21 мая 2022 года в Нальчике и других городах Северного Кавказа в отличие от прошлых лет не проводилось траурных шествий, приуроченных к очередной (158-й) годовщине окончания Кавказской войны. Однако, как сообщили представители адыгских общественных организаций, все остальные памятные мероприятия в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Адыгее и Краснодарском крае состоялись.
Осталось верным себе и турецкое внешнеполитическое ведомство, не пропускающее ни одного Дня памяти жертв Кавказской войны, с первой половины 1990-х годов отмечаемого по инициативе общественной организации «Адыге-Хасэ» на полуофициальном, а кое-где и вполне официальном уровне. «Во время вторжения царской России на Кавказ сотни тысяч представителей кавказских народов погибли. Многие оставшиеся в живых были высланы со своей родины и вынуждены были укрыться в Анатолии. Cегодня мы еще ощущаем боль этой трагедии, которая получила название «черкесского изгнания». Пользуясь случаем, мы склоняем головы перед памятью погибших», – говорится в заявлении официального представителя МИД Турции Танжу Билгича, опубликованного 18 мая на сайте этого ведомства на русском языке.
Веками Османский халифат и его геополитические наследники (от «новой Турции» Ататюрка до Эрдогана с его широкими претензиями на роль одного из мировых центров силы) полагали Северный Кавказ сферой своего геополитического влияния. В полной мере это подтвердила открытая поддержка «борцов за независимость Ичкерии*» в годы первой чеченской войны. По крайней мере на символическом уровне такая поддержка сохраняется поныне. Об этом говорят многочисленные парки, скверы и мечети имени Джохара Дудаева (первый такой парк открыл в 1996 году в Стамбуле его тогдашний мэр Р. Эрдоган). В конце 2021 года с появлением очередного парка имени первого президента «Ичкерии» в курортном городке Корфез провинции Коджаели глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров потребовал от турецкого лидера определиться с политикой в отношении террористов. Немногим ранее в стамбульском районе Бейликдюзю был открыт очередной монумент в память о «геноциде» черкесов.
Пропагандистская подкормка местных националистических групп («черкесских», «тюркских») – лишь одна из составляющих работы турецких спецслужб на российском Северном Кавказе в последние три десятилетия. Так, широкую известность приобрела радикальная секта «Нурджулар»*, действующая в России посредством созданных ею структур «Серхат», «Эфляк», фондов «Торос», «Уфук» и др. Только в 2002 году органами безопасности РФ была пресечена деятельность более 50 турецких эмиссаров в Башкортостане, Дагестане и в Карачаево-Черкесии.
«Турция и в 90-е годы, и сегодня являлась и является прибежищем боевиков различных мастей, в том числе и сбежавших из России во время войны в Чечне. Многие из этих боевиков по сей день проживают в Турецкой Республике, активно способствуют ухудшению взаимодействия между Россией и Турцией», – напоминает научный сотрудник ИМЭМО РАН Владимир Аватков. По мере стабилизации ситуации на Северном Кавказе и расширения российско-турецкого торгово-экономического сотрудничества деятельность специализированных турецких структур всё больше смещалась в сферу «мягкой силы», что, однако, не исключало и более традиционных методов работы. На смену «Нурджулару» и попавшей в немилость у Эрдогана организации «Хизмет» Фетхуллаха Гюлена пришли министерство по делам религий (Diyanet), агентство по сотрудничеству и координации (TIKA), аффилированный с родственниками Эрдогана молодежный фонд (TUGVA), внутренние документы которого недавно стали достоянием широкой общественности.
Резкое обострение российско-турецких отношений в ноябре 2015 – первой половине 2016 гг. после уничтожения бомбардировщика Су-24 в небе над Сирией породили прогнозы относительно возможной «протурецкой мобилизации» части этнически ориентированных элит на Северном Кавказе. Хотя соответствующие опасения оказались преувеличенными (земельные и иные вопросы пёстрого в этноконфессиональном отношении края решаются в Москве, а не в Ак-Сарае), это не означает отсутствия попыток сформировать неоосманистскую культурно-идеологическую повестку. Здесь и «гламурные» сериалы из жизни «Блистательной Порты» сомнительного художественного качества и не менее сомнительной достоверности, и ангажированные «научные исследования», и мемориальные доски памяти «освобождавшим Дагестан» воинам «Кавказской исламской армии». Переписывание истории в целом уже завершено в Азербайджане, где 15 сентября 2018 года Эрдоган вместе с Ильхамом Алиевым принимал совместный парад по случаю столетия «освобождения Баку» «армией» рвавшегося на Кавказ Нури-паши. А турецкий политик и бизнесмен Кемаль Текден рассказал о планах создания фильма о предводителе горцев Чечни и Дагестана имаме Шамиле.
