Дмитрий МИНИН

И чем же всё-таки одна из наиболее демократичных стран Ближнего Востока – Сирия так насолила некоторым своим соседям и неистовым борцам за демократию на Западе? Иррациональность и беспринципность подходов западных держав к сирийскому кризису, когда тех, кого в Европе причисляют к террористам, применительно к Сирии объявляют "борцами за свободу", станет понятнее, если принять во внимание экономическое измерение сирийской трагедии. Есть все основания полагать, что, способствуя разрушению своих же культурно-исторических корней в Сирии, Европа борется, прежде всего, за энергоресурсы. При этом особую роль играет выходящий на место главного топлива XXI века природный газ. Геополитические проблемы, связанные с его добычей, транспортировкой и использованием, пожалуй, как ни одна другая тема, находятся в поле зрения западных стратегов. 

По меткому выражению Ф. Уильяма Энгдаля, "природный газ является легко воспламеняющимся ингредиентом, который подпитывает эту безумную схватку за энергоресурсы в регионе". Битва идет за то, пойдут ли трубопроводы в направлении Европы по географическим параллелям, из Ирана и Ирака на средиземноморское побережье Сирии, или же возобладает меридиальное направление за счёт поставок из Катара и Саудовской Аравии через Сирию и Турцию. Понимая, что буксующий Nabucco, как и весь Южный коридор, обеспеченные запасами одного лишь Азербайджана, никак не смогут уравновесить российские поставки в Европу или сорвать строительство "Южного потока", на Западе торопятся заместить их ресурсами стран Персидского залива. Сирия оказывается ключевым звеном на этом пути, и она склоняется в пользу Ирана и России, а потому режим в ней, решили в западных столицах, следует изменить. Борьба за "демократию" - это ложный флаг, выброшенный для прикрытия совершенно иных целей.

Нетрудно заметить, что мятеж в Сирии стал разрастаться два года назад почти синхронно с подписанием 25 июня 2011 года в Бушере меморандума о строительстве нового газопровода Иран – Ирак - Сирия… Его длина должна составить 1500 км от Ассалуэха на крупнейшем в мире газовом месторождении Северный купол - Южный Парс (поделено между Катаром и Ираном) до Дамаска. По территории Ирана протяженность газопровода составит 225 км, Ирака - около 500 км, Сирии - 500-700 км. Впоследствии возможно его продление по дну Средиземного моря в Грецию. Рассматривается также вариант поставок сжиженного газа в Европу через сирийские средиземноморские порты. Размер инвестиционных вложений в проект составит 10 миллиардов долларов. (1) 

Этот трубопровод, получивший название "Исламская магистраль", должен был войти в строй в период между 2014 и 2016 годами. Его проектная мощность – 110 млн. кубических метров газа в сутки (40 млрд. кубометров в год). О своих потребностях в иранском газе уже заявили Ирак (25-30 млн. кубометров в сутки), Сирия (20-25 млн. кубометров) и Ливан (5—7 млн. кубометров до 2020 года). Некоторое количество газа будет поставляться через арабскую газотранспортную систему в Иорданию. Эксперты полагают, что этот проект мог бы стать альтернативой продвигаемому Евросоюзом газопроводу Nabucco (планируемая мощность 30 млрд. кубометров газа в год), который не имеет достаточной сырьевой базы. Nabucco хотели проложить из Ирака, Азербайджана и Туркмении через территорию Турции. Первоначально Иран также рассматривался в качестве ресурсной базы, но позднее был исключен из проекта. После подписания меморандума по "Исламской магистрали" глава государственной иранской газовой компании NIGC Джавад Оджи заявил, что Южный Парс с извлекаемыми запасами в 16 трлн. куб. м газа – это "надежный источник поставок, что является необходимым условием строительства газопровода — условием, которого нет у Nabucco". Легко заметить, что для Европы из этого трубопровода остается примерно 20 млрд. кубометров в год, что составило бы конкуренцию 30-миллиардному Nabucco, но вряд ли более мощному 63-миллиардному "Южному потоку".

Сирии появление иранского газопровода было бы крайне выгодно. Европе от него тоже хуже бы не стало, однако кому-то на Западе он явно помешал. Не были им довольны и союзные Западу поставщики газа в Персидском заливе, а также претендующая на роль мирового транзитёра №1 Турция, поскольку они остались бы в этом случае не у дел. Сложившийся между ними новый "нечестивый альянс" без тени смущения объявил своей целью "защиту демократических ценностей" на Ближнем Востоке, хотя по логике вещей для ее реализации США и их союзникам начать следовало бы с собственных сомнительных в этом отношении партнеров из числа монархий Персидского залива, вовлеченных в коалицию против Сирии.

