Думаю, вы согласитесь, что Барак Обама – талантливый оратор. Именно мастерство публичных выступлений помогло ему взобраться на верхнюю ступень карьерной лестницы в политической иерархии США. Но ещё он опытный политик и реалистичный человек. Понимая, что результаты смены политики Администрации США реально начнут ощущаться не ранее, чем через полтора–два года, Барак Обама сразу после завершения победоносных для него выборов резко сменил тональность своих выступлений. Он более не обещает народу скорых чудесных перемен, а говорит, что гражданам США нужно набраться терпения, работать и не торопить события. Традиция вешать избирателям лапшу на уши, вероятно, восходит ещё к древнегреческой демократии. В XIX и XX веках она получила научное развитие в политологии и социологии. Были созданы и развиты изощрённые модели и технологии формирования массового сознания, в частности, выработаны специальные приёмы предвыборной борьбы. С точки зрения психологии некоторые такие приёмы опираются на существование в человеческой психике трёх разных ипостасей личности, которые знаменитый американский психолог, автор трансактного анализа Эрик Берн назвал Ребенком, Взрослым и Родителем. Заметим, что сам Обамовский предвыборный лозунг перемен и обещание таких чудес, как бесплатное медицинское обеспечение для всех нуждающихся, обращены к ипостаси Ребенка избирателя. Среди трёх ипостасей личности именно она наименее критична, наиболее эмоциональна, склонна переключаться на новое, забывая о старом. Именно она верит в сказки и чудеса.
Обращение кандидата в президенты к ипостаси Взрослого избирателей звучало бы примерно так: «Дорогие соотечественники! Надеюсь, вы прекрасно понимаете, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, что за всё нужно платить. Нам нужно восстанавливать конкурентоспособность, выводить финансовую систему и экономику из глубокого кризиса, и потому нам всем придётся затянуть пояса и работать, не покладая рук. Если вы выберете меня президентом, я резко увеличу налоги на частных лиц и компании, сокращу государственные расходы и социальные льготы, на пять лет увеличу пенсионный возраст...». Ясно, что подобное обращение политика к народу, будучи честным и откровенным, увы, не оставляет никаких шансов на поддержку у массового обывателя.
Если бы Барак Обама захотел обратиться к избирателям, апеллируя к ипостаси Родителя, он мог бы составить такую речь: «На протяжении двух последних десятилетий Америка тратила больше, чем зарабатывала, и это по сути аморально. Мы растранжирили национальное богатство. Сегодня мы оказались зависимы от доброй воли иностранцев, в частности, китайцев и русских, финансирующих наш бюджетный дефицит, что для великой державы совершенно недопустимо. Какой пример мы показываем миру? Если вы выберете меня президентом, я восстановлю пошатнувшееся международное доверие к США, обеспечу в обществе нормальный моральный климат, уважение к семье и государственной власти…». Разговоры на темы морали, характерные для ипостаси Родителя, звучат внушительно, но не слишком актуально для массы молодых избирателей, не так ли?
Обратите внимание, что призывы Барака Обамы к американцам, зазвучавшие уже после 4 ноября, рассчитаны на включение у граждан ипостаси Взрослого – реалистичной, логичной, сдержанной, умеющей подсчитывать затраты и прибыли, находить компромиссы, учитывая интересы общества.
Боюсь, однако, что через год–другой, когда Штаты провалятся в ещё более глубокий кризис, таких призывов будет мало. Уверен, что Америку в ходе углубляющегося кризиса ждут смутные времена, нечто наподобие начала 1990-х годов для России, когда мало кто работал, большинство спекулировали на том, что осталось после развала СССР. В ситуации, когда торговые спекуляции оказываются более выгодными, чем работа на предприятиях, ипостась Взрослого выбирает спекуляции. Потому, что она руководствуется категориями выгоды.
Понятно, что всеобщая торговля на рынках не способствует восстановлению национальной экономики. Побудить человека работать больше и при этом получать меньше можно только с опорой на мораль или идеологию, с воззванием к чувствам долга, порядочности и этике. Всё это вполне естественно для внутреннего Родителя. Я хорошо помню, что в смутные 1990-е годы некоторые мои знакомые бедствовали не потому, что не могли прокормиться торговлей, а из чисто идейных соображений. Их ипостась Родителя с пафосом заявляла: «Я – потомственный инженер. Я не опущусь до позорного торгашества!».
И если события пойдут так, как мы предполагаем, Бараку Обаме в один прекрасный день придётся вновь оттачивать ораторский талант, направляя его уже на ипостась Родителя американцев. Упорно не желающим работать чернокожим согражданам он, вероятно, скажет: «И не стыдно вам, бездельникам в третьем поколении?!». Иван Рогожкин
06/11/2008 | 
