Наконец-то русский президент сказал то, что думают многие и в России, и на просвещенном Западе. Замечательное выступление Путина в Мюнхене произвело впечатление разорвавшейся бомбы. Давно никто не задавал американским лидерам вопроса: «Почему при каждом удобном случае нужно бомбить и стрелять?» Давно никто не озвучивал главной проблемы наших дней: «Никто не чувствует себя в безопасности, потому что никто не может укрыться за международным правом как за каменной стеной!» Речь в Мюнхене стала важным событием в первую очередь потому, что протест против американской диктатуры, против американской империи, против однополярного мира созрел. Всем надоел «один центр власти, один центр силы, мир одного хозяина, одного суверена, по словам Путина». В Европе этот протест объединяет как национально мыслящие, так и социально активные слои, то есть и левых, и правых. Можно сказать, что отношение к американской Империи стало главным критерием современности, оттеснившим старые дихотомии. Как описывал Евгений Шварц, лавры победы над нацистским драконом прибрал американский Бургомистр. Выступление российского президента в Мюнхене прозвучало, как голос Ланселота в восстановленном бургомистром драконьем царстве. Гнет американской диктатуры тяжелее всего в заново колонизованных странах Третьего мира. Сотни военных баз, рассеянных по всему миру, новый архипелаг Гулаг с главной зоной в Гуантанамо, авианосцы устрашают туземцев, как некогда канонерки Британской Империи. Вместо демократии, американцы ставят страны перед ультиматумом: выбирайте наших ставленников, или блокада. Эта тактика была применена и против Кубы, и против Беларуси, и против Палестины. Страшная судьба Саддама Хусейна, Милошевича, Нориеги напоминает правителям Третьего мира, что они живут и правят не по мандату небес, но по воле Вашингтона. Но в Европе не намного лучше: пользуясь нехитрыми политическими технологиями, Америка сажает своих квислингов в парламенты и на троны, внедряет свою убогую «единственно верную» неолиберальную идеологию. В Англии таким квислингом стал Блэр, сейчас отвечающий в Скотланд Ярде за взятки, полученные для его избирательной кампании богатым английским сионистом «лордом» Майклом Леви. За эти взятки он послал английских солдат в Басру и Кандагар, в суровые, нежные лапы муджахедов. Про-оккупационные, про-атлантические СМИ Англии и Европы призывают к вечной дружбе с Соединенными Штатами, отводя России роль истопника в общем доме. Но в английском народе, голосом которого стали многочисленные интернетные блоги, растет восхищение Владимиром Путиным. Победа английского независимого парламентария Галлоуэя – это залог того, что и Англию еще рано списывать. Активная борьба между поборниками американской идеологии и независимыми европейцами вспыхнула в последнее время во всех странах Западной Европы. Если во Франции, Бельгии, Австрии многие анти-американские силы действуют под правым националистическим знаменем Ле Пена или Хайдера, это вовсе не означает, что эти народы (или даже эти партии) склоняются к расизму и фашизму. Просто эти партии были наименее инфильтрированы про-атлантическими агентами влияния. Они, как и европейские левые силы и коммунисты, тоже стремятся к независимости Европы. Но и в США мыcли Путина вполне понятны, и их многие разделяют, в частности и замечательный левый философ Иммануил Валлерштейн, и марксист Джеймс Петрас, и неутомимый Чомски, и правый республиканский политик и комментатор Бьюкенен. То, что мы называем «американским диктатом», они называют «господством финансовой олигархии Нью-Йорка и воинственных неоконов Вашингтона», а народ попроще именует Сионистским Оккупационным Режимом. Если вы возьмете речь американского патриота Бьюкенена, то ее нелегко будет отличить от мюнхенской речи Путина, потому что и американским патриотам не по вкусу неоконсервативная мировая революция. Им хочется сидеть спокойно в своей Америке, торговать с внешним миром, иногда ездить в гости – но не на танке и не на авианосце. Левые демократы так же могли бы подписаться под каждым словом Путина, но они, как и правые изоляционисты, маргинализированы в нынешней тоталитарной Америке. «Что пользы в том, что явных казней нет, Что на колу кровавом, всенародно Мы не поем канонов Иисусу», - могут сказать американцы-против-гегемонии – когда большие деньги стоят за войну, за вмешательство во внутренние дела других стран, за проект full-spectrum dominance – полного и всестороннего господства Америки в мире. Им остается выступать против войны в Ираке или против блокады Газы, изредка наслаждаясь дерзкими речами малайзийского премьера или иранского президента и других оригиналов. Но особенность мюнхенской речи в том, что на этот раз протест