Оригинал статьи Light at the end of the Afghan tunnel

М К Бхадракумар

Китайское государственное информационное агентство "Синьхуа" сигнализировало в понедельник в своем заглавном комментарии, что Пекин рассматривает нового главу Талибана – Муллу Ахтара Мансура --- в положительном свете. Характерные особенности комментария под названием “Новый афганский глава Талибана дает надежду на [успех] переговоров под эгидой Пакистана” заключаются в трех взаимосвязанных оценках.

Первое, Мансур сформировался как умеренная и прагматическая фигура, которая одобряет мирные переговоры с афганским правительством; и поэтому с его возвышением в качестве нового Эмира Талибана, межафганские переговоры, которые начались 7 июля, не только продвинутся, но и наберут обороты.

Второе, Кабул также разделяет этот благоприятный взгляд на Мансура как на того, с кем можно поддерживать деловые отношения, и питает надежду, что его лидерство положит начало формальному процессу диалога в поисках урегулирования ситуации.

Третье, самое главное, Пакистан, как ожидается, выступит гарантом того, что мирный процесс не будет сорван из-за смены руководства талибов; иначе говоря, Пакистан окажет влияние на Мансура, чтобы убедиться, что в обозримом времени талибы не покинут стол переговоров.

Чем объясняется этот оптимизм? Понятно, что Пекин поддерживал тесные контакты не только с пакистанской разведкой и афганским правительством, но и имел прямые контакты с талибской Шурой. Мансур является, по-видимому, знакомым лицом для китайских дипломатов.

Интересно, что "Синьхуа" явно намекает на существование общего консенсуса между Пекином, Кабулом и Исламабадом о том, что руководство Мансура является весьма полезным для ускорения мирных переговоров.

Конечно, ни пакистанская, ни китайская разведки никогда не признают роль, если таковая была, которую они — вместе или в тандеме — играли в последние недели и месяцы, чтобы облегчить на прошлой неделе формальное возвышение Мансура в качестве Эмира. Понятно, что была необходима обширная подготовительная работа.

И китайская и пакистанская разведки должны были знать в течение некоторого времени, что Мансур уже де-факто лидер талибов и лишь делал вид, что действует от имени муллы Омара. Мы не знаем, в какой момент они пришли к выводу, что время пришло и больше невозможно поддерживать "миф муллы Омара", особенно, если нужно было подтолкнуть мирные переговоры вперед и договориться о прекращении огня.

"Синьхуа" сообщило, что Мансур был избран Эмиром при поддержки большинства Совета лидеров и религиозных деятелей. Излишне говорить, что поддержка Китая будет полезна пакистанской разведке (Inter-Services Intelligence [ISI]), чтобы блокировать, изолировать и приручить диссидентов.

В любом случае, западный тезис, что Талибан движется к "расколу", кажется надуманным. В конце концов, повстанцам нужны будут убежища, деньги, снабжение, материально-техническая поддержка и иностранные спонсоры.

Даже Мулла Каюм Закир, который содержался в американской тюрьме почти десять лет и в настоящее время восхваляется в западных СМИ как мощный противовес Мансуру, становится уязвимым для согласованного применения суровых мер ISI и будет бороться за свое выживание. Члены его семьи раньше жили в Пешаваре, и когда-то в прошлом году он, очевидно, перевез их в зону племен, которая находятся под контролем Хаккани. Совершенно ясно, что они не смогут избежать длинной руки ISI.

Китайско-пакистанская стратегия будет состоять в том, чтобы препятствовать распространению господства Исламского Государства, которое не только может представить серьезную угрозу региональной безопасности, но также и может быть использовано как алиби для увековечивания американского военного присутствия в Афганистане. Очевидно, открытое американское военное присутствие в Афганистане дало бы Вашингтону предлог вмешиваться в региональные дела и, в частности, мешать китайским инициативам Пояса и Дороги в Средней Азии, Пакистане и Иране.

Очень примечательный недавний визит в Кабул генерала Мартина Демпси, главы Объединенного комитета начальников штабов, повысил вероятность того, что США надеются преобразовать Афганистан в “региональный центр для потенциального доступа к передовому развертыванию американских контртеррористических сил в регионе и также обеспечения основы для усиления региональных партнеров, которые могут быть во главе борьбы с терроризмом”. Демпси визуализировал, что эта борьба с терроризмом будет долгой и может длиться десятилетиями.

Достаточно сказать, что отказ от “мифа Муллы Омара” и замена его согласованным переходом к новому руководству Талибана, которое готово работать для достижения скорого урегулирования в Афганистане, стали высшим приоритетом и для Пакистана и для Китая.

Пакистан в одиночку и самостоятельно не смог бы зайти так далеко с этим актом помазания Мансура в качестве нового Эмира, если учесть тайную поддержку западных разведок, которой обладают противники Мансура (такие как Закир). Но поддержка Китая, вероятно, все изменила. Пакистан может быть уязвим для американского давления, но Пакистан плюс Китай вместе изменяют баланс.

В этих обстоятельствах маловероятно, что американская разведка продолжит поддерживать противников Мансура. Пакистан и Китай гарантируют, что Мансур в качестве Эмира быстро консолидирует талибов независимо от того, как он это сделает, и что он будет в состоянии гарантировать, что мирный процесс получит ускорение в ближайшем будущем.

Проще говоря, начало афганского урегулирования – больше не несбыточная мечта, которой она, казалось, была еще неделю назад.

Поспешная поездка Специального представителя США по Афганистану и Пакистану Даниэля Фельдмана в Равалпинди в пятницу для встречи с генералом пакистанской армии Рахилом Шарифом означает признание Вашингтоном той решающей роли, которую Пакистан будет играть (при полной поддержке Китая). Действительно, Пакистан и Китай захватили власть в "Большой игре".

Демпси попытался сместить акцент к призраку Исламского Государства, преследующего Афганистан. Но с событиями на прошлой неделе акцент сместился туда, где он должен быть, а именно, на мирные переговоры между правительством Афганистана и Талибаном. Пожалуй, борьба против Исламского Государства не может оказаться успешной в отсутствие афганского урегулирования, и Пекин и Исламабад отдают последнему прямой приоритет.

Президент США Барак Обама сталкивается с экзистенциальным выбором. Если он действительно хочет выполнить свое обещание – закончить афганскую войну и вытащить последнего американского спецназовца из Гиндукуша к концу своего президентского срока, окно возможностей для него открыто. Все, что он должен сделать, это поручить Фельдману старательно работать со своими пакистанскими и китайскими коллегами, чтобы выработать соглашение о немедленном прекращении огня в Афганистане и со всей серьезностью начать мирный процесс.

Конечно, это означает, что США должны будут выбросить за борт геополитическую повестку дня, нацеленную на сохранение под любым предлогом открытого военного присутствия в Афганистане для осуществления стратегий сдерживания против России и Китая и удержания Ирана и Пакистана на коротком поводке.

Короче говоря, это означает попросить генерала Демпси отменить боевую готовность и вместо этого готовиться к полному выводу американских войск из Афганистана к концу 2016 года, фактически, именно то, что Обама первоначально обязался сделать.

Перевод специально для сайта "Война и Мир"