Есть ли альтернативы французско-немецкому лидерству в Европейском Союзе? Было бы неплохо, если бы к ним присоединилась Великобритания, создав Клуб троих, но сегодня такой вопрос не стоит. Великобритания во многом исключила себя из какого бы то ни было лидерства в Европе. Гордон Браун едва справляется со своими обязанностями премьер-министра, а Консервативная партия, чьё возвращение к власти в будущем году практически предрешено, настроена так же провинциально и евро-скептично, как и ранее, а быть может и сильнее. Европа попросту не может рассчитывать на британцев, по крайней мере, какое-то время.

Идея Клуба шести, предложенная Николя Саркози в начале его президентского правления, всегда была абстрактной и является сегодня неубедительной. Учитывая любовные похождения Сильвио Берлускони, ту Италию, которую он возглавляет, невозможно воспринимать всерьёз, а Испания вскоре потеряет всякую возможность лидерской роли в ЕС из-за своего плачевного экономического положения. Что касается Польши, то несмотря на то, что создававшие путаницу близнецы Качинские лишились власти, жёсткая установка этой страны на безопасность в своём непосредственном окружении несовместима с поведением истинного европейского лидера.

И вообще, поскольку остальному 21 члену ЕС идея Клуба шести никогда не нравилась, то и хорошо, что данную идею похоронили, и возможно навсегда. Так кто же, кроме Франции и Германии, способен взять на себя лидерство в Европе?

Положительный результат референдума в Ирландии по Лиссабонскому договору в октябре был бы необходимым, но недостаточным условием начала институциональной реорганизации ЕС. Прежде всего, ЕС нуждается в политической воле и в руководстве. Лишь Германия и Франция, действуя сообща, могут убедить граждан Европы и весь мир в том, что ЕС, наконец-то, осознал глобальные реальности современности.

Конечно, невозможно недооценить то сочетание подозрительности, напряжённости и раздражительности, которое в последнее время характерно для французско-немецких взаимоотношений. В большой степени Германия стала в Европе "второй Францией", в то время как Франция сейчас французская как никогда. И они не только выдвигают на первый план свой национализм. Расходятся их мнения по поводу фундаментальных вопросов – в особенности о том, как следует преодолевать экономический кризис.

Но два гиганта Европы могут смириться с тем, что они расходятся во мнениях по поводу преимуществ немецкого бюджетного бездействия или французского кредитно-денежного стимулирования до тех пор, пока они не оскорбляют друг друга, и, что гораздо важнее, до тех пор, пока они компенсируют свои философские различия хорошо разрекламированной программой совместных действий по ключевым вопросам. До тех пор пока обе страны будут убеждены в том, что других вариантов сотрудничества в ЕС не существует и что европейское сотрудничество остаётся приоритетом для обеих стран, им будет не так уж трудно восстановить своё лидерство. В конце концов, Франция и Германия сейчас гораздо ближе друг к другу по многим вопросам, чем это всегда было ранее.

С возвращением Франции в интегрированную военную структуру НАТО две страны впервые с 1966 г. оказались на одной и той же "атлантической" волне. Несмотря на серьёзные замечания обеих сторон по поводу миссии в Афганистане, они явно находятся в одной лодке, даже если французские солдаты, будучи ближе к британским солдатам в плане ведения боевых действий, более уязвимы, чем немецкие солдаты. И обе страны, вероятно, подписались бы под следующей формулировкой: "Будущее Турции – в том, чтобы быть с Европой, но не обязательно в Европейском Союзе, по крайней мере в обозримом будущем".

Однако фундаментальный вопрос о том, как вести себя с Россией, по-прежнему разделяет две страны. Франция и Германия по-разному смотрят на данный вопрос, что является и естественным, и неизбежным, поскольку данные различия являются следствием и географии, и истории.

Германия не только физически гораздо ближе к России, – она также гораздо более зависима от России в плане обеспечения энергетической безопасности. Франция не должна себя обманывать: Германия не собирается в скором времени переходить на ядерную энергетику, чтобы избавиться от опоры на российскую нефть и газ. Однако Германии необходимо понимать, что негативная эволюция России будет иметь последствия, которых не избежать и Германии.

Начало эффектных французско-немецких действий после выборов в Германии, а также совместное послание Кремлю, были бы сигналом и для остальных стран ЕС, – сигналом, который можно выразить словами Вацлава Клауса: "Если вы решите парализовать Европейский Союз с помощью своего упрямства и недоброжелательности, вы не сможете диктовать свою волю Европе, а добьётесь лишь самоизоляции".

Франция и Германия не могут двигать Европу в одиночестве, но без них Европа не сможет двигаться вовсе.

Доминик Муази – приглашенный профессор государственного управления в Гарвардском университете. Последняя из его опубликованных книг называется "Геополитика эмоции".