Недавно одна из китайских компаний, специализирующаяся на сборе и обработке “больших данных” “All View Cloud”, проведя анализ теневого рынка банковских услуг, или рынка заема средств вне официального банковского сектора, пришла к выводу, что степень угрозы была значительно переоценена. Согласно опубликованному докладу, объем теневого банковского сектора составляет 31 трлн юаней, тогда как ранее некоторые аналитики оценивали неофициальный сегмент финансового рынка в 40 - 60 трлн юаней. Таким образом, активы теневого банковского сектора составляют около 50% процентов от ВВП Китая.
В порожденном жестким контролем правительства за банковскими ставками теневом рынке банковских услуг Китая можно выделить три составляющие по убыванию степени риска для экономики страны:
Банковское забалансовое финансирование.
Сюда относится совместный выпуск банками и трастовыми компаниями продуктов по управлению финансами. Работает механизм следующим образом: когда компании требуется средства на реализацию проекта, а доступ к банковскому кредитованию ограничен, фирма может выпустить так называемый продукт по управлению финансами, предназначенный для розничной реализации населению через отделения и филиалы коммерческих банков. Банк получает свой процент выручки с продажи продукта, а в случае банкротства эмитента может нести обязательства по праву регресса, то есть возвращения держателю вложенных средств и уплате процентов. Подобного рода финансирование проектов не отражается в балансовых листах банков в разделе пассивов, а проходит по текущим счетам организации, что не позволяет экономическим экспертам и контролирующим органам дать реальную оценку финансового состояния организаций.
Кредитное поручительство.
В данном случае некая крупная фирма или страховая компания берет на себя ответственность за фирму-получателя займа. Поручительство позволяет заемщику снизить ставку по кредиту или же просто упрощает процедуру выдачи нужной ему суммы. Заметим, что не стоит путать кредитное поручительство с облигациями, обеспеченными долговыми обязательствами и свопами на дефолт по кредиту, чрезмерное увлечение которыми в 2008 году подтолкнуло мир к финансовому кризису. В данном случае риск состоит лишь в том, что неверная оценка активов заемщика и использование административного ресурса не позволяют банку-кредитору в должной степени оценить, что ведет к росту числа выданных субстандартных кредитов.
Небанковское финансирование.
Организации, осуществляющие финансовый лизинг, микрокредиторы, ломбарды, ростовщики, а также занимающиеся интернет-банкингом предприятия.
Продукты по управлению финансами - возможен ли в 2015 году массовое банкротство трастовых компаний?
В последнее время правительство стало уделять все больше внимания нарастающему объему эмиссии продуктов по управлению финансами (ПУФы), а в 2013 году глава Народного банка Китая (НБК, аналог Центробанка в России) даже назвал их финансовой пирамидой и одной из угроз стабильности банковского сектора. Если в 2010 году общий номинал выпущенных ПУФ составлял 4% от ВВП, то на конец 2014 года их доля существенно возросла и составила, по разным оценкам, 19% - 23% от ВВП, или 12,5 - 15 трлн юаней. Широкая популярность у населения и финансовых институтов объясняется высокой процентной ставкой: от 7 до 11%, тогда как банковская ставка по депозитам искусственно поддерживается на уровне 3 - 5%. Существует огромная вероятность, что 2015 год будет ознаменован чередой банкротств трастовых компаний, вызванных не столько замедлением темпов роста китайской экономики, сколь резким и непрерывным падением цен на рынке недвижимости.
