Оригинал статьи: When the time comes, who will succeed Iran’s Ayatollah Ali Khamenei?

В тщательно-охраняемом комплексе в самом центре Тегерана, который часто называют просто "Бейт" ("дом"), живет семидесятипятилетний человек лет, чьё пребывание в качестве высшего вождя Ирана закончится только с его смертью. Аятолла Али Хаменеи, некогда революционер, уже почти 25 лет бессменно остается политиком с неограниченными полномочиями. Однако недавние новости об ухудшении здоровья аятоллы вызвали оживлённое обсуждение того, кто же в конечном счёте заменит его и что это будет значить для будущего Ирана.

Хотя тема преемственности и остаётся запретной в стране, все равно придет время, когда политическая траектория Ирана изменится после четверти столетия, на внутреннем и международном уровнях. В сентябре появились фотографии болезненно выглядящего Хаменеи в общественном госпитале Тегерана после операции на простате, что дало ход домыслам о преемнике.

Многие удивляются, почему близкий круг Хаменеи допустил открытые обсуждения его самочувствия, в особенности тогда, когда Иран и Запад ломают копья на важных переговорах по ядерной тематике. Али Ансари из Сент-Эндрюсского университета [старейший университет в Шотландии, третий по древности в Британии - прим.перев.] считает, что фотографии Хаменеи в госпитале были предназначены сигнализировать, что он в форме и здоров.

"Я думаю, это в большей степени объясняется тем фактом, что они обеспокоены", – заявил он "Гардиан". – "Это событие много говорит нам о том общем беспокойстве, которое охватило их по поводу будущего своей политической системы, по поводу того факта, что она настолько зависима от него [Хаменеи] сейчас, что некоторые опасаются, что после расползания слухов о том, что он болен, народ начнет политические манёвры. Это способ задавить в зародыше [волнения], и я думаю, они делали это осознанно".

Сын мусульманского богослова, рождённый во времена династии Пехлеви, Хаменеи возвысился от выпускника духовного училища до верховного вождя Ирана в 1989 году, после смерти Рухоллы Хомейни, отца Исламской революции 1979 года. Сегодня, по словам видного иранского писателя Акбара Ганджи, Хаменеи – "глава иранского государства, главнокомандующий и главный идеолог. Его взгляды – это то, что в конечном счёте преобразуется в политику Ирана".

Хаменеи был назначен на свою новую должность иранским Собранием экспертов, мощным органом духовенства, уполномоченным назначать и смещать верховного вождя. Через два десятилетия после назначения Хаменеи стал настолько могущественным, что роль собрания была сведена до символической, где его члены действуют как энтузиасты, лишённые полномочий по надзору, хотя они и всё ещё избираются общественным голосованием.

Некий аналитик, близко знакомый с политической структурой Ирана, считает, что собрание вернет себе власть в день, когда наступит смерть Хаменеи. "Не стоит ссориться с этим Собранием", – заявил аналитик на условиях анонимности. – "Вечером того дня именно они изберут следующего вождя, иначе будет военный переворот".

В Тегеране Собрание находится в переходном состоянии. Мухаммад-Реза Махдави Кани, который ещё несколько недель назад был председателем этого органа, недавно умер от сердечного приступа и следующие выборы нового состава членов собрания пройдут менее чем через два года. "Что будет происходить после Хаменеи, очень сильно зависит от того, кто будет состоять в Собрании в момент его смерти, и какие силы будут у власти в Тегеране", - говорит аналитик.

Ахмад Джаннати, влиятельный представитель иранского духовенства и близкое доверенное лицо Хаменеи, предупредил в прошлом месяце, что определённые политические группы в Иране уже замыслили достичь большего влияния в следующем составе Собрания экспертов, имея в виду, что критически настроенные к нынешнему правящему классу группы духовенства, надеются войти в новый состав Собрания. "Некие особы питают политические амбиции и вознамерились добиться преимущества в следующем собрании", – заявил он в ходе телевизионного интервью в прошлом месяце. – "У меня нет уверенности, что они добросовестные люди".

Если бы Хаменеи умер завтра, то, по словам Ансари, наследование власти могло бы пойти тремя путями. "Собрание экспертов тут же собирается и устанавливает понятие руководящего совета", – говорит он. – "Другой возможный путь в том, чтобы он оставил нечто вроде завещания и назвал кого-то, кто был бы, как я думаю, представителем его ближайшего круга и продолжил бы его дело. Или это была бы некая персона извне, избранная в традиционном смысле. Последнее – самое проблематичное".

