Террористический акт, совершенный 31 октября в Нью-Йорке выходцем из Узбекистана Сайфулло Саиповым, продолжает опасную тенденцию. Все большее число уроженцев постсоветских республик Средней Азии оказывается вовлечено в деятельность экстремистских исламистских групп. В 2017 году три теракта — в Санкт-Петербурге, Стокгольме и Нью-Йорке — были совершены этническими узбеками. Специалисты говорят о нарастающей радикализации среди трудовых мигрантов, в среду которых инфильтруются исламисты.
Цель — убить президента США
На протяжении многих десятилетий ислам Средней Азии заслуженно имел репутацию миролюбивого. И все же уголовная хроника свидетельствует: преступления на религиозно-экстремистской почве, совершаемые выходцами из региона, случаются все чаще. Несколько дней назад суд Саратова санкционировал арест гражданина Узбекистана, планировавшего отправиться в Сирию для участия в боях на стороне террористов. Двадцать восьмого октября то же самое сделал суд в Нью-Йорке. Арестованный американскими правоохранителями экстремист Абдурасул Джурабоев оказывал помощь боевикам, воюющим в Сирии.
"Он сам собирался отправиться туда, а если бы ему не удалось этого сделать, то подсудимый намеревался взорвать бомбу на Кони-Айленде или убить президента Соединенных Штатов. Спасибо детективам, агентам, прокурорам и федеральному судье за работу", — прокомментировал арест Джурабоева шеф полиции Нью-Йорка Джеймс ОНил.
Летом 2017 года в России ликвидировали несколько подпольных группировок, костяк которых составляли выходцы из Средней Азии. Одно из таких объединений планировало теракты в столице на День знаний 1 сентября. Арестованные ФСБ преступники дали признательные показания. Среди лидеров банды — узбек Муродбек Кодиров.
Полковник из Таджикистана во главе "армии" ИГ*
Российский исламовед Алексей Малашенко рассказал РИА Новости, что дальнейшая радикализация гастарбайтеров будет зависеть от отношения к ним со стороны государства и общества, которое может быть более и менее терпимым.
"Но в то же время существует и опасная тенденция. Первоначально миграция из Средней Азии была этнической. Люди идентифицировали себя по национальному признаку. Но несколько лет назад началась исламизация диаспоры. Гастарбайтеры вспомнили, что являются мусульманами. Это значило, что им понадобились мечети. Гастарбайтеры стали ходить в культовые центры, основанные татарами, что привело к многочисленным конфликтам. Отношения между поволжскими и среднеазиатскими мусульманами оказались не вполне дружественными", — говорит Малашенко.
Появление нового "кадрового резерва" успели оценить в исламистских преступных сетях на Ближнем Востоке, в управлении которыми все большую роль начинают играть выходцы из Средней Азии. В 2016 году полковник спецназа Таджикистана Гулмурод Халилов, воевавший в Сирии, был назначен на должность военного руководителя ИГ*. В условиях Ближнего Востока этнические границы между приехавшими издалека моджахедами тают, уступая место языковым. Для общения между собой исламисты постсоветского пространства используют русский, и появляются банды радикалов из СНГ, готовые действовать заодно. Подобный случай имел место в 2016-м в Турции, где исполнителями теракта в Стамбуле оказались узбек, киргиз и россиянин-чеченец.
Специалисты отмечают, что банды подобного типа чаще всего возникают за пределами Средней Азии, где экстремистский ислам серьезно преследуется.
"Нужно учитывать, что власти Узбекистана как при президенте Исламе Каримове, так и теперь ведут борьбу за выдавливание экстремистов. Процесс идет с 1990-х, многие сторонники движения "Хизб ут-Тахрир"* покинули с тех пор страну. Часто таким людям напрямую говорилось, что их присутствие нежелательно. Подобные мигранты обосновывались в других странах. Сегодня можно наблюдать очень деструктивный процесс: старожилы диаспоры начинают воздействовать на вновь прибывших, пользуясь тем преимуществом, которым обладают: лучшим экономическим положением, лучшим знанием реалий", — говорит российский исламовед, доктор исторических наук Роман Силантьев.
*Террористические группировки, запрещенные в России.
