Договариваться с греками никто не собирался. Им просто продиктовали ультиматум. А пять миллиардов людей получили наглядный урок на тему "что такое буржуазная демократия"

Эти фантазии, нигде и никогда не подтвержденные на практике, успешно продержались на плаву почти полвека – главным образом за счет кризиса советской модели, – и оказали влияние на массовые социальные движения, порожденные глобальным экономическим кризисом 2008 года. Мы видели стремительные взлеты и столь же молниеносные падения "ассамблей" в Европе, "оккуппаев" в Америке, "тахриров" в арабских странах. Все эти выступления оказались в итоге не только безрезультатны, но, более того – в некоторых случаях они способствовали укреплению ультраправых и реакционных сил.

Не меньше несбыточных надежд внушали и электоральные успехи "левых" политиков. Кто не помнит недавние успехи Лулы да Силва и Димы Русофф в Бразилии – "победы левых", обернувшиеся спустя несколько лет массовыми социальными протестами и всеобщим разочарованием избирателей? (В других странах Латинской Америки – Венесуэле и Эквадоре – умеренные левые взяли и удержали власть не столько электоральным путем, сколько путем силовой борьбы, которая стоила множества жертв). Чем закончилось возвращение к власти коммунистов Молдовы? И, наконец, триумф и крах СИРИЗА, похоже, поставил жирную точку в затянувших парламентских иллюзиях.

Удивительно, но даже такой авторитетный автор как Борис Кагарлицкий объяснил эту катастрофу с помощью стереотипных выводов – "была революционная ситуация, и партия была, и верхи не могли, а низы не хотели, но вот как всегда, вмешался "субъективный фактор" – руководство подкачало", а Ципрас и компания, проявили себя "трусами и предателями". Позвольте же мне в данном случае выступить в качестве "адвоката дьявола", и написать пару фраз в защиту Ципраса и его соратников.

Проблема заключается не в руководстве СИРИЗА, а в принципиальной невозможности выиграть у системы при условии соблюдений правил буржуазной демократии. Представьте себе, что вы лидер социал-демократической или даже коммунистической партии, пришедшей к власти на парламентских выборах, убежденный демократ и антиавторитарий. Устроившись в мягком кресле, вы только-только собираетесь причинять справедливость, как внезапно начинает звонить телефон, из которого звучат голоса: "a как насчет соглашений с партнерами по коалиции?", "конституция не предполагает вмешательство правительства в действия центробанка", "данные действия идут в разрез с нашими обязательствами, взятыми при вступление в ВТО", "союз предпринимателей на проводе…".

Разумеется, как демократ с большим опытом парламентской работы, вы с уважением относитесь к конституции, международным договорам и обязательствам перед союзом предпринимателей, и спустя ста дней нахождения у власти внезапно находите, что единственный прогрессивный шаг, который вы можете сделать, это проведение национализации заброшенной трамвайной ветки, от которой по причине убыточности хотят избавиться ее владельцы.

Но предположим, что в стране сложилась предреволюционная ситуация. В парламенте у вас абсолютное большинство, союз предпринимателей интересуется только выводом капиталов, а народ даже готов на расставание с ВТО. Вы готовитесь к радикальным преобразованиям – заморозить приватизацию на полгода, повысить пенсии на целых полпроцента и легализовать трансгендерные браки – но тут вас вызывают на ковер к президенту Обаме, к канцлеру Меркель, в МВФ или в Еврокомиссарит, где следует нравоучительная беседа в духе диалога канцлера Германии с президентом Чехословакии Эмилем Гахой. Мировые лидеры и представители международных финансовых кругов доводят до вашего сведения, что либо вы будете следовать курсу своих предшественников, либо экономика вашей страны "будет вопить от боли".

По пути домой, вы предаетесь незамысловатым печальным размышлениям. Промышленный потенциал вашей страны полностью уничтожен предшествующими "эффективными реформами". Финансовый сектор находится под контролем американских, европейских или японских банков. Рейтинговые агентства уже начали присваивать вашей экономике категорию ССС-, госдепартамент США внезапно обеспокоился коррупцией на вашей таможне, а оппозиция собирает на площадях митинги под лозунгом "Сталинизм не пройдет!". Все вместе это грозит экономическим крахом и неизбежным приход к власти правых в самом ближайшем будущем.

Приехав из аэропорта, вы собираете кабинет и в слезах сообщаете товарищам по партии, что после тщательного осмысления ситуации, пришли к выводу о бессмысленности сопротивления и о необходимости суровых рыночных реформ, список которых готовят сейчас в МВФ.

Шок. Занавес.

Из вышеприведенной зарисовки нетрудно понять, что у Ципраса не было пространства для маневра. Возможно, он сделал все что мог – начал переговоры, пытался выиграть отсрочку и выторговать небольшие уступки. Но, на его беду, договариваться с греками никто не собирался. Им просто продиктовали ультиматум. А пять миллиардов людей получили наглядный урок на тему "что такое буржуазная демократия".

Они увидели, как никем не избранная финансовая олигархия диктует свою волю "демократическому" правительству. А получившие миллионы голосов депутаты совершенно неподотчетны своему электорату. Можно ли вообще называть эту систему "демократией", или речь идет об откровенном переходе к прямой диктатуре банкиров и ТНК?

"Политический реализм" и "демократизм" Ципраса сыграл с ним дурную шутку. Он не понял или не захотел понять, что в случае Греции "буржуазная демократия" изжила себя, и из ситуации можно выйти только революционным путем. В этом и заключается его историческая вина. Болезнь оказалось слишком запущенной, и время для пилюль прошло. Настала пора браться за скальпель.

С Меркель, мнящей себя новой Маргарет Тетчер и сворой евробанкиров невозможно договориться. Эти люди понимают только силу. Передача власти системе Советов, национализация банков и собственности ТНК, демократизация корпоративных СМИ, разгром ультраправых, экспорт революции в соседние страны – вот прочная основа для "диалога" с бандой именующей себя "мировым сообществом". Да, операция может оказаться неудачной, но Греции уже нечего терять. В конце концов, стыдно не проиграть революцию – стыдно именовать себя "левым" и проводить политику в угоду капиталу.

Артем Кирпиченок