В отсутствие серьёзных политических обсуждений того, кому быть политическим наследником Хаменеи, имена возможных кандидатов обсуждаются втихомолку. Многие видят в этом качестве аятоллу Али Акбара Хашеми Рафсанджани, одного из политических долгожителей Ирана, серьёзного претендента, не смотря на то, что он старше, чем Хаменеи. Восьмидесятилетний Рафсанджани, глава влиятельного в стране Совета по определению политической целесообразности, дважды был президентом Ирана и несколько лет возглавлял Собрание экспертов. Верховный вождь более влиятелен, чем избранный президент Ирана, и имеет последнее слово в вопросах национальной безопасности и важных международных вопросах, равно как и во внутренней политике.

Рафсанджани ушёл с руководящей должности в Собрании экспертов в 2011 году после того, как выяснилось, что между ним и Хаменеи наметилась размолвка по поводу политики тогдашнего президента Махмуда Ахмадинежада. Из-за разногласий с Хаменеи влияние Рафсанджани в последние годы уменьшилось, и двое из его детей были по различным обвинениям брошены в тюрьму, но позже отпущены. Более того, он зарегистрировался для участия в президентских выборах в Иране в 2013 году, однако его кандидатура была отклонена влиятельным советом, близким к Хаменеи, который уполномочен проверять благонадёжность всех кандидатов. Рафсанджани теперь выглядит как деятель, близкий к реформаторам и умеренным.

На слуху и другие имена возможных кандидатов, такие как аятолла Махмуд Хашеми Шахруди — бывший глава судебной власти, аятолла Мухаммад-Таги Мезбах-Йезди — сторонник жёсткой линии, аятолла Джавади-Амоли, видный законник, проживающий в городе Куме [Кум – один из священных городов шиитов – прим.перев.] и аятолла Эбрахим Амини, влиятельное духовное лицо и член Собрания экспертов.

Три наиболее вероятных кандидата, навязываемые в качестве следующего верховного вождя Ирана таковы:

Аятолла Али Акбар Хашеми Рафсанджани: восьмидесятилетний умеренный политик был среди отцов-основателей Исламской республики, и позднее, с 1989 по 1997 годы – её президентом. Он хорошо известен своим прагматизмом и является одним из самых больших долгожителей Ирана. После Исламской революции 1979 года Рафсанджани стал первым председателем парламента страны, эту должность он занимал девять лет. В ходе ирано-иракской войны он был главным представителем в высшем совете обороны тогдашнего верховного вождя аятоллы Рухоллы Хомейни, фактически действуя как верховный главнокомандующий вооружёнными силами Ирана. Когда Хомейни умер в 1989 году, Рафсанджани был орудием назначения аятоллы Али Хаменеи в качестве текущего верховного вождя. В настоящий момент он возглавляет в стране Совет по политической целесообразности, который посредничает между парламентом и влиятельным Корпусом Стражей Исламской Революции.

Аятолла Махмуд Хашеми Шахруди: шестидесятипятилетний великий аятолла с большой поддержкой среди шиитского населения Ирана. Он родился в Неджефе, одном из шиитских городов в соседней с Ираном стране, Ираке, но иммигрировал в Иран после Исламской революции 1979 года, когда Хомейни сместил последнего шаха Ирана, Мухаммада Резу Пехлеви. В Иране Шахруди стал близким союзником Хомейни и вырос до положения главы судебной власти Ирана(1999-2009 годы), одной из трёх ветвей политической власти в стране. В 2011 году Шахруди, по сообщениям СМИ, был назначен Хаменеи посредничать между Махмудом Ахмадинежадом и иранским парламентом (Маджлисом), который был настроен критически к правительству за его обращение с членами парламента. Он также состоит в Корпусе Стражей Исламской Революции и считается при этом сравнительно умеренной фигурой. При Шахруди в судебной власти нарушения прав человека, такие как беззаконные аресты активистов, журналистов и диссидентов, продолжались.

Аятолла Мухаммад-Таги Месбах-Йезди: восьмидесятилетний представитель духовенства, которого часто называют просто – аятолла Мезбах, политик, представляющий собой "сильную руку", который прославился поддержкой бывшего президента Махмуда Ахмадинежада в первые годы его президентства. Его считают одним из самых консервативных духовных лиц страны. Он известен своими критическими взглядами на реформаторское движение Ирана и, в частности, своим противостоянием властям вв времена президентства Мухаммада Хатами. Он состоит в Собрании экспертов Ирана и часто называется возможным кандидатом в верховные лидеры страны со стороны консервативного и фундаменталистского фронта. Мезбах особенно хорошо известен в иранском городе Куме, где располагается множество теологических школ и училищ. Хотя Мезбах и близок к фундаменталистам, его не считают близким союзником Хаменеи. Напротив, оба часто рассматриваются как соперники.