Пол Кокрейн (ПК): Что вы делали в Венесуэле, как долго там пробыли и где побывали?
Алан Женью (АЖ): Мы отправились в июне 2018 года на месяц снимать документальный фильм, я не могу раскрыть, на каком он выйдет канале, но скоро он выйдет. Мы посетили столицу Каракас, Мериду (в Андах), Куману (на побережье) и Сьюдад-Гуаяну (вблизи устья Ориноко).
ПК: Пребывание в Венесуэле сравнимо с тем, что вы видели в западных СМИ?
Кароина Гратерол (КГ): Я журналистка, у меня в Венесуэле семья, и знаю, что реальность очень отличалась от того, что показывали СМИ, но всё же я была удивлена. Первое, что мы отметили, это отсутствие нищеты. Алан на улицах хотел снять бездомных и нищих. Этим утром в Лондоне я видела троих, спящих на улице, но в Венесуэле мы таких найти не смогли, ни в больших городах, ни в маленьких. Мы хотели взять у них интервью, но не смогли их найти. Это из-за многопрофильных программ, проводимых правительством, причём социальные службы работают над тем, чтобы детей на улицах не было, или возвращают их в семьи. Программа проводится уже долгое время, но я не осознавала, насколько она эффективна.
ПК: Алан, а вы были удивлены?
АЖ: Нам надо быть реалистами. Всё выглядит изношенным и потёртым. Продовольствие есть, есть частные рестораны и кафе, они открыты, и вы можете заметить следы экономического кризиса, но бедность отнюдь не такая, как я наблюдал в Бразилии или Колумбии, где на улицах масса детей. Венесуэла, по-видимому, не имеет проблемы бездомности, в фавелах есть водопровод и электричество. Крайняя нужда выглядит не настолько плохо, как в других южно-американских странах. До моего приезда люди говорили, что мне следует опасаться преступности, но мы работали с дамой из Эквадора, и она сказала, что Венесуэлу проще сравнивать с её страной, где у кофеен стоят охранники с автоматами. Они ещё сказали, что множество венесуэльских преступников покинули страну, поскольку грабить почти нечего, им лучше в Аргентине, Чили или ещё где.
ПК: Как санкции США повлияли на венесуэльцев?
КГ: Продовольствие дорого, но люди покупают вещи, пусть даже за десять своих зарплат. Из-за инфляции приходится делать массу платежей по картам, поскольку невозможно провести такую крупную транзакцию за один раз. Правительство создало систему Местных комитетов по продовольствию и товарам (она известна под испанским акронимом CLAP), по которой людям распределяют продукты, 6 миллионам семей каждый месяц по коробке с продуктами. Идея правительства состояла в том, чтобы обойти частные торговые сети, избежать затоваривания и дефицита. Наша помощница была из района со средним достатком в Каракасе, и она там единственная чавистка, но люди собрались и создали систему CLAP, причём в наборе 19 товаров. Если у вас нет большой зарплаты или денег извне, то вам приходится использовать другие способы прокормиться. Кладовки у людей полны, поскольку они начали закупать товары на крайний случай. Люди теряют вес, я отметила, что многие взрослые скинули от 10 до 15 кг. Прошлый раз, когда я была в Венесуэле три года назад, я видела много страдающих ожирением из-за чрезмерного потребления пищи, как и в США, но на этот раз люди были в хорошей форме, и никто не умирает от голода или плохого питания.
ПК: Так что же едят венесуэльцы?
КГ: Вегетарианская диета. Люди приносили извинения зато, что не могли накормить нас мясом, вместо него овощи, чечевица и чёрные бобы. Так что все вынуждены придерживаться вегетарианства, и, возможно, основные жалобы были на то, что люди не могут есть мясо, как они привыкли ранее. Ситуация не настолько серьёзна. До того, как к власти пришёл Уго Чавес, в Венесуэле из 80% бедных 40% были в крайней нищете, но показатель упал до 27%, а перед кризисом было всего 6-7% пребывали в крайней бедности. Все получают помощь от правительства.
