При всём резонансе данного шага он не является чем-то неожиданным, так как молдавские власти в последние годы проводят курс на фактическую реабилитацию нацистов и их приспешников.

Заявка на него была сделана Санду ещё до занятия высшей государственной должности. В 2018 году, выступая в эфире одного из телеканалов, она назвала румынского диктатора и союзника Гитлера Иона Антонеску «исторической личностью, о которой можно сказать и хорошее, и плохое».

Примечательно, что в самой Румынии, несмотря на попытки реабилитации кондукэтора (местного фюрера), он продолжает считаться военным преступником. Не смущает госпожу президента и тот факт, что под руководством Антонеску Румыния проводила жестокую политику в отношении «нерумынского» населения Бессарабии. Республика Молдова в нынешних своих границах стала местом организации этнических чисток и жестоких расправ.

Первая массовая казнь евреев была организована сразу после окончания боёв на левобережье реки Прут и вошла в историю как «Скулянская резня». 27 июня 1941 года румынские солдаты при помощи местных коллаборационистов расстреляли в приграничном селении Скуляны 311 человек, в том числе детей и женщин.

Настоящее побоище развернулось месяцем позже на Днестре. Румынские власти проводили этнические чистки и стремились как можно скорее выдворить еврейское население в немецкую зону оккупации. В то время осада Одессы только начиналась, и немцы отказывались принимать колонны депортируемых из Бессарабии. Но и путь назад для них был закрыт. На берегах Днестра расстрельные команды лишили жизни по меньшей мере восьми тысяч человек.

Апофеозом румынской национальной политики под руководством Антонеску стала организация Кишиневского гетто. Летом 1941 года в нём единовременно находилось до 10,5 тысячи человек. В конце июля была организована акция устрашения, когда после ночной перестрелки в городе был расстрелян 551 человек. В августе 1941 года произошёл новый массовый расстрел, жертвами которого стали 350 кишинёвцев.

Судьбу евреев предстояло разделить славянам.

Осенью 1943 года была утверждена программа депортации из Бессарабии, Буковины и дельты Дуная за Днестр 930 тысяч человек славянского происхождения. Выдворение должно было пройти без какого-либо имущества и жилья, таким образом переселенцы обрекались на голодную смерть. Реализации этого плана помешало лишь стремительное наступление Красной армии.

Ясско-Кишинёвская операция стала одной из самых успешных битв советских войск в Великой Отечественной войне. Стремительный разгром группы нацистских войск «Южная Украина» очистил от приспешников Гитлера и Антонеску большую часть современной Республики Молдова, позволил Румынии примкнуть к Антигитлеровской коалиции.

Однако, судя по всему, правительство Санду явно не в восторге от такого исхода боёв за вверенную ему страну.

Это читается в отношении к последним из оставшихся в живых ветеранам Великой Отечественной. Когда в ноябре 2023 года из жизни ушёл 102-летний участник Сталинградской и Курской битв, кавалер ордена Республики Павел Гладков, для прощания с ним не был выделен Колонный зал Дома Национальной армии. Министерство обороны к тому же отказалось направить на похороны салютную команду.

Все это аргументировалось антиковидными ограничениями. При этом церемонии прощания с другими известными гражданами Молдавии тогда же проходили со всеми положенными почестями.

В декабре 2022 года глава Молдавии призвала спецслужбы расследовать обстоятельства концертов в городе Бельцы, в ходе которых дети исполняли песни военных лет в форме советских солдат. С того же года в республике запрещено ношение георгиевской ленты.

Тем временем сигналы о восхвалении в республике нацистских деятелей вызывают у официального Кишинёва куда меньшее внимание. К примеру, в апреле 2023 года с открытым письмом к Санду обратился известный своими расследованиями Холокоста Центр Симона Визенталя.

Неправительственная организация потребовала убрать с Аллеи классиков в центре молдавской столицы бюст премьер-министра Румынии и профашистского публициста Октавиана Гоги. Показательно, что в Бухаресте памятник этому деятелю вскоре после установки был снесён. Но в молдавской столице вопреки всем протестам он устоял.

«Крайне оскорбительной» тогда же Центр Симона Визенталя назвал установку в одном из кишиневских парков мемориала, посвященного «80-летию освобождения Бессарабии» румынской армией. Это «освобождение» и положило начало бессарабскому Холокосту в 1941 году, жертвами которого, по данным правозащитников, стали 150 тысяч евреев.

Примечательно, что ранее на месте скандального монумента стоял мемориал «Родник генерала Павла Иона Георгеску», установленный в 1937 году в память о братстве русской и румынской армий в годы Первой мировой войны, совместно сражавшихся у местечка Мэрэшти против немецких войск.

Памятники, посвящённые румынским союзникам Гитлера, во время президентства Санду появились и в ряде других муниципалитетов республики. Зачастую их открытие происходило с воинскими почестями в присутствии представителей центральных властей и дипломатического корпуса Румынии. Расходы по возведению в ряде случаев на себя берёт существующая на румынские гранты ассоциация Monumentum.

Соответствует таким действиям и содержание молдавского школьного курса истории.

Вторгшиеся 22 июня 1941 года под командованием маршала Антонеску румынские войска в нём рассматриваются как «освободители». Зато Красная армия, покончившая с нацистским террором, предстаёт в облике оккупанта.

Не принимается во внимание даже тот аргумент, что в 1944 году была возрождена упразднённая Румынией молдавская государственность, существующая и по сегодняшний день.

Реабилитация нацистов и их приспешников, происходящая сегодня в Молдавии, объясняется безоглядной ориентацией команды Санду на Бухарест. В своё время диктатор Антонеску ставил задачу превращения Бессарабии в «идеальную» провинцию Великой Румынии. Это должно было выражаться в достижении этнической однородности региона, проведении его колонизации ветеранами-военными, изъятии Бессарабии из-под парламентского контроля.

Спустя почти 85 лет Молдавию вновь пытаются превратить в «идеальную» провинцию Румынии, по крайней мере в контексте политики исторической памяти. В Кишинёве при щедром румынском финансировании возводятся мемориалы, которые не могут быть установлены в Бухаресте из-за неоднозначного к ним отношения в Европейском союзе.

Вполне вероятно, что сейчас в Молдавии обкатывается та модель исторической политики, которая станет реальностью в основном румынском государстве, как только влияние Брюсселя на него ослабеет.