В последние несколько лет правительство не раз "заступалось" за держателей продуктов управления финансами. Так, в январе 2014 г. однак из энергетических компаний Северного Китая - Shanxi Zhenfu Energy Group, реализовывавшая свой финансовый продукт через ICBC (Торгово-промышленный банк Китая), оказалась не в состоянии рассчитаться с покупателями. Ставка по данному продукту составляла 10%, а общий объем проданных обязательств достиг 3 млрд. юаней. По официальной информации "третья сторона" была вынуждена вмешаться и выкупить этот продукт управления финансами. Покупатели получили назад свои вложения, лишь незначительно потеряв на проценте дивидендов. Более масштабный случай банкротства произошел в ноябре 2013 г. с финансовым продуктом компании Liansheng, выпущенным в объеме 30 млрд. юаней. Правительство было вынужденно вмешаться, чтобы предотвратить цепочку банкротств трастовых компаний, перекрестно владеющими финансовыми продуктами друг друга. Нет никакой уверенности, что власти КНР в 2015 году продолжат играть роль "спасательного круга" для неудачливых инвесторов.
Однако говорить о том, что продукты по управлению финансами способны обрушить экономику пока преждевременно. Согласно докладу “All View Cloud”, доля невозвратных займов в теневом банковском секторе составляет от 10% до 23,9%, из которых 22% - 44% в той или иной степени могут быть "переложены" на коммерческие банки. В этом случае доля невозвратных кредитов в коммерческих банках увеличится и составит от 1.8 до 4.3% или 2,4 - 5,7 трлн юаней, что не так уж и много, принимая во внимание, что 1996 году данный показатель достигал рекордных 30%.
Небанковское финансирование. Польза и издержки ростовщичества
Данная группа организаций за основу своей деятельности ставит кредитование частных лиц и малого бизнеса. Клиенты предпочитают ее в качестве хранителя сбережений по причине высокой, в сравнении с банками, ставки по депозитам, а также возможностью скрыть свои доходы от правительства. Для малых и средних предприятий это шанс получить средства на развитие и видение бизнеса, которые им не предоставляют коммерческие банки, занятые кредитованием крупных фирм и государственных корпораций. Ставки по кредитам в данной группе организаций всегда выше, чем в банковском секторе – минимум 10%.
Спрос же на услуги местных ростовщиков создает стремительная урбанизация Китая. Чтобы перебраться в город на заработки, сельские жители прибегают к единственной возможности получить денежные средства на временное обустройство в городе, пусть даже им приходится столкнуться со ставкой в 12% процентов годовых и жесткими условиями возвращения кредита в течение 2-3 лет. Возможность продать свои земельные участки или использовать их в качестве залога исключена, - вся земля в Китае принадлежит государству. Кредит оформляется на тех родственников, которые остаются в деревне, а заимодавцы не брезгуют незаконными методами возвращения денежных средств, включающими ночные визиты "инкассаторов" и похищение родственников.
По данным МВФ в данном секторе теневой банковской сферы обращаются от 3,5 до 4,5 млрд. юаней, что составляет 6 – 8 % от ВВП. Власти КНР оказались в затруднительном положении: с одной стороны это неподконтрольные банковские институты, с другой - способ обеспечения необходимым капиталом предприятий малого бизнеса, и единственный (за исключением иностранных банков) кредитор частных лиц. Так, по информации из специального доклада НБК, в 2011 году 60% всех операций по кредитованию домохозяйств и малого бизнеса в городе Вэньчжоу (промышленный центр в провинции Чжэцзян, Шанхайский регион) осуществлялись через данные банковские структуры.
Принимая во внимание то, что небанковские финансовые институты в качестве источника капитала имеют частные вложения, а основными объектами их кредитования являются частные лица и малый со средним бизнес, можно сделать вывод, что данный элемент теневого рынка не оказывает существенное влияние на финансовое положение дел в КНР. Доля невозвратных займов может возрасти лишь при сумме неблагоприятных факторов, как например, укрепление курса доллара, или же дефляция. В первом случае китайское правительство уже заявило, что в 2015 году будет удерживать стабильный курс доллара, что не составит КНР особого труда при наличии столь большого количества резервов иностранной валюты. Что же до дефляции - главного "врага" будущей китайской экономики, то у правительства еще есть время в запасе: согласно прогнозам, дефляционные тенденции усилятся лишь в 2016 году.
Владислав Станецкий
