Владимир Малышев

Интервью Эмманюэля Макрона британскому еженедельнику The Economist (07.11.2019) произвело шум, прежде всего, из-за образа "смерти мозга" (the brain death, mort cérébrale), постигшей Североатлантический блок. Макрон использовал этот образ незадолго до саммита НАТО, запланированного на начало декабря.

Многие оценки Макрона прозвучали из уст главы государства-члена НАТО довольно неожиданно: "нет никакой координации в принятии стратегических решений между США и их партнёрами"; "член НАТО Турция совершает агрессию в зоне, где существуют наши (французские. – Ред.) интересы"; "то, что происходит, является огромной проблемой для НАТО".

Эмманюэль Макрон не хочет, однако, солидаризоваться с Дональдом Трампом, который в январе 2017 года назвал НАТО "устаревшей" организацией. А ведь Североатлантический блок действительно устарел. И устарел он ещё тогда, когда была распущена Организация Варшавского договора и распался СССР. Тем не менее стратеги НАТО начали и продолжают бессмысленное расширение на восток.

По словам Макрона, Европа оказалась на "краю пропасти", она "утратила нить своей истории". Европа "постепенно начинает терять направление, в котором движется… происходит перемена американской стратегии". При этом "последние 15 лет Китай развивается как держава, создающая риск биполяризации в мире и явную маргинализации Европы…". Если Европа, говорит Макрон, "не сможет помыслить себя глобальной державой, она просто исчезнет… То, что мы наблюдаем, можно назвать смертью мозга НАТО. У нас есть партнеры в одной части мира, и нет никакой координации в принятия стратегических решений между Соединенными Штатами и их союзниками по НАТО. Никакой…"

Первой на диагноз по поводу "смерти мозга" отреагировала Ангела Меркель. Уже на следующий день, 8 ноября, канцлер Германии, выступая в Берлине на пресс-конференции по итогам переговоров с генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом, заметила по адресу Макрона: "Я не считаю, что такое резкое заявление было необходимо; хотя у нас и есть проблемы, мы должны взять себя в руки", – сказала она. Резкие слова Макрона, отметила Меркель, не соответствуют её точке зрения на "сотрудничество в рамках НАТО". Столтенберг, естественно, заверил, что НАТО остаётся "сильной" организацией, а Соединённые Штаты и Европа "работают вместе больше, чем мы это делали в течение десятилетий".

В Италии между тем на разногласия Парижа и Берлина обратили особое внимание. Влиятельная итальянская газета Corriere della Sera писала: "Это звучное расхождение [между Макроном и Меркель. – Ред.] свидетельствует о наличии двух проблем. Диагноз "смерть мозга" Эмманюэля Макрона, вывешенный у изголовья НАТО, звучит более радикально, чем знаменитое определение "устаревший", которое приложил к атлантическому военному союзу президент США Дональд Трамп… Эта разница во мнениях свидетельствует о трещине во франко-германской оси, и без того не слишком прочной".

Другое итальянское издание, газета Il Giornale, в заметке под выразительным названием "Новый мировой беспорядок" меланхолически отметила: "Напряженность между Востоком и Западом никуда не исчезла, наоборот. С включением стран Восточной Европы в Европейский союз линия столкновения отодвинулась [на восток, в том числе в пределы бывшего СССР. – Ред.], но это привело к созданию более прямого и опасного столкновения с Россией, ибо нет уже непреодолимой "красной линии", начертанной в Ялте... А победивший либерализм, лишенный тормозов, стал диким".

Итальянские журналисты, однако, не договаривают. Точнее – не хотят замечать прямых претензий президента Макрона к администрации Трампа. "Трещина во франко-германской оси" – не новость; вызовы европейской безопасности в связи с расширением НАТО на восток тоже появились не сегодня. Более существенно в высказываниях Макрона другое. "Это было немыслимо еще пять лет назад" (при президенте-демократе Бараке Обаме. – Ред.), – говорит французский президент; ещё тогда ("пять лет назад"!) "никто не поверил бы, что такое возможно".

Заявление Макрона по поводу "смерти мозга" у НАТО не приблизило Францию к России. Французский президент, говоря о своих озабоченностях, указал пальцем не только на Турцию, но и на Россию, назвав их "авторитарными державами по соседству, которые делают Европу глубоко уязвимой". Определяющий штамп атлантистской идеологии ("угроза с Востока") никуда не делся, он по-прежнему широко используется европейцами.

И точно так же выступление Макрона не отдалило французскую политику от Америки. США в глазах президента Франции остаются "великим союзником", однако, говорит Макрон, "впервые мы имеем американского президента, который не разделяет европейский проект и американскую политику, которая отсоединяется от этого проекта".

Главная цель, которую преследовало интервью Эмманюэля Макрона британскому еженедельнику, состояла в том, чтобы дать дополнительные козыри противникам Трампа в схватке за пост президента США, финальный акт которой разыграется 3 ноября 2020 года.

Многое в мировой политике будет решаться в следующие двенадцать месяцев. А пока в атлантическом лагере идёт перегруппировка сил, обнажающая противоречия и острые углы. В условиях утраты Организацией Североатлантического договора цели существования это неизбежно.