В один ряд с известными исследователями Центральной Азии, такими, как Петр Семенов-Тян-Шанский или Николай Пржевальский, можно поставить и Бронислава Громбчевского. Сведения, которые он в свое время предоставил российскому императору, были настолько важны, что государь спешно покинул бал, который давали в Зимнем дворце в честь дня рождения его супруги.
Миссия выполнима
После присоединения Туркестана к Российской империи правительство последней наравне с охраной рубежей стало уделять большое внимание исследованию края. Для этого в регион направили несколько групп ученых. В их состав вошли представители министерства обороны России, Русского географического общества, а также Академии наук. Особый интерес к их работе был и у самого самодержца Николая II.
Одну из экспедиций возглавлял генерал Бронислав Громбчевский. Сначала он прибыл в регион в составе 14-го Туркестанского линейного батальона и даже принимал участие в так называемом Алайском походе под руководством "белого генерала" Михаила Скобелева. После Громбчевский сменил военную миссию на исследовательскую. Он исходил Памир вдоль и поперек. Однажды с небольшой группой казаков неожиданно для британцев появился у границ Индии. Англичане были настолько возмущены, что потребовали у царской администрации объяснений. Им хотелось знать, чем занимаются российские офицеры рядом с подконтрольной Британии территорией.
Между тем сведения, полученные во время этого похода, оказались настолько важны, что по окончании экспедиции Николай II приказал, чтобы о результатах исследований доложил ему лично Бронислав Громбчевский. Причем привести исследователя пред государевы очи было велено в любое время. Приказ восприняли буквально. О прибытии Громбчевского царю доложили во время бала, который давали в честь дня рождения императрицы. Самодержец оставил супругу и спешно покинул торжество, чем озадачил присутствующих на балу дипломатов, аккредитованных при царском дворе.
Секретная карта
Известно, что Громбчевский лично передал Николаю некую секретную карту, которую последний хранил в сейфе и никому не показывал. Какие отметки там были нанесены, так и осталось загадкой.
"В 1889-1890 годах во главе двух экспедиций Российского Императорского Географического общества Громбчевский побывал в малоизвестных странах Средней Азии и Центральной Азии, на Памире, где изучал природу, социально-экономические условия, общественный строй, собрал географические, зоологические, историко-этнографические коллекции, лингвистический материал, - пишет в своих исследованиях историк Софья Нурматова. - Главный штаб Военного министерства письмом от 26 апреля 1891 года сообщал в штаб Ферганской области: "Бронислав Громбчевский с разрешения военного министра был уволен в отпуск за границу на 2 месяца для поправления здоровья. Отпуском, однако, он не воспользовался, так как до сего времени задержан в Петербурге для представления Государю Императору альбома привезенных им фотографических снимков. Его Величество изволил изъявить желание, чтобы альбом этот был поднесен лично подполковником Громбчевским".
Позже Громбчевский отправился в Кашгарию, где ему как представителю пограничной комиссии представилась возможность осмотреть горные районы и описать более десятка перевалов на восточных окраинах Алая и Алайку, а также совершить поход по югу Кашгарии до Хотана. Через год с такой же миссией он отправился на Средний Нарын и Суусамыр.
Британцы опасались, что россияне смогут найти короткий путь через горы в Индию, и всячески препятствовали исследовательской деятельности. Против Громбчевского даже сфабриковали дело, согласно которому он якобы передал секретные сведения агенту британской разведки. Русского генерала едва не обвинили в шпионаже.
Сердце генерала
В одном из горных селений Громбчевский повстречал девушку, которая навсегда поселилась в сердце русского генерала. Но так как Бронислав Людвигович был женат, свою страсть он старался держать в тайне. Тем более, что имелось строжайшее предписание начальства в амурные связи с местными женщинами не вступать.
Но, как говорится, шила в мешке не утаишь. В 1879 от тайной связи русского генерала и киргизской красавицы на свет появилась девочка. По христианскому обычаю ее окрестили, дав имя Мария. После смерти возлюбленной в 1886 году Громбчевский отправил дочь в Санкт-Петербург, где она впоследствии стала воспитанницей Смольного института под именем княжна Мария-Шарафат Касымовская. О ней известно, что после смерти отца 27 февраля 1926 года она переехала жить в Рим, где и скончалась в мае 1950 года.
Кстати
Великая Октябрьская социалистическая революция застала Громбчевского в очередной экспедиции. Не разделяя политических взглядов большевиков, генерал принял решение уехать на историческую родину.
Любимый Ош
Второй любовью генерала Бронислава Громбчевского стал Ош, в котором в 1892 году он становится градоначальником. Древний город в то время был главным населенным пунктом, связывающим поселки, разбросанные на огромной территории. Понимая, насколько стратегически важно расположение Оша, а также то, что именно здесь начинаются многие караванные пути на Памир, Громбчевский предложил, а затем и принял участие в проектировании Памирского тракта. Дорогу строили саперные части, которыми руководил сам Громбчевский. Позднее она получила название Старый Памирский тракт.
Позже, летом 1903 года, офицер русской армии, военный географ Николай Корженевский, поднявшись на перевал Талдык в Киргизии, обнаружил памятный столб с именами людей, принимавших участие в проектировании и прокладке колесной дороги по Гиссаро-Алаю в "русском" Туркестане. В этом списке было и имя Бронислава Громбчевского.
В советское время по Памирскому тракту доставляли продукты питания, боеприпасы для пограничных частей. Специально для этой цели в Оше располагался военный автомобильный 3333-й батальон. На современных картах тракт входит в состав автомагистрали М41.
Много внимания и сил Громбчевский отдал благоустройству города Оша. В архивах сохранилось письмо, датированное 26 ноября 1894 года, в котором он обращается к военному губернатору Ферганской области с просьбой выделить средства на ремонт дорог в городе, "так как те пришли в удручающее состояние, в связи с чем стали часто опрокидываться почтовые кареты".
Жители Оша приходили к Громбчевскому с разными вопросами, и он разрешал как соседские споры, так и более глобальные вопросы. В том числе столь важную задачу, как медицинское обеспечение жителей высокогорья.
Позже генерал напишет несколько больших научных трудов об истории, традициях и обычаях народов, населяющих Среднюю Азию и Памир.
Из ответа Губернатора Ферганской области
"Из ошских сумм расход 2531 рубля, из коих 1100 рублей направить на расширение улиц в туземной части Оша, 500 рублей на капремонт и шоссировку улицы в русской части города, 36 рублей на устройство 3-х зонтов для дежурных полицейских и 895 рублей - на благоустройство христианского кладбища".
