СТРАСБУРГ — Миру пора признать, что после почти двадцати лет существования в качестве несостоявшегося государства раздираемое гражданской войной Сомали в том виде, в котором он есть сейчас, ремонту не подлежит.

Однако в некоторых частях страны можно встретить, по крайней мере, базовые стандарты управления. Самый северный регион Сомалиленд, стратегически выходящий на Красное море и населенный примерно 3,5 млн. из 10 млн. жителей всего Сомали, является более или менее автономным и стабильным. Но эта стабильность подпитывает опасения, что жители Сомалиленда возобновят Декларацию независимости, принятую ими в 1991 году.

В конце сентября Сомалиленд проведет свои третьи президентские выборы, предыдущие двое выборов были открытыми и соревновательными. В отличие от многих развивающихся стран регион будет приветствовать иностранных наблюдателей для надзора за выборами, хотя, к сожалению, большинство западных стран и учреждений будут оставаться в стороне, чтобы их присутствие не могло быть рассмотрено как узаконивание де-факто правительства Сомалиленда.

Но стратегическая позиция Сомалиленда вблизи крупных мировых нефтетранспортных маршрутов, в настоящее время страдающих от пиратства, и хаос на юге страны означают, что такую независимость нельзя больше упускать из-под контроля. Действительно, в рамках ЕС после ознакомительной миссии в 2007 году формируется консенсус, что Африканский союз должен первым признать независимость Сомалиленда. Доклад 2005 года Патрика Мазимхака, бывшего заместителя председателя АС, дает некоторый простор для этого, поскольку Мазимхака отметил, что союз между Сомалилендом и Сомали в 1960 году после ухода колониальных держав (Великобритания и Италия) формально не был ратифицирован.

Эфиопия с учетом ее обеспокоенности по поводу джихадистских беспорядков на территории Сомали является очевидным кандидатом для инициирования признания. Кроме того, не имеющая выхода к морю Эфиопия широко использует порт Сомалиленда Бербера. Однако Эфиопия может сомневаться из-за своих опасений, что официальное признание независимости Сомалиленда могло бы подорвать хрупкое поддерживаемое Западом сомалийское Переходное федеральное правительство. Но поскольку новый президент Сомали Шейх Шариф Шейх Ахмед является бывшим главой исламских судов, Эфиопия, возможно, предпочтет текущий статус-кво Сомалиленда мечтам о стабилизации обстановки в Сомали.

Ключевым региональным препятствием для признания является Саудовская Аравия, которая не только выражает недовольство светской демократической моделью, продвигаемой Сомалилендом, но и является сильным союзником Сомали, которое является членом Лиги арабских государств (несмотря на то, что само не является арабским) и Организации исламской конференции. Саудовская Аравия финансово и политически поддерживает Переходное федеральное правительство. Саудовское давление на Сомалиленд варьировалось от запрещения импорта скота между 1996-2006 годами до угроз не признавать паспорта паломников из Сомалиленда, совершающих хадж.

На голосовании в конце сентября жители Сомалиленда не будут открыто принимать решение о выходе, но своей твердой попыткой государственного строительства лишь усилят свои претензии на независимость. Итак, спустя два года после провозглашения независимости Косово и спустя год, как русские войска вырвали Абхазию и Южную Осетию у Грузии, для дипломатов и государственных деятелей настало время предоставить некоторые рекомендации относительно того, когда и при каких обстоятельствах вероятное отделение становится приемлемым.

Имеет ли самопровозглашенная где-либо группа право объявить независимость? Если да, то самая богатая часть любой страны может решить жить отдельно, таким образом, разорив своих сограждан. Даже если исключить жадность в качестве приемлемого мотива в пользу традиционного этнокультурного национализма, обилие мелких племенных государств, возможно, сделает мир гораздо более нестабильным.

Кроме того, захочет ли кто-либо, например, увидеть Китай, вернувшийся в годы кровавых военных конфликтов начала ХХ века? Невероятно. Таким образом, необходимы четкие принципы, поскольку ни самоопределение, ни нерушимость национальных границ не могут в каждом случае рассматриваться в качестве чего-то незыблемого.

Поэтому позвольте мне попытаться кратко изложить некоторые основные принципы:

- Никакая внешняя сила не должна ни поощрять, ни препятствовать отделению, а барьеры для признания отделения должны быть высокими. Отделение само по себе ни хорошо, ни плохо: как развод, который может сделать людей более или менее удовлетворенными.

- Декларация о независимости должна признаваться только тогда, когда абсолютное большинство (гораздо больше, чем 50% плюс один голос) избирателей свободно ее выбрали, в идеале — на беспристрастном референдуме.

- Новое государство должно гарантировать, что к любым меньшинствам, которые окажутся в его границах (скажем, русские в странах Балтии или сербы в Косово), будут прилично относиться.

- Сепаратисты должны иметь обоснованные претензии, что они являются национальной группой, которая, желательно, в прошлом обладала стабильным самоуправлением на территории, на которую претендует. Государства не должны базироваться на этническом признаке; немногие являются таковыми полностью. Но большинство стран объединяет язык, общая история угнетения или какие-либо другие исторические обстоятельства.

По этим, заведомо субъективным мерками Сомалиленд квалифицируется как государство. Прежде чем соединить свою судьбу с бывшим итальянским югом, решение, о котором народ Сомалиленда сожалеет до сих пор, оно было кратко независимым (в течение пяти дней) в 1960 году после ухода британцев. В этот краткий период времени 35 стран, включая Египет, Израиль и пять постоянных членов Совета Безопасности, дипломатически признали Сомалиленд. (Интересно, что первым это сделал Израиль).

Если приближающиеся многопартийные выборы Сомалиленда являются обоснованно честными и открытыми, внешний мир, включая Африканский союз и Организацию Объединенных Наций, должен будет пересмотреть его статус, который был наспех принят после падения режима Сиада Барре в 1991 году. Все три партии Сомалиленда, борющиеся на предстоящих выборах, непреклонны в желании признания независимости региона, что было подтверждено подавляющим большинством на референдуме в 2001 году. Так что нет никакого сомнения в том, что ни один из кланов или фракций не навязывает другим независимость.

Учитывая заинтересованность всех великих мировых держав в стабилизации Африканского Рога, существует, как представляется, движение в сторону принятия претензий Сомалиленда. Независимый Сомалиленд может быть силой для обеспечения стабильности и хорошего управления в другом случае безнадежного региона. Таким образом, миру, возможно, скоро предстоит проверить, имеют ли спорные принципы, которые он применил в Косово, такое же значение в Африке.

Чарльз Таннок – представитель Комитета Иностранных Дел Европарламента для европейских консерваторов и группы реформистов.

Авторское право: Project Syndicate, 2009.