Как отметил сам президент Путин, сотрудничество между тремя странами имеет смысл хотя бы исходя из их географической близости. После их первого трёхстороннего саммита в сентябре 2014-го три лидера встретились снова в июле 2015 года. Министры иностранных дел этих стран в тот же временной промежуток встречались три раза.

На прошлой неделе во время первой китайско-монгольской ярмарки три страны подписали в целом десять трансграничных соглашений о сотрудничестве в туризме, которые были встроены в продолжающиеся усилия создать экономический коридор, связывающий эти три страны.

Экономический коридор, предназначенный для повышения инфраструктурной и торговой интеграции совпадает с индивидуальными политиками всех трёх стран: китайской "Один пояс, одна дорога", российской "Транс-евразийский пояс развития" и монгольской программы "Степные дороги".

Естественно, значение треугольника простирается гораздо глубже чем брак по экономическому расчёту. Пожалуй, главная причина этого треугольника лежит за пределами простой географии — все эти три страны чувствуют солидарность, трансормировавшись из плановых социалистических экономик, и нужны друг другу для усиления голоса развивающихся стран в мире, где они всё чаще принимают на себя тяжёлый груз глобальной ответственности.

Для Монголии установление регулярного официального диалога с двумя его гораздо более мощными соседями увеличивает видимость в азиатской дипломатии и полностью совпадает с амбициозными международными устремлениями президента Цахиагийна Элбэгдоржа. Кроме того, расширение сотрудничества с Россией и Китаем в так называемой "перебалансировке" является разумным тактическим ходом для общего укрепления своей стратегии "третьего соседа". Пройдя в последние годы через существенный экономический спад, Монголии нужна твёрдая экономическая база для реанимации своей гибкости во внешних политических манёврах с другими странами.

И этому Китай и Россия более чем рады поспособствовать. Россия всё чаще смотрит на своих южных партнёров в выстраивании дипломатических альянсов в свете недавнего отчуждения от Запада. Интерес Китая обусловлен отчасти желанием выступать в качестве баланса американским интересам в регионе путём создания собственной геополитической сферы влияния.

Есть также признаки возможного трехстороннего сотрудничества вне плоскости безопасности и экономики. На их первой трёхсторонней встрече президент Китая Си Цзиньпин в добавление к очевидным экономическим механизмам настаивал на большем трёхстороннем сотрудничестве в сфере совместных исследовательских центров, СМИ, защиты окружающей среды и предотвращении катастроф.