Суннитские державы также смотрят на "Исламскую магистраль" под углом зрения межконфессиональных противоречий, рассматривая ее как "шиитский газопровод из шиитского Ирана через территорию Ирака с шиитским большинством и по территории дружественной к шиитам Сирии алавита Аль-Асада". Как пишет известный исследователь энергетических проблем Ф. Уильям Энгдаль, эта геополитическая драма усиливается тем, что газовое месторождение "Южный Парс" находится точно на границе в Персидском заливе между шиитским Ираном и суннитским Катаром. При этом миниатюрный Катар, несопоставимый по мощи с Ираном, активно использует свою связь с военным присутствием США и НАТО в Персидском заливе. На территории Катара находятся командный узел пентагоновского Центрального командования ВС США, штаб-квартиры Главного командования ВВС США, Экспедиционной авиагруппы №83 ВВС Великобритании и 379-го экспедиционного авиакрыла ВВС США. Катар, по мнению Энгдаля, имеет иные планы в отношении своей доли в месторождении "Южный Парс", не стремясь присоединиться к Ирану, Сирии и Ираку для объединения усилий. Он отнюдь не заинтересован в успехе газопровода Иран - Ирак - Сирия, который будет полностью независим от транзитных маршрутов Катара или Турции, ведущих в страны ЕС. В действительности Катар делает всё возможное, чтобы сорвать строительство газопровода, вплоть до вооружения "оппозиционных" бойцов в Сирии, многие из которых прибывают из Саудовской Аравии, Пакистана и Ливии. (2) 

Решимость Катара подпитывается открытием в августе 2011 года сирийскими геологоразведочными компаниями собственной крупной газоносной провинции рядом с ливанской границей, недалеко от арендуемого Россией порта Тартус в сирийской части Средиземного моря и обнаружением значительных месторождений в районе г. Хомс. По предварительным оценкам, эти открытия должны существенно увеличить запасы природного газа в стране, до сих пор исчислявшиеся 284 млрд. кубометров. То, что экспорт сирийского или иранского газа в ЕС мог бы проходить через связанный с Россией порт Тартус, также не устраивает Катар и его западных покровителей. (3)

Арабская газета Al-Akhbar приводит информацию, согласно которой существует одобренный администрацией США план создания нового трубопровода для транспортировки катарского газа в Европу с участием Турции и Израиля. Мощность такого трубопровода не указывается, но предположительно, с учетом ресурсов Персидского залива и Восточного Средиземноморья, она может превысить и "Исламскую магистраль", и Nabucco, бросая прямой вызов российскому "Южному потоку". Основным разработчиком данного проекта является "уполномоченный по газовым вопросам в Леванте", член "Комитета по сирийскому кризису" в США Фредерик Хофф. Этот новый газопровод должен начаться в Катаре, пересечь саудовскую территорию, затем территорию Иордании, обойти стороной шиитский Ирак и достичь Сирии. В районе Хомса трубопровод должен разветвиться в трех направлениях - Латакии на сирийском побережье, Триполи на севере Ливана и Турции. Хомс, где тоже есть запасы углеводородов, является "главным перекрестком проекта", и ничего удивительного, что именно в окрестностях этого города и "ключа" от него – города Эль-Кусейр  ведутся сейчас самые ожесточенные бои. Здесь решается судьба Сирии. Участки сирийской территории, где орудуют отряды мятежников, пользующиеся поддержкой США, Катара и Турции, то есть север, Хомс и окрестности Дамаска, совпадают с маршрутом, по которому газопровод должен пройти к Турции и ливанскому Триполи.

Сравнение карты боевых действий с картой маршрута катарского трубопровода указывает на связь между вооруженной активностью и желанием контролировать эти сирийские территории. Западные союзники Катара стремятся достичь трех целей: "избавиться от российской газовой монополии в Европе; освободить Турцию от ее зависимости от иранского газа; предоставить Израилю возможность экспортировать свой газ в Европу по наземному маршруту и по меньшей стоимости". (4) Как указал аналитик Asia Times Пепе Эскобар, эмир Катара, по-видимому, заключил сделку с "Братьями-мусульманами", по которой он поддерживает их международную экспансию в обмен на пакт о мире внутри Катара. Режим "Братьев-мусульман" в Иордании, а также в Сирии, поддерживаемый Катаром, изменит всю геополитику мирового газового рынка резко - решительно в пользу Катара, во вред России, Сирии, Ирану и Ираку. Это также станет сокрушительным ударом по Китаю. (5) 

Война против Сирии и нацелена на проталкивание этого проекта, а также на срыв газового соглашения между Тегераном, Багдадом и Дамаском. Его реализация из-за военных действий неоднократно приостанавливалась, но в феврале 2013 года Ирак заявил о готовности подписать рамочное соглашение, окончательно узаконивающее строительство газопровода. (6) Примечательно, что после этого на поддержку Б. Асада стали прибывать всё новые группы иракских шиитов, накопивших, по признанию The Washington Post, "немалый боевой опыт" в противостоянии с американцами в своей стране. Вместе с бойцами из ливанской "Хизбаллы" они составляют всё более грозную силу. (7) Ставки в затеянной Западом в Сирии газопроводной "игре на выбывание" возрастают. Отмена Евросоюзом эмбарго на поставки оружия сирийской оппозиции, притом что, по утверждению ВВС, большинство стран-членов ЕС были против этого (8) (ау, демократия!), могут мятежникам уже и не помочь.

Что до цивилизации и справедливости, то коли на кону прибыль, то тут не до сантиментов. Только как бы не просчитаться в нечистоплотной игре, отдающей запахом крови и газа.