В Узбекистан 30 июня с двухдневным визитом прибыли спецпредставитель США по Афганистану Залмай Халилзад и главный исполнительный директор Корпорации финансирования международного развития США Адам Бойлер. Визит посвящен ситуации в Афганистане. Помимо этого американская делегация также приняла участие в министерской встрече в формате "Центральная Азия – США" (С5+1), которая прошла в онлайн-режиме. Эксперты считают, что Узбекистану уготована новая роль во внутриафганском процессе.

Залмай Халилзад в рамках своего турне уже посетил Пакистан и Катар, где обсуждал вопросы поддержки мирного переговорного процесса в Афганистане. Эта же тематика продолжена на переговорах в Ташкенте. Напомним, что Узбекистан давно взял на себя функции по урегулированию афганской проблемы (см."НГ" от 25.02.19). Распределение задач выглядело следующим образом: американская сторона работает с "Талибаном" (движение запрещено в РФ) на переговорах в Катаре, а Ташкенту отводилась не менее сложная роль – склонить к диалогу талибов и официальный Кабул. Сегодня задача, по мнению экспертов, может быть усложнена.

"После подписания соглашения США с "Талибаном" 29 февраля 2020 года диалог между Узбекистаном и "Талибаном" потерял смысл, но Ташкент продолжает занимать важное место в американских сценариях. Не исключено, что именно Узбекистан может быть выбран в качестве площадки для каких-то этапов внутриафганского переговорного процесса", – сказал "НГ" эксперт по Центральной Азии и Среднему Востоку Александр Князев. Это будет зависеть от развития ситуации в самом Афганистане.

Не случайно Залмай Халилзад 30 июня принял участие в министерской встрече С5+1, цель которой – вовлечь страны Центральной Азии в афганскую проблематику. Тем более что у каждой из стран региона есть свои интересы в Афганистане.

Например, Киргизия и Таджикистан планируют экспортировать электроэнергию и строят линию электропередачи CASA-1000. Более тесное торговое сотрудничество у Афганистана с Туркменистаном. Есть чисто экономический интерес у Казахстана. На этом фоне выделяется Узбекистан, который преследует цели по формированию регионального рынка для себя в рамках запущенной экспортно ориентированной экономической модели. "Для Узбекистана, нересурсная часть экспортных товаров которого низкоконкурентна на мировых рынках, региональный рынок имеет принципиально важное значение. Проектирование трансграничных транспортных коридоров (строительство железных дорог Мазари-Шариф–Герат и Мазари-Шариф–Кабул–Пешавар и др.), являясь важной частью региональной политики Узбекистана по развитию экспорта и международного транзита, одновременно является элементом стратегий США по реализации проекта С5+1", – подчеркнул Князев.

По мнению эксперта, два названных железнодорожных проекта носят противоречивый характер с точки зрения интересов США. "Железная дорога Мазари-Шариф–Герат ориентирована на развитие связей региона с Ираном, что не вписывается в общую американскую стратегию, одновременно соответствуя интересам Китая (относительно короткий и логистически оправданный выход на рынки Ирана, всего Среднего и Ближнего Востока). Одной из целей этого проекта является связь Центрально-Азиатского региона с иранским портом Чабахар. Тот факт, что США пока относительно лояльно относятся к развитию иранско-индийского хаба в Чабахаре, носит скорее тактический характер. Этим США содействуют более активному вовлечению Индии в Афганистан", – считает эксперт. По его мнению, прямой выход стран ЦА и КНР на Чабахар и на иранский рынок вряд ли будет поддержан США.

По-другому обстоит дело с проектом строительства железной дороги Мазари-Шариф–Кабул–Пешавар, которая была бы прямым конкурентом Китайско-Пакистанскому экономическому коридору, через который КНР выходит не только к акватории Индийского океана, но и на рынок центральной и южной частей Афганистана и частично в Иран. "Можно предполагать, что активность Ташкента по этому проекту будет встречать сильное сопротивление китайской стороны. В любом случае в целом уровень условий и возможностей для реализации каких-либо трансграничных проектов Узбекистана на афганском направлении остается чрезвычайно низким, а обсуждение этой темы на трехстороннем уровне носит скорее декларативный характер", – убежден Князев. Поэтому, по словам эксперта, формат "США–Афганистан–Узбекистан" нужно рассматривать только в общем контексте американского регионального проектирования и как дополнение к реализации проектов С5+1, курируемого США диалога "Центральная Азия – Индия" или расширенной версии этого диалога "Центральная Азия – Индия – Афганистан".

Что касается инвестирования в афганские проекты, то США вряд ли понесут большие затраты. "Они будут давать импульсы, но прямых инвестиций не будет. Скорее всего, какие-то кредиты может выдавать Индия. Де-факто Индию и Узбекистан можно рассматривать как модераторов США во внутриафганском процессе. Вашингтон будет стараться перекладывать на них реальную работу", – полагает Князев.