕС и США Вильнюсу придётся определяться, с Брюсселем он или с Вашингтоном; долго сидеть на двух стульях не получится". | 