ПК: Так основная озабоченность — продовольствие?
КГ: Настоящая атака на экономику пришлась на продовольствие. Когда у вас гиперинфляция, всё подскакивает в цене, но продовольствие стало основным пунктом расходов, поскольку это переменная величина, растущая в цене просто запредельно. Счета за воду, электричество, проезд на общественном транспорте настолько не растут и составляют небольшой процент расходов семьи. Это потому, что деформация в экономике не внутренняя, а вызвана внешними факторами, иначе всё бы росло в цене без исключения.
ПК: Алан, ты сбросил вес, пока был в Венесуэле?
АЖ: Нет! Что меня удивило, так это сколько людей выращивают собственные овощи. Это немного похоже на Россию, где у всех есть дачи. Венесуэла находится в тропиках, поэтому выращивать легко. Манговые деревья повсюду, так что можно взять манго, когда захочешь.
ПК: Так что, кризис, о котором мы каждый день читаем, случился из-за американских санкций?
КГ: Санкции повлияли на страну. Я хочу быть справедливой. Я думаю, правительство медлило воздействовать на то, в каком направлении толкали страну. Вероятно, было не лучшей мыслью выплатить за прошедшие пять лет $70 миллиардов внешнего долга. По моему мнению, Мадуро решил отдать внешний долг, считая, что выполнять свои обязательства — это правильно, но в то же время эта экономическая война началась и внутри и как внешняя, что заблокировало международные займы.
Правительству следовало предпринять шаги и против Колумбии за то, что позволила расположить более сотни обменных пунктов на границе с Венесуэлой. Эти обменные пункты разъедали валюту, поскольку использовались различные курсы обмена, что повлияло на девальвацию боливара. Я думаю, им следовало осудить правительство Сантоса. Если Колумбия говорит, что венесуэльская нефть, пересекающая её границу, контрабанда, то почему это не относится к валюте? Вспомните, крупнейшая отрасль в Колумбии это производство кокаина — наркотрафик — и он растёт экспоненциально, так что у них излишки американских долларов и нужно их отмывать, что иссушало венесуэльскую валюту. Это вызвало гиперинфляцию. К тому же в Майами венесуэльская олигархия 12 лет назад создала веб-сайт под названием DolarToday с целью разрушить экономику Венесуэлы.
ПК: Что ещё вас изумило?
КГ: Люди продолжают улыбаться и шутить об этой ситуации, что для меня просто невероятно. Люди хотят делиться, и мы оказывались в забавных ситуациях, как например, когда ночью у нас сломалась машина.
АЖ: Все говорили, что ночью в Венесуэле не стоит ездить. Мы были уже в дороге и считали, что осталось всего полчаса пути, что могло пойти не так? А затем сгорел трансформатор напряжения зажигания. Я подумал, что вот-вот начнётся мой личный венесуэльский кошмар, застрять посреди неизвестно где ночью на тёмной дороге. Кто там вас найдёт?
КГ: А ещё света не было, поэтому мы воспользовались телефонами, чтобы дать знать грузовикам, что мы тут, на дороге.
АЖ: Мы делали вид, что я глухой, я же не мог сойти за венесуэльца со своим испанским акцентом. Ну вот, останавливается старый-престарый грузовичок, его обитатели выглядели весьма грубовато, но оказались очень милыми и дотащили нас до заправки.
КГ: Я говорила вам, Алан, вы не в Соединённых Штатах, вас не застрелят!
АЖ: Со мной были три женщины, и все при деньгах, я уже думал, ну и ладно, меня застрелят, но всё кончилось хорошо: они забыли, что я глухой.
КГ: Нам предложили переспать в магазине, но мы остались отдыхать в машине, всё устроились очень неплохо.
