Глава Еврокомиссии (ЕК) Урсула фон дер Ляйен заявила, что ЕС планирует отказаться от импорта нефти из России в течение полугода. Но если ОПЕК не гарантирует Европе дополнительные поставки и адекватное наращивание добычи, запрет на импорт нефти из России, даже с отсрочкой в шесть месяцев, для многих стран ЕС окажется равносилен экономическому самоубийству. Среди них: Германия, Венгрия, Греция, Чехия, Испания, Италия, Австрия, Болгария и некоторые другие. Поэтому сейчас в СМИ рассматриваются разные сценарии и называются разные цифры, вплоть до предоставления некоторым странам переходного периода в полтора и два года для отказа от поставок из России, но официальных подтверждений этим планам нет. К тому же решение ЕК не носит обязательный характер и еще будет рассматриваться Советом ЕС.

В плюс нашей стране идет то, что она является одним из лидеров ОПЕК+ и имеет поддержку другого лидера альянса - Саудовской Аравии. В минус - что Европа, вероятнее всего, все же пойдет на поэтапное сокращение поставок нефти из России, и насколько оно окажется быстрым и глубоким, будет зависеть от всех остальных участников сделки ОПЕК+, на которых сейчас оказывается беспрецедентное давление.

Впрочем, оно нарастало перед каждой новой министерской встречей ОПЕК+, начиная с осени прошлого года, когда цены на нефть уверенно пошли вверх и уже не осталось сомнений в преодолении ими барьера 100 долларов за баррель (сейчас 108,5 доллара). В конце апреля в США даже вспомнили о законопроекте NOPEC двадцатидвухлетней давности, который фактически позволяет вводить санкции против стран - экспортеров нефти, входящих в ОПЕК. Но напугать им участников нефтяного картеля не удалось и в начале 2000-х годов. Тогда законопроект не был принят, а теперь его действие и вовсе может оказаться прямо противоположным. Ближневосточные страны сейчас еще меньше зависят от американского или европейского рынка. Прекратить поставки на Запад им проще, чем подстраиваться под их политические капризы.

Россия отправляет в Европу около 4-5 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки (около 30% рынка ЕС). То есть, чтобы снизить зависимость от России хотя бы наполовину, Евросоюзу нужно найти на рынке 2-2,5 млн баррелей свободной нефти или нефтепродуктов. США их дать не смогут, добыча в стране растет, но не теми темпами, к тому же американские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) сами крупные импортеры нефти. На экспорт из США уходят только невостребованные на внутреннем рынке объемы малосернистой нефти, которой на европейском рынке уже есть избыток. А НПЗ в Европе, как и США, больше необходима сернистая и высокосернистая нефть, добываемая в России и в странах Ближнего Востока. В результате остаются только партнеры России по ОПЕК+.

Но ближневосточным странам, участвующим в сделке ОПЕК+, бюджеты которых сильно зависят от нефтяного экспорта, выгоднее получать дополнительные доходы от высоких котировок барреля, нежели от наращивания добычи. К тому же альянс пока даже не достиг запланированного уровня производства, в марте отстав от него на 1,5 млн баррелей в сутки.

ОПЕК+ будет ориентироваться на фундаментальную ситуацию на рынке, отмечает эксперт Аналитического центра при правительстве РФ Александр Курдин. По итогам первого квартала ситуация в целом была сбалансированной. С апреля и далее риски по сохранению уровня российской добычи растут, что угрожает возникновением дефицита, но с другой стороны интервенций из нефтяных запасов США и некоторых других стран, да и новые карантины в Китае из-за COVID-19 способствуют ограничению спроса. В последние недели мы не видим скачков цен на нефть, которые находятся на удовлетворяющем ОПЕК+ уровне около 100 долларов за баррель. В связи с этим нет предпосылок для резких движений ОПЕК+, считает эксперт.

Более того, по мнению старшего аналитика УК "Альфа-Капитал" Максима Бирюкова, учитывая снижение спроса на нефть из-за локдаунов в Китае, нельзя исключать, что ОПЕК+ на майском заседании может снизить темпы наращивания объемов добычи нефти. В апреле альянс планировал увеличить производство на 432 тысячи баррелей в сутки, из которых 113 тысяч баррелей приходилось на Россию.

Сохранение темпов роста добычи, а тем более их снижение будет играть на руку нашей стране. Впрочем, даже небольшое увеличение производства не окажет влияния на рынок с учетом отставания ОПЕК+ от заявленных планов по росту добычи. Изменить ситуацию может только прямое заявление кого-то из участников альянса о готовности возместить часть российской нефти на европейском рынке. Но это бы означало развал сделки ОПЕК+, что опять же невыгодно ближневосточным партнерам нашей страны.

Из этого следует, что ждать помощи от стран ОПЕК в деле введения антироссийских санкций ЕС не стоит. О невозможности компенсировать выпадение нефтяного импорта из России на европейском рынке уже заявили Саудовская Аравия, Ирак и Кувейт. А в Европе рост нефтяных котировок приводит к сильному подорожанию автомобильного топлива, что совсем не способствует поддержке населением политики властей. Если к этому добавится еще дефицит нефти и нефтепродуктов из-за эмбарго на их поставки из России, котировки могут пробить барьер 150 долларов за баррель, что будет означать соответствующий рост цен на АЗС.

Еще один негативный момент для стран Запада состоит в разрастании общего энергетического кризиса. Газ в Европе уже несколько месяцев стоит больше 1000 долларов за тысячу кубометров, уголь выше 300 долларов за тонну. В обоих случаях это рекордные котировки за всю историю наблюдений, которые толкают вверх тарифы на электроэнергию и тепло. Вкупе с ростом цен на нефть и автомобильное топливо все это приводит к невиданной ранее инфляции, падению уровня жизни, закрытию предприятий и безработице.

Но это не означает, что ЕС не будет снижать импорт нефти из нашей страны. А это для России наиболее болезненный сценарий. Перенаправить весь объем нефтяного экспорта на Запад в страны Азиатско-Тихоокеанского региона быстро не получится. Добыча и экспорт нефти приносит более 30% доходов бюджета. Газ и уголь - меньше 10%. Поэтому в ситуации, когда поставки угля на Запад уже запрещены с августа этого года, а нефтяной экспорт будет снижаться и может быть запрещен с ноября, единственным рычагом давления на ЕС у России остается газовый экспорт. Его доля на европейском рынке 40%, и отказаться от него даже в перспективе трех лет у ЕС нет никаких шансов. В итоге, если Европа начнет разыгрывать карту отказа от нефтяного экспорта из России, вполне вероятен вариант снижения поставок нашего газа на Запад. И это, конечно будет новым витком экономической войны, но она и так уже идет со стороны ЕС и США, а мы пока к активным действиям в ней даже не приступали.