Парламент Афганистана созыва 2010 года – место для острейшей критики команды президента Ашрафа Гани. Выборы нового состава парламента, назначенные на 20 октября этого года, рассматриваются обозревателями как проверка сил и этой команды, и оппонентов президента перед выборами главы государства, которые намечены на начало 2019 года.

Ашраф Гани и "Великая национальная коалиция Афганистана"

При этом популярность Ашрафа Гани критически низка, а его намерение во что бы то ни стало провести нынешней осенью парламентские выборы, которые неоднократно переносились с 2015 года, подтолкнуло системную позицию к новому альянсу. В конце июля 2018 года был создан блок "Великая национальная коалиция Афганистана", в значительной мере опирающийся на группы этнических узбеков, таджиков и хазарейцев. Оппозиция уверена, что команда Гани действует в интересах пуштунов и готовит масштабные фальсификации при голосовании в парламент. Оппозиция предъявила ряд свидетельств того, что подготовка к голосованию со стороны властей ведется нечестно.

Против проведения выборов - и несистемная оппозиция в лице "Талибана". Движение наращивает боевую активность, поэтому власти уже заявили о невозможности проводить голосование на десятках участков даже в пограничной с Узбекистаном, Таджикистаном и Туркменией провинции Балх, которая до недавнего времени считалась относительно спокойной. 

О выборах в северных провинциях

"В ряде северных провинций очевидна дестабилизация. Достаточно посмотреть статистику боевых действий за последние недели, даже Балх уже не может считаться стабильным. А если взять граничащие с Туркменией Бадгис и Фарьяб, возможность захвата их административных центров талибами постоянно витает в воздухе", - говорит сотрудник Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Андрей Серенко. По его словам, избиратели там придут на выборы "избирательно", то есть они не придут туда, где опасно. А это откроет широкие возможности для манипулирования итогами голосования в ходе подсчета голосов.

Провинции северного Афганистана считаются оплотом системной оппозиции, но из-за разворачивающейся активности талибов эта оппозиция соберет меньше голосов, чем могла бы. Это благоприятно для Ашрафа Гани, продолжает эксперт. Но тогда, скорее всего, сильная системная оппозиция не признает выборы, что приведет к дальнейшей политической дестабилизации.

Тем более что у оппозиции есть особенно сложный для Ашрафа Гани возможный кандидат, который имеет большое влияние на севере, среди непуштунских групп, и который связан с Таджикистаном – это бывший губернатор Балха Атта Мухаммад Нур. "В альянс с ним сейчас вошли другие политики севера, в том числе лидеры этнических хазарейцев и узбеков", - указывает немецкий эксперт по Центральной Азии Гюнтер Кнабе (Günter Knabe).

Интересы республик региона и межэтнические противоречия

В свою очередь, первоочередной интерес республик Центральной Азии состоит в том, чтобы ситуация в Афганистане хоть в какой-то мере стабилизировалась, рассуждает он. Особенно Узбекистан, который при Шавкате Мирзиёеве собрался развивать экономические отношения с Афганистаном  через северные территории, беспокоится об этом. Ташкент отслеживает интересы узбекской элиты в соседней стране. И Ташкент не может радовать тот факт, что на севере, где проживают афганские узбеки, избирательные участки в большом числе не будут открыты, а, значит, пуштуны получат дополнительные преимущества над ними в парламенте. "Тем более, что это усугубит межэтнические противоречия между пуштунами и непуштунами, являющееся одним из узловых для Афганистана", - отмечает Гюнтер Кнабе.

Таким образом, главный вопрос для стран региона сейчас заключается в том, станут ли парламентские выборы источником стабильности системы, или, наоборот, дополнительным ее разрушителем. "Афганская системная оппозиция, если выборы ее не устроят, их не признает, мотивируя это не столько собственной политической слабостью, сколько процедурными недоработками правительства. Это имеет под собой основания, учитывая недоработки по использованию биометрических данных при голосовании, обнаруженные фальшивые удостоверения избирателей  и другие проблемы, которые сопровождали всю нынешнюю избирательную компанию. Эти факты собраны в папку и могут быть в любой момент предъявлены в качестве доказательств нелегитимности выборов", - уточняет Андрей Серенко.

Спешка с выборами и "русский кандидат" Хамид Карзай

Но зачем тогда в этих обстоятельствах команде президента настаивать на проведении выборов и не соглашаться на их перенос в целях лучшей подготовки к голосованию? Ведь оппозиция предлагает сперва создать новое временное правительство, которое подготовит страну к честным выборам.

"Выборы вероятно состоятся в срок, несмотря на протесты. Эти выборы - предварительный прогон перед президентскими выборами, которые очень важны для США. И США, а за ними и коллективный Запад, постараются их признать, как бы криво они ни прошли, а затем будут продвигать своего кандидата или кандидатов в президенты. Россия же сейчас старается помешать сохранению решающего влияния США на афганское руководство. Как и Иран, Индия и Китай", - уверен Гюнтер Кнабе. При этом, отмечает он, у Москвы есть как минимум один "свой кандидат" – Хамид Карзай.

"Карзай приложил немалые усилия к созыву такого традиционного афганского института как всеафганский совет старейшин, Лойя-Джирга, и от нее, если бы выборы провалились, он мог бы выдвинуться сразу в президенты. Но если парламентские выборы состоятся и получат хоть какое-то признание, его шансы снова стать кандидатом в президенты очень невелики. Для этого новый парламент должен захотеть и успеть принять соответствующие изменения в действующие законы", - объясняет Гюнтер Кнабе одну из возможных причин поторопиться с проведением выборов для Ашрафа Гани.

Американский сюрприз для Ашрафа Гани

При этом он подчеркивает, что самого Гани может после парламентских выборов ожидать сюрприз - вовсе не обязательно, что США поставят его первым в списке "своих кандидатов". "В качестве альтернативы, к примеру, называется имя нынешнего премьера Абдуллы Абдуллы, не столь тесно связанного с системной оппозицией, которая не устраивает Вашингтон, и несколько других известных имен", - продолжает он.

С ним согласен Андрей Серенко. "Сейчас шансы Ашрафа Гани снова стать президентом сомнительны, а вероятность поддержки со стороны США, исходя из сегодняшней ситуации, не очень велика. И парламентские выборы ему срочно нужны. Ему нужна в парламенте своя мощная фракция, его команда имеет задачу собрать не менее семидесяти мандатов, что достаточно для контроля над парламентом. Это может ему помочь в выдвижении на пост президента",  – поясняет эксперт ЦИСА.

По его мнению, внешние игроки, будь то Запад, Россия, Китай, или, например, Узбекистан и Таджикистан, прямого влияния на парламентские выборы оказывать не будут. "Ташкент был бы заинтересован в успехе кандидатов от условно узбекской партии, а Душанбе – таджикской, но единой позиции у самих стран региона нет", - считает Андрей Серенко. По его словам, общий интерес этих стран связан с проблемами безопасности, а по конкретным кандидатам в парламент у них желаний по большей части вообще нет. Нет планов в отношении конкретных кандидатов у России и Китая, утверждает эксперт. По итогам этих выборов ни одна из региональных стран, возможно, за исключением Пакистана не попытается собрать в парламенте группу своих сторонников из числа афганских политиков. Иное дело – предстоящие выборы президента.

"Думаю, что на этот раз "региональные кандидаты" на президентских выборах появятся, и их новизна будет в том, что кроме "американских кандидатов", как было ранее, будет кандидат, рассчитывающий на поддержку некоторых региональных стран", - полагает сотрудник ЦИСА.