был озвучен главой великой державы, в активе которой Достоевский и Сорокин, Тополь-М и Сатана, Газпром и Лукойл, дух, оружие и бабло, вето в Совбезе и миллионы друзей за рубежом. Западным диссидентам, осиротевшим с падением Советского Союза, снова засветила надежда с востока, а новый агрессивный мэйнстрим, сложившийся за годы отсутствия России на мировой арене, ощутил брошенный ему вызов. Сейчас трудно понять, как в свое время мы могли восхищаться американской свободой: все американские газеты, находящиеся в железных когтях всемирного Бургомистра, осудили Путина с единодушием, которого в брежневские годы КГБ не умел добиться в московских редакциях. «Нью-Йорк Таймс», «Лос Анджелес Таймс», «Вашингтон Пост» заговорили о московском правителе с высокомерием и пренебрежением, как охранник из Абу Грейба о пойманном Саддаме Хусейне. Особенно постарался Макс Бут в «Лос Анджелес Таймсе», впрочем, ему трудно угодить. Для Макса Бута, Сталин – «фашист», Ахмединеджад – «Гитлер», а Путин – «рычащая вошь». Видимо, уязвила его речь президента, и не случайно. Макс Бут – ведущий неокон, активный член сионистского лобби, старающийся развязать войну с Ираном. На днях, выступая в еврейской общине Лос Анджелеса, он сорвал аплодисменты, призывая к скорейшей войне против очередного «Гитлера». На страницах «Всемирного еврейского обозрения» Jewish World Review Бут настаивал на эскалации войны в Ираке, а во время неудачной (для Израиля) ливанской кампании он призывал израильтян завоевать Дамаск. По словам Бута, Красная Армия в распоряжении Путина уже не та, что раньше. Нет у нее былых сил, а значит, русскому президенту нужно держать себя поскромнее. Я уже слышал эти речи в 1990 году, когда мы летели на вертолете в Суздаль с Арье Левином, тогдашним израильским послом в СССР. Посмотрев на скромный русский пейзаж, этот аррогантный дипломат, считавший себя скорее наместником, чем посланником, фыркнул: «Эта Верхняя-Вольта-с-ракетами собиралась противостоять Америке!» Левин, как теперь Бут, и прочие люди этого круга повторяют ошибку Гитлера, который был уверен, что «СССР – колосс на глиняных ногах». Конечно, СССР 1941 года был технологически отсталым; только одна телефонная линия и одна железная дорога соединяли Россию и Сибирь, а в Германии уже были аутобаны. Но война окончилась взятием рейхстага, а не падением Кремля. Но слова Бута не следует пропускать мимо ушей. России нужно усиливать свою обороноспособность, поддерживать союзников, крепить дружбу с Ираном и Китаем, а главное – дать россиянам серьезное основание верить в Россию для них, не только для нефтедельцов и банкиров, потому что без солидарности народа ни одна армия не устоит. У России есть свои веские основания для недовольства. Русских развели, как последних лохов, говоря языком пелевинских героев. Красная Армия ушла под обещания, что войска НАТО не войдут даже в Восточную Германию (а генеральный секретарь НАТО г-н Вернер в Брюсселе 17 мая 1990 года сказал: «Сам факт, что мы готовы не размещать войска НАТО за пределами территории ФРГ, дает Советскому Союзу твердые гарантии безопасности»), но сейчас НАТО прочно осело в Прибалтике. Такое нарушение договоренностей не должно сойти без ответа. Путин правильно сделал, что сказал об этом вслух, во весь голос, потому что русские намеки остались не поняты. Восточная Европа, к сожалению, оказалась американским «троянским осликом» - Эстония, Польша и Чехия уже осудили Путина и потребовали ускоренной интеграции в НАТО. Но в Западной Европе ситуация совсем иная. Народы старых европейских государств недовольны и продолжающейся американской оккупацией, и конкуренцией восточных европейцев, и ростом безработицы, вызванной outsourcing – переводом предприятий в страны с дешевой рабочей силой, и крушением системы социальной защиты. Эти народы не заражены ненавистью к России, как ближайшие соседи; и в этой среде слова Путина нашли понимание. Добавим еще, что Путин умеет говорить с народом и с прессой. Он умеет ответить, а это немалое умение. Когда ему напоминали о Политковской, он напоминал о десятках журналистов, убитых американскими войсками в Ираке. Когда ему говорили о правах человека, он вспоминал Гуантанамо. Американские ссылки на «русское вмешательство» в дела Украины после - не вмешательства, но прямой агрессии США в Ираке напомнили мне пушкинские строки: «В чужой пи… соломинку ты видишь, А у себя не видишь и бревна!» Путин умело использовал и свою принадлежность к новой демократической России, не теряя и преемственности, и связи со добрым старым Советским Союзом. Если бы так умели говорить и отвечать последние генсеки, СССР был бы и по сей день с нами. Сейчас вслед за замечательными словами Путина ждут дела, великие дела. |
