А значит, можно подвести определенные итоги, а также указать на некоторые последствия его руководства страной, с которыми уже ничего не сможет сделать будущий победитель предвыборной гонки, кем бы он ни оказался.

Главной жертвой эпохи Трампа стала иллюзия американской демократии — и тут уже ничего починить невозможно. Не зря в западных соцсетях с опозданием на несколько лет как сверхновая звезда "взорвалось" интервью Владимира Путина, в котором он объяснял, как реально работает система власти в Соединенных Штатах.

"Я уже общался и с одним президентом США, и с другим, и с третьим — президенты приходят и уходят, а политика не меняется. Знаете почему? Потому что очень сильна власть бюрократии. Человека избрали, он приходит с одними идеями, к нему приходят люди с кейсами, хорошо одетые и в темных, как у меня, костюмах, но только не с красным галстуком, а с черным или с темно-синим, и начинают объяснять, как нужно делать, — и все сразу меняется. Это происходит от одной администрации к другой", — сказал в 2017 году российский лидер.

Тогда это многим на Западе показалось необоснованной "чекистской" конспирологией и дезинформацией. На примере Трампа и того жесточайшего сопротивления, которое ему было оказано изнутри абсолютно неконтролируемой со стороны избранных официальных лиц административной машины "глубинного государства", достаточному числу американцев стало очевидно, что Путин просто сухо (а также вежливо и мягко) описывал, как все работает на самом деле. Тот психоз, который мы наблюдаем в американском обществе сейчас, и жесточайшая политическая поляризация — это результат в том числе этого осознания. Избиратели Трампа (а это примерно половина голосующего населения США) — это те, кому очень тяжело жить в атмосфере тотальной лжи, в которую их погрузила собственная американская машина пропаганды, лгавшая им об устройстве их общества и государства, начиная прямо со школьных уроков гражданского воспитания.

Президент-маргинал, который прорвался к власти в обход "глубинного государства", также стал катализатором (не причиной, а именно катализатором), ускорившим смерть иллюзий, связанных с наличием в США свободы слова. Выяснилось, что свободы слова — нет. Если в европейском Средневековье в качестве истины в последней инстанции выступал папа римский или структуры церкви, то в США данную роль играет редакция The New York Times, а также избранный клуб вашингтонских (содержащихся на деньги вполне конкретных "соросов" и "макартуров") мозговых центров, которые маскируются под "политически нейтральные НКО".

В 2015 году было трудно себе представить, что социальные сети могут заниматься открытой цензурой не российских или китайских, а американских СМИ и даже самого президента США, к сообщениям которого компания Twitter прикрепляла (и, скорее всего, сделает это вновь в ночь выборов) яркий ярлык с уточнением, что президент фактически врет.

Бан в Facebook и Twitter одной из старейших американских газет New York Post, которая посмела опубликовать компромат на Джо Байдена и его сына, — это тоже демонтаж иллюзии, что американские социальные сети являются независимой платформой для свободного высказывания мнений. Сейчас все штатовские IT-гиганты публично сняли с себя маски и продемонстрировали, что есть только одно правильное мнение, одна истина и одна разрешенная идеология — и это мнение, истина и идеология Демократической партии США. Американцы не привыкли жить в условиях, когда формула "демократия — это власть демократов" применяется со столь незамутненной прямолинейностью.

Еще одним важным изменением, которое накрыло американское общество, стала тотальная атмосфера страха и доносительства. США, чьи граждане любят описывать свое государство с помощью слов из собственного гимна "страна свободных и родина смелых", стали родиной коллективного страха. Недостаточно яростное облечение Трампа, недостаточный восторг от продвижения культурной и политической диктатуры меньшинств или вообще приверженность консервативной политической позиции могут стать поводом для потери работы, для "социальной смерти" от руки твиттер-ополчения Демократической партии или причиной смерти в самом прямом смысле. Эпоха Трампа — это эпоха, в которую сторонников действующего президента могут избить и даже убить на улице американского города за ношение красной бейсболки со слоганом "Сделаем Америку великой снова".

Тотальный страх проявляется еще и в том, что сторонники президента или те, кому просто не очень нравится, что вооруженные приверженцы "идеалов расовой и социальной справедливости" грабят магазины и убивают людей при полном одобрении мейнстримных СМИ, боятся высказывать эту позицию даже своим родственникам, не говоря уже о коллегах по работе или в соцсетях. Согласно опросу Pew Research Center, более 60% американцев считают, что у них есть политические взгляды, которые опасно высказывать в публичном пространстве, — и, соответственно, им страшно это делать.

И это — вовсе не трусливое, а вполне логичное поведение с учетом того, что на сторонников президента или даже на умеренных консерваторов в соцсетях идет настоящая охота. Причем она сопровождается давлением на их клиентов и работодателей с целью лишить трампистов средств к существованию, а в идеале — заставить публично каяться и умолять через соцсети оставить их в покое, а также клятвенно обещать исправиться и больше ни на дюйм не отходить от требований диктатуры "демократической толпы".

А еще четыре года Трампа показали, что развернуть тренд на деиндустриализацию США и на съеживание Pax Americana гораздо сложнее, чем думалось в 2016 году. Конфликт с Китаем получился ярким и острым, но вернуть производственные мощности в Америку так и не удалось. Противостояние с Европой запомнилось, особенно с учетом взаимных угроз по введению тарифов и обвинений в предательстве трансатлантического партнерства, но с принуждением ЕС платить больше за услуги НАТО и покупать больше американских товаров тоже не сложилось. А коронавирус, американским символом которого стало использование фур-рефрижераторов в качестве импровизированных моргов на нью-йоркских площадях, лишь подчеркнул инфраструктурную и институциональную уязвимость США.

Независимо от того, кто выиграет выборы (и вероятные последующие судебные разборки и уличные бои), ему достанется страна, которая искренне ненавидит половину своих собственных граждан, страна напуганная, страна разочарованная и страна, которая впервые посмотрела на себя в зеркало реальности и сейчас мечтает лишь о том, чтобы это зеркало поскорее разбить.