В феврале 2021 года подготовленную агентством Stratfor карту расширения сферы влияния Турции в Евразии показал в прямом эфире государственный телеканал TRT-1. В трактовке событий вокруг России, а теперь и в связи с украинским кризисом телерадиокомпании «TRT на русском» мог бы позавидовать любой запрещённый в России иностранный агент.
Как пишет ингушское издание «Сердало», агентство TIKA, нацеленное на всестороннее «укрепление сотрудничества между Турцией и народами тюркоязычных стран», активизируется в Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии, пытаясь воздействовать также на Дагестан, Ингушетию, Северную Осетию, Адыгею, Чечню, Ставропольский край. При этом агентство не только влияет на мусульман, но и работает среди православного духовенства в республиках Северного Кавказа, включая попытки «выдвинуть некоторых священнослужителей на руководящие должности в церковной иерархии».
В свою очередь, Diyanet работает через фонд TUGVA, призванный воспитывать «патриотическую молодежь» «в духе идеологии, основанной на смеси национализма и тюркизма», а также «укрепления религиозного фактора как неотъемлемой составляющей единства различных народов тюркской группы». В 2021 году фонд TUGVA организовал около 50 молодёжных проектов в регионах Северного Кавказа, включая разработку видеоконтента на YouTube для виртуального Tugva ТВ и онлайн-обучение иностранным языкам в рамках программы The Digital Language Cafe, курсы по фотографии, видеомонтажу и т. д. Как пишет Telegram-канал kavkaz_leakbez, набор молодёжи для обучения на курсах TUGVA в Стамбуле, нацеленных на подготовку «медийных экспертов», продвигающих выгодные Турции нарративы, идёт при поддержке руководителя отдела по связи с общественностью администрации президента Турции Фахреддина Алтуна. С наступлением Рамадана TUGVA раздал около 5 миллионов долларов примерно 250 исламским организациям по всей России. Программы фонда, предполагающие также материальную поддержку и гранты на поездки в Турцию, вызвали интерес у многих молодых людей. Для привлечения российской молодёжи эмиссары TUGVA сулят хороший заработок, упирая на массовую безработицу на Северном Кавказе.
Ещё одной характерной тенденцией последних лет является активизация турецкого присутствия в высших учебных заведениях региона, особенно в гуманитарной сфере. Многие – выпускники турецких вузов либо лица, прошедшие там стажировку, трудятся в системах государственного управления, образования и науки и иных ключевых сферах Северо-Кавказского федерального округа. Порою карьерная лестница выпускников турецких вузов ведёт их и на должности федерального уровня, создавая предпосылки формирования этнических лоббистских структур. Зачастую, как поясняет источник издания Eadaily из российского посольства в Турции, инициатива при налаживании контактов принадлежит северокавказским учебным заведениям, готовым с удовольствием похвастаться «количеством договоров с различными турецкими вузами». При этом «к созданию курсов и специализаций по черкесскому языку в турецких вузах относятся весьма благожелательно. Черкесы, адыги, абхазы, чеченцы всегда были в сфере геополитических интересов Турции на Кавказе. Черкесы, адыги и абхазы в Турции составляют, по разным подсчетам, до 2 млн. граждан этой страны… много примеров совместных исследований, в том числе по весьма острым вопросам исторических взаимоотношений России и её черкесского населения, а также взаимодействия Турции с народами Северного Кавказа. Само количество публикаций и конференций по тематике этноконфликтов на Северном Кавказе весьма показательно».
Если работа по привлечению иностранцев в турецкие государственные и частные вузы носит системный характер, то с российской стороны этого, к сожалению, нет. К примеру, квоты на обучение в ряде региональных вузов «турецкими черкесами» (как правило, не знакомыми ни с родным, ни с русским языком) заполняются в лучшем случае наполовину. Отсутствует и более или менее системное представление о сотрудничестве северокавказских учебных заведений с турецкими партнерами и его влиянии на ситуацию в регионе.
Как пишет специализированный Telegram-канал «Ночь на земле», Турция «активно использует подконтрольные ей инструменты "мягкой силы" для достижения политических целей как внутри Турции, так и за ее пределами. IHH, Almanya Turk Federasyon, TÜGVA, SETA, TIKA постоянно оказываются связаны с боевиками на севере Сирии, отделениями "Серых волков" в Европе, Esedullah, религиозными сектами в других странах». Наряду с Россией особое внимание уделяется Индии и Китаю с их многомиллионными мусульманскими общинами.
Не приходится сомневаться, что в условиях специальной военной операции ВС РФ на Украине давние «друзья» турецкого лидера, такие как нынешний шеф британской разведки Ричард Мур, не преминут возможностью создать России дополнительные проблемы на южном фланге, в том числе – в пределах её государственных границ.
АНДРЕЙ АРЕШЕВ