ПК: А как насчёт отключений электричества, охвативших страну?
КГ: Во время блэкаутов люди рассказывают истории, музицируют или выходят и общаются на улицах. Это был рай, никакого телевидения, смартфонов, просто настоящее человеческое общение. Люди вместе готовили пищу. Днем играли в настольные игры, в домино, дети развлекались. Люди с детьми, возможно, испытывали больший стресс, особенно в высоких домах, ведь если нет электричества, то и воды нет. Вот почему США ударили по электроснабжению, ведь это означало отсутствие воды в Каракасе — городе с 10 миллионами жителей. К счастью вокруг города есть колодцы с чистой водой, так что люди стояли за ней в очередях.
ПК: Так было ли настоящее расхождение между образом Венесуэлы, который создавали, и реальностью?
АЖ: Конечно, там очереди за маслом, но люди не умирают от голода и, как я уже сказал, бедность даже близко не лежала с тем, что есть поблизости, например в Бразилии. Я бы не говорил о жестокой диктатуре, люди открыты и критикуют правительство, США, но и Чавеса, и Мадуро. Партия Социалистический Союз Венесуэлы признала, что они принимали плохие экономические решения. Я думал, всё будет более репрессивно, но этого не было. Люди не боялись высказываться. Я думаю, венесуэльцы в этой ситуации винят больше американцев, чем Мадуро.
ПК: Как вы оцениваете весь февральский шум-гам из-за американской и канадской помощи, которая была заблокирована Венесуэлой?
АЖ: Это был "троянский конь", хороший способ для США влезть в дела, и потому международные агентства не желали принимать участие в этом плане. Вместо этого там появилась китайская и русская помощь.
КГ: Там нет хаоса, который ожидали США и Трамп. (Оппозиционного лидера и самозванного президента) Гуайдо в Венесуэле ненавидят больше всех. Ему пришлось оставаться в роскошном отеле в Ла Мерседес, дорогостоящем районе в Каракасе. Там было электричество, поскольку они были готовы и заранее купили генераторы. Потому-то Гуайдо и поехал туда и занял целый этаж роскошного отеля для себя и своей семьи. Пока люди страдают, Гуайдо примеряет костюмы перед грядущей поездкой в Европу. Это параллельный мир.
ПК: Вы думаете, Гуайдо потерпит неудачу?
Венесуэльцы придумывают столько шуток с его именем, у них есть словечко, похожее на "идиот" на испанском — "гуевон". И посмотрите на демонстрации в Ла Мерседес 12 марта, толпа не митинговала. В стране всё это превращается в анекдот. Чем больше европейцы и американцы делают из него президента, тем более диковинной становится ситуация, поскольку Гуайдо — не президент Венесуэлы! Интересно, что Чавес предсказывал то, что происходит сегодня, он об этом писал, так что люди возвращаются к его работам и снова их перечитывают.
ПК: Существует масса материалов по истории американского империализма в Южной Америке, чтобы можно было делать такие предсказания, к тому же ещё и недавнего о канадцах и их добывающих компаниях в Парагвае, Гондурасе, а теперь и поддержка Гуайдо.
КГ: Именно. Взгляните на Чили в 1973-и, что произошло с сандинистами в Сальвадоре, в Гватемале.
Это хорошо отрепетированная стратегия разрушения экономики, использующая внешнее давление, чтобы поднять цены на продукты и товары. Когда у вас такое происходит, всё взрывается.
* * *Алан Женью— фотожурналист, особое внимание уделяет социально-политическим проблемам и проблемам окружающей среды. Работы Алана печатались в "Нью-Йорк Таймс", CNN Traveller, The Independent, Reuters and World Photography News помимо прочих.
Каролина Гратерол — венесуэльская журналистка, режиссёр и художница. Она работала на BBC World Service (Spanish) and Telesur. Она — постановщик "Писем из Венесуэлы" (2019).
