Поляки на этой неделе были шокированы сенсационной новостью, которая, несмотря на все усиленные попытки властей обойти ее молчанием, стала достоянием гласности. Оказалось, что польское правительство перешло от военной риторики против России к делу. Оно втайне направило на Украину, в район вооруженного конфликта, польских военных, причем с нарушением польской Конституции. На этот раз речь идет не об инициативе частных лиц — искателей приключений, любителей риска, адреналина и военных эмоций, а о профессионально подготовленном спецподразделении кадровой польской армии.
В прифронтовую зону конфликта в восточной части Украины отправились три боевые группы по шесть человек каждая, в сопровождении офицера военной контрразведки. По вполне понятным соображениям их миссия с самого начала была овеяна атмосферой максимальной секретности, однако теперь известно, что поехали они собственным транспортом (несколькими автомобилями Toyota Hilux), их родственники не имеют с ними никакого контакта, каждый из военнослужащих был вооружен до зубов и получил солидный запас боеприпасов (по две тысячи патронов).
Уже эти факты однозначно свидетельствуют о том, что целью их поездки на Украину была не краеведческая экскурсия по прифронтовым районам и даже не, скажем, миссия по обучению украинских солдат современному военному ремеслу, а перед ними были поставлены чисто боевые задачи.
Какие же задачи в зоне вооруженного конфликта могла бы реализовать сравнительно небольшая группа польских военных? Может быть вообще это истерика из серии "много шума из ничего"? Отнюдь нет, задуматься есть над чем. Направленные на Украину командос — это элита польской армии; они действуют под девизом "Тихие и эффективные" — располагают такими техническими средствами и профессиональной подготовкой, которая позволяет им с успехом выполнять самые рискованные боевые операции. Среди задач, к реализации которых они подготовлены, не только освобождение заложников, но также, в частности, диверсионные акции в тылу противника, десантирование, организация засад и боевые действия в густо застроенной местности. Любопытно, что подразделение разместилось около 80 км от линии фронта; по собщениям одного из источников, в агротуристическом пансионате.
Решение об отправке польских командос на фронт в Донбассе принял польский министр обороны Антоний Мачеревич, причем не особенно считался с субординацией и даже требованиями польского права, в том числе Конституции, по вопросам отправки вооруженных сил за границу. Тем временем процедура принятия таких решений в законодательных актах однозначно описана: постановление об использовании вооруженных сил вне границ Польши принимает президент по инициативе Совета министров или председателя Совета министров (в зависимости от обстоятельств), после чего незамедлительно информирует о своем решении спикеров двух палат польского парламента — Сейма и Сената. Ни такого постановления, ни такой процедуры в этом случае не было.
В Польше Антоний Мачеревич известен своей антироссийской яростью уже не один год. До того, как он стал министром обороны в сформированном почти год назад правительстве, он реализовал свою суперактивность как лидер "смоленской секты" — многочисленного общественного движения, для представителей которого единственно приемлемой версией смоленской катастрофы (10 апреля 2010 года в ней погибла вся официальная польская делегация, состоящая из 96 человек, во главе с тогдашним президентом Лехом Качиньским) был "взрыв и покушение, организованное Кремлем".
Именно он ввел в польский политический обиход формулировку "смоленское злодеяние". Последовательно и решительно в течение последних лет высказывается он о смоленской катастрофе в следующем духе: "Русские при одобрении правительства премьера Туска [от автора: тогдашний премьер-министр Польши, ныне председатель Евросовета] создали пирамиду обмана, сознательно разрушали и прятали обломки самолета, подделывали „черные ящики“, уничтожали другие доказательства. Как назвать ситуацию, когда погибает вся элита, когда народу отрубают голову?! Это объявление войны со стороны России, даже если очередная атака наступит через год, два, пять лет нужно отдавать себе отчет в том, что это объявление войны!".
Многие поляки отчетливо видели, что поиски везде и во всех смертных грехах "руки Путина и Москвы" представляют собой навязчивую идею Мачеревича, поэтому не принимали его деятельность всерьез. Однако шутки кончились, когда Мачеревич стал министром обороны. Тогда многие в Польше сразу же назвали его "министром войны с Россией". Сейчас, как показало самовольное решение министра об отправке польских военных на донецкий фронт, эта шутка максимально приблизилась к действительности: Мачеревич объявил "свою собственную" войну России.
После последнего саммита НАТО, который прошел в начале июля этого года в Варшаве и во время которого Альянс решил на территории Польши, Литвы, Латвии и Эстонии разместить по батальону своих войск, в сумме около четырех тысяч человек, сменяющихся по принципу ротации, польский министр триумфально заявлял: "Наконец-то восточный фланг НАТО защищен!".
Однако, вероятно, даже сам не верил в дежурные заверения лидеров стран НАТО о "трансатлантической солидарности" и "готовности союзников защищать Польшу" — тем более, что размещение даже четырех обещанных "ротационных" батальонов, по последним сообщениям, начинает серьезно буксовать. Не случайно, в экспресс-темпе начал он формировать силы территориальной обороны — систему по сути близкую партизанскому движению, направленную, безусловно, против "агрессивной" России.
К тому же НАТО очень сдержанно подходит к конфликту в Донбассе и еще сдержаннее к вопросу поддержки в этой связи Украины. В частности, не согласилось оно на поставки Киеву вооружения, а помощь ограничилась отправкой небольших групп инструкторов, причем в отдаленные от фронта районы (польские власти, как всегда, рьяно приняли участие в таких миссиях).
Вся эта сдержанность польского "министра войны с Россией" наверняка раздражала. Не решил ли он объявлением "своей собственной войны" России втянуть НАТО в вооруженный конфликт в Донбассе? Это вполне возможный сценарий.
Интересно, чем обернется эта авантюра, если кто-то из польских командос попадет в руки представителей ополчения ДНР. Будет ли он, например, ссылаться на женевскую конвенцию об обращении с военнопленными и требовать соответствующего обращения? Это загадка для специалистов по международному праву.
Но ведь, скорее всего, участник такой секретной миссии будет выступать в мундире без знаков воинского различия. Поэтому подсказываем: если атлетически сложенный, с очевидной военной выправкой пленный будет что-то невнятно бормотать с непонятным акцентом, дело ясное: запрос по этому вопросу нужно направлять в Польшу, в военную часть командосов номер 1401 в Люблинце (небольшой городок на юге Польши). Или напрямую автору этой авантюры, министру обороны Антонию Мачеревичу — адрес даже не нужен: его кабинет находится в здании, расположенном буквально через забор с российским посольством в Варшаве.
Александр Шторм специально для EADaily из Варшавы
