Президент США считает возможным сближение с "умеренными талибами" в Афганистане. С Бараком Обамой согласен и Гернот Эрлер, один из высокопоставленных чиновников министерства иностранных дел ФРГ. Он видит в этом один из признаков серьезного подхода к афганской проблеме. И Эрлер не единственный сторонник сближения с "умеренными талибами". Однако кого можно назвать умеренными талибами? И есть ли такие вообще?

Президент США Барак Обама готов начать контакты с "умеренными талибами". Британский премьер Джордж Браун отменил существовавший годами запрет на контакты с исламистской организацией "Хезболлах" в Ливане. И к палестинско-исламистской организации ХАМАС отношение явно смягчается. Запад модифицирует подход к группам, которые еще недавно иначе, как террористическими не называл, и к которым относился как к изгоям.

От исламистов не удалось избавиться

Причины подобного изменения взглядов на исламистов в каждом из трех перечисленных случаев различны. Однако есть в них и нечто общее. Если нельзя достичь объявленных ранее целей, надо сформулировать новые цели. Во всех трех случаях не удалось избавиться от исламистов и заменить их "свободно мыслящими" политическими движениями. Более того, влияние исламистов в последние годы усилилось.

Талибан в Афганистане давно уже не только окреп, но и вновь наступает. В возможность победы над талибами все меньше верят даже американцы. В Ливане вследствие войны с Израилем в 2006 году "Хезболлах" не только окреп, но даже вновь представлен в правительстве. В Палестине аналогичная ситуация. Несмотря на то, что сторонники лидера Палестинской автономии Аббаса не признают исламистов ХАМАС, его представители наверняка окажутся в правительстве Аббаса.

Если радикалов нельзя победить, с ними нужно вести переговоры

Предыдущее руководство США явно упростило себе задачу, руководствуясь миропониманием Буша, делившего все на черное и белое, хороших и плохих. И тот, кто не принадлежал к одной группе, включался в другую. Если ты не причислен к хорошим, значит ты злодей. "Ось зла" - выражение, придуманное Бушем, стало символом его идеологии.

Обама намерен с этим покончить. Некоторые западные политики с удовлетворением воспринимают поступающие из Белого дома сигналы. И делают вывод: если радикалов нельзя победить, с ними нужно вести переговоры. Правда, при этом будут преданы те идеалы, за которые Запад, собственно, так активно и боролся в Афганистане и на Ближнем Востоке. Вот тут-то неожиданно и появляется выражение "умеренные талибы". Чтобы успокоить свою совесть. С тем же успехом можно сказать "умеренные насильники".

Талибан за годы своего господства в Афганистане не раз доказал готовность к насилию по отношению к инакомыслящим, женщинам, представителям других религий. И нет ни малейшего основания полагать, что Талибан будет действовать иначе, если вновь окажется у власти. И от движения "Хезболлах" вряд ли можно ожидать какого-либо переосмысления его политики. "Партия Бога" намерена превратить Ливан в государство, базирующееся на религиозных принципах, и ограничить традиционные для этой страны свободы.

Могут быть только бывшие талибы

Талибан и "Хезболлах", пусть с натяжкой, но еще могут считаться внутриполитическими проблемами. Иное дело ХАМАС. Его воинствующее непризнание права Израиля на существование не позволяет никому рассматривать ХАМАС как партнера, поскольку мировое сообщество не поддерживает страны или группировки, стремящиеся к уничтожению других государств. Сейчас ХАМАС действует против Израиля так же, как несколько лет назад Ирак действовал в отношении Кувейта.

Поэтому любые переговоры с такими силами невозможны, пока они не откажутся от своих мировоззренческих установок. Если же они изменят свои идеологические позиции, то перестанут быть тем, чем они сейчас являются. Поэтому умеренного Талибана быть не может. Могут быть только бывшие талибы, бывшие сторонники "Хезболлах" или ХАМАС. С такими людьми можно вести переговоры как представителями консервативного ислама. Но только если они признают основные принципы, существующие в мире.