Катар, небольшая страна Персидского залива, которая во вторник принимает у себя арабский саммит, стал ключевым региональным игроком благодаря своей поддержке арабских восстаний и маргинализации традиционных тяжеловесов. Но "дипломатия чековой книжки" этого богатого энергетическими ресурсами государства, верного американского союзника, и его поддержка исламистов, которым удалось захватить власть в некоторых странах, переживших Арабскую весну, вызывает критику. Эмир шейх Хамад бин Халифа аль-Тани "одержим стремлением оставить своим наследникам страну, которая будет заметна на мировой карте, хотя всего лишь 20 лет назад была фактически неизвестна," — говорит Оливье Да Лейдж, автор недавно опубликованной французской книги "Qatar: the new masters of the game". "Непропорциональная его размеру и населению значимость Катара объясняется его значительными финансовыми возможностями... и заметным отсутствием исторически сложившихся акторов в арабском мире," — сказал он, имея в виду Египет и, в меньшей степени, Саудовскую Аравию. Население Катара не превышает двух миллионов человек, главным образом иностранных экспатриантов, соблазнившихся возможностями работы в пустынном государстве, которое сидит на третьих в мире по величине запасах природного газа, а также является 13-м в мире по разведанным запасам нефти. Директор Ближневосточного Центра Карнеги Пол Салем утверждал в исследовании, опубликованном в декабре, что в исторической перспективе Катар не является уникальным случаем небольшого государства, ставшего региональной властью, упоминая среди других примеров Венецию. "Но это ставит вопрос о влиянии СМИ и власти денег," — сказал он, имея в виду катарский канал новостей "Аль-Джазира", который сыграл основную роль в освещении восстаний Арабской весны. В Тунисе правящая исламистская партия Ennahda обвиняется в том, что ее финансировала Доха с целью установления исламского государства. "Доха видит в заключении союза с Братьями-Мусульманами способ при помощи дипломатии чековой книжки заложить региональную основу с экономическим и политическим влиянием на Ближнем Востоке и за его пределами," — написал египетский франкоязычный еженедельник Al-Ahram Hebdo в передовице 20 марта. "Массивная финансовая поддержка, оказанная Катаром Египту, включая $5 миллиардов, и обещание инвестировать еще $18 миллиардов в течение пяти лет вызывают опасения, что это может дать небольшому эмирату существенные преимущества в определении и формулировке внутренней и иностранной политики Египта," — пишет еженедельник. Катар пожинает плоды своих отношений с исламистами, которых всегда поддерживал, давая приют их лидерам, когда им грозил преследование и арест в родных странах. Катар — теперь самый сильный союзник новых правительств в Тунисе и Египте. В Ливии Доха была на острие борьбы против режима покойного диктатора Муаммара аль-Каддафи, посылая оружие и боевиков, чтобы поддерживать мятежников, пока катарские военные самолеты под руководством НАТО бомбили армию Каддафи. Вдохновленный падением Каддафи, который был убит мятежниками, Катар потребовал вооружить и финансировать восстание против правительства сирийского президента Башара аль-Ассада. Благодаря своему влиятельному новостному каналу "Аль-Джазира", Катар понял, что "сможет быть ключевым игроком в новом регионе вместо того, чтобы быть защитником агонизирующего старого порядка", — сказал Пол Салем, директор Ближневосточного Центра Карнеги. Однако дипломатическая роль Катара остается, главным образом, нацеленной на "обслуживание политических и экономических интересов самого Катара," - сказал Амэль Бубекер, исследователь в Брукингском институте в Дохе. Перевод специально для сайта "Война и Мир" | 
